Они поднялись по каменной винтовой лестнице на третий этаж и пошли по коридору. Около угловой комнаты Ронде приказали остановиться. В просторном помещении на покрытой соломой полу расположились взрослые самки горилл с детенышами, которые играли или сосали материнскую грудь.
Самки что-то звучно жевали, то ли бамбук, то ли фрукты, но с появлением Бэкингема и девушки мгновенно застыли в неподвижности.
– Чего тебе, Бэкингем? – прорычала старая самка.
– Я привел девушку, которую мы поймали возле водопада, – ответил Бэкингем. – Король приказал доставить ее сюда, ваше величество.
Обратившись к девушке, он пояснил.
– Это королева Екатерина Арагонская.
– Зачем она ему понадобилась? – презрительно спросила королева.
Бэкингем пожал широченными плечами и бросил взгляд на других самок.
– Ваше величество сами могут догадаться.
– Неужели он задумал взять в жены это безволосое существо? – удивилась самка, сидевшая неподалеку от королевы Екатерины.
– Разумеется, Анна Болейн, – отрезала Екатерина. – Иначе зачем бы она ему понадобилась?
– Разве у него мало жен? – вмешалась другая.
– Это решать королю! – ответил Бэкингем и покинул комнату.
Как только он ушел, взрослые самки тут же обступили Ронду, стали обнюхивать ее и ощупывать одежду, а молодняк принялся дергать ее за юбку. Детеныш повзрослее схватил ее за лодыжки и дернул. Ронда упала, а проказник с хохотом и ужимками отскочил. Девушка стала подниматься. Озорник снова наскочил на нее, и Ронде пришлось ударить его по морде, чтобы тот угомонился. Детеныш заскулил и побежал искать утешения у Екатерины Арагонской. Тут одна из самок схватила девушку за плечо и толкнула с такой силой, что Ронда со всего размаху ударилась о стену.
– Как ты посмела поднять руку на принца Уэльского! – возмутилась горилла.
Екатерина Арагонская, Анна Болейн, теперь еще принц Уэльский! Ронда Терри была уверена, что это либо сон, либо она сошла с ума. Как же иначе объяснить происходящее? Никак!
Упавшая девушка села, прислонившись спиной к стене и закрыла лицо руками.
XIX. ОТЧАЯНИЕ
Перепуганная лошадь уносила Наоми Мэдисон все дальше и дальше. Девушка судорожно вцепилась в гриву, боясь упасть.
Тропа вывела табун на поляну, внезапно передние лошади остановились, и, прежде чем девушка успела хоть что-то предпринять, ее скакун врезался в самую середину табуна.
И тут Наоми увидела причину вынужденной остановки – шейха Абд аль-Хрэниэма с отрядом. Она попыталась развернуть лошадь и ускакать, но не сумела. Через минуту арабы окружили табун. Наоми снова оказалась в плену.
Шейх настолько обрадовался своим лошадям, что даже позабыл о причине их исчезновения. Он был также рад заполучить обратно хотя бы одну из недавних пленниц. Она поможет разобрать карту и пригодится на тот случай, если шейх решит продать девушку.
– Где вторая? – сурово спросил Этеви.
– Ее убил лев, – ответила Наоми. Этеви равнодушно пожал плечами.
– Ну что ж, зато у нас есть вы и карта, а это совсем неплохо.
Наоми вспомнила про конусообразный вулканический холм и горы.
– А если я проведу вас к долине алмазов, вы отведете меня к моим товарищам? – спросила она.
Этеви перевел ее вопрос шейху. Старый Абд аль-Хрэниэм закивал.
– Скажи ей, что мы так и сделаем. О, Аллах! Скажи, что мы выполним любое условие. Но после того, как мы попадем в долину алмазов, про обещания можно будет и позабыть. Но ты ей этого не говори!
Этеви усмехнулся.
– Укажи нам дорогу к долине алмазов, – сказал он, – и мы выполним любое твое желание.
Непривычные к пешим переходам арабы выбились из сил, преследуя беглянок, и как только отряд вышел к реке, шейх решил сделать привал.
На другой день они переправились через реку и вышли на равнину. Наоми указала на вулканический холм и горы на северо-западе. Арабы пришли в сильнейшее возбуждение.
Но когда они спустились к водопаду, то широкий бурный поток встал у них на пути непреодолимым препятствием.
На ночь они расположились на берегу и допоздна обсуждали, каким образом переправиться через реку. По карте выходило, что в долину алмазов ведет только один путь, и пролегал он всего в паре миль к северо-западу.
Утром они двинулись вниз по течению в поисках брода и лишь через два дня обнаружили как будто подходящее место для переправы. Но и здесь они столкнулись с невероятными трудностями, потратив на переправу целый день, пока наконец не оказались на другом берегу, потеряв при этом двух всадников с лошадьми.
К тому времени Наоми была уже полуживая от страха. Она не столько боялась воды, сколько чудовищных крокодилов, которыми буквально кишела река. Вымокшая до нитки, она легла поближе к костру и моментально забылась мертвым сном.
Обнаружив, что часть провизии пропала, а часть испортила вода, арабы бросились спасать то, что у них оставалось, и на это ушло столько времени, что охоту пришлось отложить. Наступила ночь.
Наутро они быстро нашли широкую, плотно утрамбованную тропу, по которой и двинулись. Ближе к полудню Наоми окликнула Этеви, ехавшего рядом.
– Глядите! – указала она, простирая руку вперед. – Вот она, гранитная гряда, обозначенная на карте. Прямо на восток должен быть вход в долину алмазов.
Этеви взволнованно перевел ее слова шейху и остальным арабам. По их всегда мрачным лицам расплылись счастливые улыбки.
– Теперь, когда я привела вас к долине алмазов, выполните свое обещание и отпустите меня, – сказала Наоми.
– Потерпи немного, – ответил Этеви. – Сначала мы должны попасть туда, чтобы убедиться, что это действительно долина алмазов. Так что тебе придется побыть пока с нами.
– Такого уговора не было, – запротестовала девушка. – Я взялась привести вас к долине алмазов и привела. А теперь я ухожу искать своих, независимо от того, будет у меня провожатый или нет.
Наоми решительно повернула лошадь назад, памятуя о том, что арабы называли водопад водопадом Омвамби, и что именно туда держало путь их сафари.
Но не успела она отъехать, как Этеви бросился ей наперерез. Выхватив из рук девушки уздечку, он наотмашь ударил ее по лицу.
– В следующий раз будет еще хуже, – пригрозил он.
От боли и бессилия девушка разрыдалась горючими слезами. Она полагала, что кошмары остались позади, а выходит, что ошиблась.
На ночь арабы разбили лагерь на восточной стороне гранитной гряды рядом с узким каньоном, который, по их мнению, вел в долину.
Ранним утром следующего дня арабы вошли в каньон, надеясь, что он приведет их в долину со сказочными богатствами. А между тем с высоты за ними выжидающе наблюдали свирепые глаза, полыхавшие на черных лицах.
