Принесли ещё одну винтовку, и Потэннин вступил в бой. Он пытался стрелять по суставам конечностей, но без особого успеха, и перешел на стрельбу по датчикам расположенным на груди дроидов. Черные выступы датчиков реагировали на попадания по–другому, чем остальная серебристая поверхность туловища. Они поглощали все заряды, попавшие в них, и отражали энергию обратно в виде тепловых вспышек. Их отражающая поверхность из черной вскоре превратилась в красную, а затем изменилась до оранжевого и желтого цветов. В конце концов, одно из попаданий пробило защиту с фиолетовой вспышкой и взорвалось, в результате чего, дроид начал вращаться вокруг своей оси и затем остановился.
Лэрин вела беглый огонь по двум оставшимся дроидам. Находящийся слева повреждённый дроид, с помощью четырёх повреждённых ног стал перемещаться в сторону своего напарника, который вел перестрелку с Дао Страйвером. Покалеченный дроид прыгнул тому на спину, и два корпуса сомкнулись. Четыре поврежденных ноги прижались к туловищу, а вновь созданный более массивный дроид с восемью неповрежденными конечностями был готов вновь открыть огонь.
— Вот это, да. — Воскликнула она.
Усилия Лэрин и сержанта Потэннина не остались незамеченными. Дроид, стрелявший по Шигару, стал стрелять по ним. Энергозаряды синего цвета полетели в их сторону, заставив их обоих укрыться. Когда обстрел закончился, энергообоймы в винтовках стали почерневшими, но сами винтовки, на вид, казались неповреждёнными. Сержанту Потэннину, однако, не повезло. Заряд рикошетом попал ему в глаза и убил наповал.
Прежде, чем она смогла отомстить, кто–то постучал ей по плечу. Она обернулась и увидела Эйму с тремя хоуками, которые катили лазерную пушку на колёсах.
Как долго, — зарычала она, отползая к ним. — Дайте мне взглянуть. Я пользовалась этой моделью раньше.
Эйма бросился назад. Его взгляд говорил ясно, что к открытию огня из пушки во дворце его хозяйки, он не причастен.
Ей пришлось отпрыгнуть в сторону, так как новая волна синих зарядов обрушилась на них. Четвертый шестиногий дроид вышел из хранилища.
— Да сколько же их там? — произнесла она, не обращаясь ни к кому конкретно.
Когда стреляют пушки, в голове не должны возникать посторонние мысли. Она была солдатом. Это была ее работа, а думать и анализировать должны другие. Нагнувшись, она подняла снайперскую винтовку, произвела пробный выстрел, и начала выпускать по дроидам заряд за зарядом.
* * *
— Как много этих существ там? — услышал Уло вопрос Джета сквозь грохот бластерного огня.
Он вытянул шею из–за укрытия и рискнул еще раз посмотреть. Из хранилища уверенно выходил ещё один шестиугольный дроид.
— Они хранились там, — спросил он, — или просто проникли извне?
— Я не уверен в том, что у них есть другой путь в хранилище. Они могли бы просто развернуться и уйти назад, но почему они не делают этого? Почему они продолжают сражаться?
Уло задумался над этим, и, кажется, нашел ответ на этот вопрос. Мощности от попадания синих импульсов в стены хватало на то, чтобы пробивать отверстия размером с кулак. Они были смертельны против живой плоти, но у них не хватало мощности, чтобы пробить феррокритовый фундамент в хранилище. Только путь через овальный зал был им доступен.
Кроме того, это был единственный путь отхода его и Джета, но они были отрезаны от него усиленным огнём синих лучей. До выхода было десять метров открытого пространства, усеянного битым стеклом, обломками камней, а иногда и тел. Одно из них принадлежало молодой девушке — ситу, которая первой попала под огонь этих существ, и Уло хотелось спасти её. Дроид Джета беспомощно наблюдал за ними из другого конца зала. Он не был в состоянии подобраться ближе, чтобы помочь своему хозяину.
— Чем занят Страйвер? — спросил Джет.
— Чем? — Уло видел достаточно мандалорцев в действии за свою жизнь.
— Он лежит на спине, и нажимает кнопки на пульте управления вооружением боевого костюма.
— С кем он собирается сражаться?
— С дроидами, конечно. Зачем ему нападать на Шигара? Они уже стреляли сегодня друг в друга.
— Значит по этим шстиугольникам–гексам?
— А что? Любопытное название. Может быть, мандалорцу понравится это название для нового противника на арене? Хорошее название, между прочим, — гекс.
Они заметили, как Эйма и Лэрин устанавливают орудие. Лицо Лэрин было скрыто под шлемом, но Уло был рад видеть, что она все еще жива.
— Кажется Страйвер говорил, что–то об этом раньше, — сказал Джет. — Он говорил что–то о дроидах. Как было имя этой женщины? Дроидодела?
— Лима Зандрет.
— Кем бы она не была, он знал что–то про неё. Вы говорили, что он задавал вопросы о ней повсюду. Что, если то, что везла «Чинзия» принадлежало ей? Что, если гексы прибыли сюда чтобы забрать это назад?
— Значит, они были на корабле все время?
— Этого не может быть. Предмет, который вы видели был слишком мал, судя по вашему описанию. Нет, их там быть не могло. Видимо, кто–то доставил их сюда.
Уло наблюдал за Шигаром, который разработал новую тактику против гексов. Когда один из них начинал стрелять в Страйвера, он спешил встать на пути синих сгустков энергии, отбивая их. Это позволяло мандалорцу наносить прицельные выстрелы в их тела. Удалось получить несколько хороших попаданий. У одного из них был разворочен бок, а две конечности вышли из строя.
— Эта девушка сит все еще жива, — произнёс Джет, подталкивая его локтем.
Уло посмотрел на поле боя и обнаружил, к своему удивлению, что это правда. Она поднималась медленно, опираясь руками об пол, покачивая головой и с выражением ярости на лице. Ее волосы растрепались на голове и были похожи на горящее пламя. Она посмотрела на Уло, как будто проснулась после долгого и несчастного сна.
— Они делают их жестокими на Коррибане, — сказал Джет с мрачным восхищением.
Девушка была уже на ногах. Через секунду ее световой меч уже был активирован. Гексы заметили ее. Четырнадцать синих лучей энергии полетели в её сторону. У Республиканского Посланника было достаточно времени, чтобы пожалеть её, когда она исчезла в светящемся шаре света.
Прогрохотал выстрел лазерной пушки. Он поразил, мощным энергозарядом восьминогого гекса. Выстрел пришёлся в нижнюю часть корпуса. Дроид опрокинулся на спину, издавая пронзительный визг. Два оставшихся гекса направили потоки синей энергии на щит пушки, превращая его из синего — в ярко–красный.
Уло смотрел на девушку сита. Удивительно, но она не погибла от концентрированной атаки. Еще более удивительно, но она все еще стояла на ногах, и, выглядела более сердитой, чем когда–либо.
— Кому вы подчиняетесь? — закричала она, покачиваясь на ногах. — Кому вы подчиняетесь?
Сила ее ярости была так велика, что Уло почувствовал жалость к гексам, когда она приземлилась между ними и стала размахивать руками.
ГЛАВА 17
Акс представляла мир намного больше обычного, в котором все кажется странным, непостоянным и полным угроз. Она была склонна к ошибкам, даже когда очень сильно старалась. И когда она совершала ошибку, люди кричали на нее. Огромные люди со страшными голосами. Это ее сильно беспокоило. Она закрывала уши руками и старалась убежать. Но голоса преследовали ее везде, повторяя её имя. Чинзия!
Чинзия!
Она очнулась, когда бой разгорался с новой силой, и не сразу смогла понять — где она находится, кто она и что тут делает. Каждая клетка её тела ныла от боли. Кто–то кричал. Но не ей. Этот крик и разбудил ее. Очнувшись, она поняла, что это кричит не человек.
Она вспомнила.
Хатты.
Лима Зандрет.
Ее мышцы ныли от боли, поскольку она начала вставать. Подняв голову, она ощутила, что как будто сдвинула головой целую гору боли. Она чувствовала, что кричит. С криком из неё выходила ярость, закипающий гнев и страх. Это причиняло ей страшную боль, но в то же самое время это давало ее Силу. Она нуждалась в каждой дополнительной капле Силы, которую она могла собрать, чтобы пережить следующие несколько секунд.
Каждый шестиногий дроид, находящийся в овальном зале, нацелил на неё своё оружие, приготовившись открыть огонь.
Мы не признаем вашу власть!
Она бросила им вызов. То же самое сделал экипаж «Чинзии», когда на него напали пираты хаттов. Но чью власть они признавали? Должно быть, за их спиной стояла, какая то очень грозная и страшная сила.
Акс уже была на коленях, а затем, с огромным усилием встала на ноги. Все вокруг неё как бы качалось, но крик все продолжался, продолжая звучать всё сильнее. Темная сторона росла и усиливалась внутри неё.
