В силу благоприятных для еще не родившейся малышки обстоятельств, ее непутевая мамаша оказалась в руках медиков. И хотя не испытывала от подобного внимания особого восторга, но вынуждена была подчиниться. Сбежать, как она планировала вначале, ей не удалось. Слишком хорошо в родильном доме знали подобного рода публику. Палата, в которую была помещена мать Наташки, находилась в самом невозможном для побега месте, под присмотром охраны и медицинского персонала.
Компанию ей составляли такие же, беспутные мамаши, в большинстве своем малолетки и наркоманки, залетевшие по причине любвеобильности и беспорядочных половых связей. Некоторые были здесь уже не в первый раз и особенно не расстраивались из-за этого. Они даже находили это прикольным. Просторная палата, чистые простыни и трехразовое питание. Санаторий и только. И нужно наслаждаться беззаботной жизнью в санатории отмеренное правилами время. А затем, после родов, отлежаться пару дней и убраться восвояси. В привычную компанию, заведенному образу жизни. Дело за маленькой формальностью, - написать заявление об отказе от ребенка, и всяких на него прав в будущем. Подписать бумагу и с легким сердцем покинуть стерильно-чистое заведение, вернувшись к прежней, беззаботной жизни, в которой с избытком выпивки, наркотиков и мужчин, жадных до женской плоти.
Так и упархивали из медицинского учреждения мамаши кукушки, оставляя детей на попечение государству, плодя и без того многочисленную армию сирот при живых родителях. Через некоторое время они возвращались, чтобы вновь осчастливить подарком родное государство.
Чаще всего, такие прожигательницы жизни, действительно сжигали ее дотла. Сгорая от водки, или наркотиков, или же становясь жертвой привычной компании, вконец одуревшей от смертоносного коктейля из наркотиков и спиртного. Уносили соответствующие службы из-под забора, или подворотни, очередной бесхозный труп, некогда бывший молодой и симпатичной девушкой.
Иногда, некоторым из них удавалось дожить и до седых волос. Это случалось, если молодая и бесшабашная девица, ведущая разгульный образ жизни, круто ее меняла. Перебесившись, отказывалась от беспутного прошлого, становясь на путь добродетели. Только оставшиеся позади бурные годы, не желали отпускать девицу, напоминая о прошлом, всю жизнь. В первую очередь букетом хронических заболеваний в запущенной стадии, что давали о себе знать долгие годы, а то и всю жизнь. Приходилось гуленам расплачиваться за грехи молодости, бесконечными походами по врачам.
Некоторые из тех, кто распрощался с разгульным прошлым, в деле преобразования жизни, шли еще дальше. И даже выходили замуж, подыскав мужика не из своего былого окружения, и не из близлежащих микрорайонов. Чтобы муженек никогда не узнал о бурном прошлом супруги.
Каждый мужчина мечтает быть у женщины первым, в крайнем случае, вторым, не более. И такой второй находился, когда вчерашней беспутной шалаве надоедала прежняя жизнь, и хотелось начать все с чистого листа. Только она одна знала, с какого десятка, или сотни ее избранник второй. Для мужа это тайна за семью печатями, которую она не выдаст даже под угрозой смерти.
А чтобы не напели про ее прошлое муженьку доброхоты, которых полно в любом квартале, нужно квартал поменять. И уезжали шалавы, зачастую на другой конец города, чтобы избежать встречи с кем-нибудь из своего прошлого, кто или знает про нее слишком много, или имел с ней близкие отношения, о которых мужу лучше не знать. Соглашались на обмен, даже если он был заведомо хуже. На новом месте ее никто не знает, а значит, как себя поведешь, такое к тебе отношение и будет.
Видя твердую решимость непутевой дочки начать жизнь заново, соглашались на переезд и родители, если таковые имелись. Уезжали, бросая друзей и знакомых. Но это и к лучшему. Все равно за годы гулянок дочери-поблядушки, друзей почти не осталось, знакомые украдкой перешептывались за их спинами, посмеивались в разговорах между собой. Приходилось несчастным родителям целый день торчать дома, в компании телевизора, выбегая на улицу только для похода на работу, или в магазин. Каждый раз, оказываясь под обстрелом сочувствующих, или же насмешливых взглядов жильцов, все обо всех знающих. Обостренным слухом слышать, как судачат о дочери вездесущие пенсионеры, несущие на лавочках бессрочную службу, мимо пристального взора, которых не проскользнет ни одна мелочь. А затем бежать из магазина обратно, стараясь ни с кем не встречаться взглядом, не слышать ничего вокруг, чтобы не уловить язвительных реплик, отпускаемых им вослед.
Они взлетали к себе на этаж, раскрасневшиеся не столько из-за быстрого бега, сколько от стыда за беспутное чадо, которое их угораздило народить на свет. И с нетерпением ожидали дочку, чтобы в очередной раз прочистить ей мозги, прочитать длиннющую нотацию, граничащую с проповедью. Вот только дочка не спешит предстать пред суровые родительские очи, предпочитая нудным нотациям, веселое времяпрепровождение в разгульной компании.
Заявлялось родимое чадо домой только под утро, когда родители не дождавшись ее возвращения, досматривали десятые сны. Поскидав с себя по дороге в комнату лишнее, пьяная в хлам девица заваливалась на кровать, погружаясь в глубокий сон без сновидений, в зияющую, чернильную пустоту. И никакая сила в мире была не в состоянии поднять ее с кровати раньше полудня, когда безумная жажда, вкупе с неотложными естественными потребностями организма, поднимали с кровати громко стенающее от головной боли, похмельное тело.
Пошатывающееся от слабости тело на ближайшие полчаса зависало в туалете, и в ванной, пытаясь привести организм и физиономию, в более-менее, приличное состояние. Затем тело шло на кухню, где ушедшие на работу родители, не сумевшие достучаться до дочери, оставили родному чаду что-нибудь перекусить. Немного придя в чувство, мысли начинали работать в нужном направлении. И когда до прихода родителей оставалось всего ничего, очухавшееся чадо окончательно определялось с тем, где ему лучше провести остаток дня, вечер, и ночь, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитый день.
Чтобы было о чем вспомнить завтра, даже если после этого голова трещит еще больше, а все тело ноет, особенно между ног. Ведь именно эта часть, плюс смазливая мордашка и стройная фигура, кормит и поит, устраивает вольготную жизнь бесшабашному и непутевому существу. Всего-то делов, в завершение веселой ночки, раздвинуть ноги, расплачиваясь за выпивку, угощение, и прочие маленькие удовольствия.
Чтобы не вышло чего, грозящего испортить девице жизнь, она горстями пила противозачаточные таблетки. Чтобы не залететь от очередного кавалера, что угощает ее, получая взамен пьяную любовь. Но постоянные пьянки, либо жуткое похмелье, не всегда располагают к здравым мыслям. Иногда, заветные таблетки забываются на несколько веселых ночей, а когда о них вспоминают, и снова пускают в ход, оказывается, что уже слишком поздно. Денег на аборт нет, и остается ждать 9 месяцев, пока все разрешится само собой. Затем написание отказной бумаги и прощай дитятко, пускай тобой занимается государство, которому ребенок нужнее, нежели родной матери.
