Мы планировали оставить их живыми, если, конечно, все пойдет по плану. Один лишь признак того, что что-то пошло не так, и винтовка на плече Пони нанесет гораздо больше ущерба чем сейчас, когда она была просто шпионским снаряжением.
– Она за домом.
Мой выдох облегчения был громким. Сейчас она была за пределами видимости всех охранников, по крайней мере, временно, и только сигнализация и закрытая дверь отделяли Айс от проникновения в дом.
– Пятьдесят секунд, – объявила Криттер, проверяя хронометр. Айс потребовала минуту, прежде чем воплотить вторую часть плана в действие.
Пока Криттер следила за сменой цифр на циферблате, я смотрела в темноту. Мое сердце билось в три раза быстрее, чем обычно, так громко, будто я внезапно телепортировалась в центр соревнований по игре на стальных ямайских барабанах. Мои голова и живот плыли в тошнотворной синхронности, а слюна во рту была горячей и отвратительной на вкус.
– Двадцать секунд.
– Десять.
– Сейчас.
Пони ослабила захват руки на винтовке, затем закинула ее за плечо и повернулась к Криттер и мне.
– Ну, ребята, готовы?
– Насколько это возможно, – ответила Криттер за нас двоих.
– Чудесно. Приступим.
Глубоко вздохнув, я заставила себя двинуться с места, моля бога о том, чтоб не свернуть шею, пытаясь спуститься вниз с горы в навязанной мне дурацкой обуви. Пони возненавидела мои туфли, после того как я чуть не продырявила ей ногу своим каблуком. Как будто прочитав мои мысли, Рио подошла ко мне и безмолвно предложила опереться на ее руку. Улыбнувшись, я с благодарностью приняла ее помощь, и чуть не рассмеялась, когда она застенчиво отвела взгляд. За считанные секунды мы были внизу, Криттер и я остались на месте, в то время как Рио и Пони подобрались к каменным стенам, и вжимаясь в них стали пробираться к воротам.
Когда Пони показала нам большой палец, подтверждая, что они заняли свои места, я взглянула на Криттер, которая кивнула мне в знак готовности. Вместе мы сняли наши длинные пальто и скинули их на землю.
– Боже, я чувствую себя как двухдолларовая шлюха в этом прикиде, – проворчала Криттер, с недовольством поправляя едва заметный топ, который обхватывал ее грудь так плотно, что при желании она могла бы воспользоваться ею как подставкой для подбородка. – Можно ли выглядеть ещё хуже?
– Да, если выглядеть так, как я. – Мое лицо покрывалось потом под слоем косметики. Моя одежда, если это конечно можно назвать одеждой, все что на мне было из одежды, было на три размера меньше чем нужно, а если бы мою грудь можно было поднять еще чуточку выше, то она легко заменила бы мне парочку наушников.
– Да уж, если бы здесь были режиссеры порнофильмов, мы получили бы грандиозный шанс, которого другие ждут всю жизнь, – пошутила Криттер, заканчивая поправлять шов на колготках. – Ну и последний штрих. – Из сумки, стоящей у ее ног, она извлекла высокую бутылку с алкоголем и открыла крышку. – То, что доктор прописал.
– Но я думала…
– О, это не для храбрости, а для достоверности. Просто выглядеть пьяными недостаточно. Нужно еще издавать соответствующий запах.
– Чего?
– Смотри и учись.
Запрокинув голову, она сделала большой глоток, затем изобразила дрожь всем телом, глотая его. – О, то что нужно. Давай, сделай глоток.
– Нет уж, спасибо – ответила я, отодвигая бутылку, и видя, как Пони дает нам сигнал поторопиться. – Идем, нам уже пора.
– Хорошо. Позволь мне только… вот. Это аромат года, его источают все уважающие себя шлюхи из нищих кварталов.
– Эй! Щиплется! – Несколько капель алкоголя попали мне в глаза, и они начали слезиться.
– Ну не будь ребенком, пора двигать. Время идет.
– Роскошно, – пробормотала я, когда она взяла меня под руку, и я едва не вылетела из моих дешевых туфель. – Ты напилась по-настоящему.
– Нет, просто притворяюсь. Пошли.
«Выдающаяся актерская работа, Криттер», – подумала я, когда она выдернула руку из-под моего локтя и закинула ее мне на плечо, заставляя тащить на себе большую часть ее веса, в то время как она шла рядом со мной, плавно покачиваясь. Вместе, мы поплелись по не слишком прямой траектории по направлению к воротам, стараясь производить как можно больше шума, чтоб возвестить о своем появлении любому, кто мог услышать.
– Кэнди, глянь! Там свет. Вот он, ответ на наши молитвы!
– Молитвы? Какие еще молитвы? – фыркнула Криттер. – Единственное о чем я могу молиться, так это… ик… еще об одной бутылке. Наша практически пуста. Эээй! Есть кто живой? – Подойдя к воротам, она схватилась одной рукой за прутья ограды и начала трясти, безумно хихикая. – Ну же, открывайте! Здесь холодно.
– Шшш, – зашипела я преувеличенно громко. – Ты перебудишь всех соседей.
– Я и хочу их разбудить! Хочу еще бухла! Ну же, открывайте!
И хотя создаваемый нами шум должен был бы поднять на ноги целую армию, темнота за воротами оставалась абсолютно тихой и спокойной.
– Ну, может, они не говорят по-английски – сказала я, хихикая.
– Да конечно говорят. Все говорят по-английски. Отквы… кры… а, все равно. Откройте, черт вас возьми!
– Ну же, Кэнди, – сказала я, дергая Криттер за руку и начиная нервничать. – Никого нет дома.
– Фигня, – ответила Криттер, стряхивая мою руку. – Конечно есть. Я вижу, что за воротами люди. Эй! Мальчики! Откройте, и я покажу вам, что меня недаром зовут Кэнди (candy – в переводе с английского, «конфетка»).
Яркий фонарный луч внезапно прорезал темноту, ослепив меня на секунду. – Прекратите, – раздался из-за ворот угрожающий голос с сильным акцентом.
– Пожалуйста, сэр, – сказала я, часто моргая и пытаясь смотреть сквозь темные пятна, запечатленные на сетчатке моих глаз. – На улице очень холодно, а наша машина сломалась примерно в миле отсюда. Можно нам воспользоваться вашим телефоном?
– Я сказал, прекратите ломиться. И у нас тут нет никаких телефонов.
– Вранье, – сказала Криттер прижимаясь лицом к оградным прутьям. – В таких домах телефон есть даже в туалете. Просто позвольте нам войти, ладно? Один маленький быстрый звонок и нас как не бывало. Ну, если только вы не хотите, чтоб мы задержались ненадолго, чтоб выразить свою благодарность. – Она говорила, растягивая слова, соблазнительным голосом. – Большие крепкие парни… вам должно быть становится страшно одиноко среди ночи, а?
– Ха-ха… не слушайте мою подругу, она немного навеселе.
– Я не навеселе. Я пьяна в стельку. И я хочу трахаться. Ну же, мистер, помогите девушке? Я в долгу не останусь. – С этими словами она взяла бутылку и сделала с ней… как бы это… в общем, один фильм назвали как раз в честь того действа, которое она совершила с бутылкой.
