— остаётся политикой. Они кочевали, следуя маячкам и расправляясь с провинившимися, в том числе моей расой. Последних выживших они обычно забирают в нечто вроде ксенозоопарка. Иногда даже пытаются вернуть на правильный путь, следуя своим постулатам… Как, например, меня. — в этот момент это существо так кровожадно улыбнулось, что меня даже слегка передёрнуло. — Прости, не удержался. Редко я могу быть самим собой, как сейчас. Так они и кочевали, пока в «пустой» системе не обнаружили таких, как ты, людей. «Человеческая зараза, уничтожающая священные миры, вновь подняла голову и должна быть уничтожена!» — так заявил один из них на галактическом совете. Пошли споры, после чего было принято компромиссное решение. До окончания срока изоляции человечеству запрещён выход в космос и его освоение за пределами первоначальных трёх звёздных систем. И раз так, то все вновь открытые миры с представителями вашего вида, начавшие освоение космоса, должны быть уничтожены.
— Да уж… — покачал я головой, узнав, за что нас обрекли на смерть. — И много нам ещё лет так вот сидеть на домашнем аресте? Самим того не зная? Хоть бы предупредили…
— А вас предупреждали. Но вы не поняли, очевидно, решив, что это шутка такая… — совершенно серьёзно ответил мне Ллош.
— Понятно. — пожал я плечами. — Почему мы должны умереть, я уже понял. Теперь бы узнать, как этого избежать.
— А на самом деле никак. — без толики сомнений произнёс Ллош и снова сменил картинку перед моими глазами.
Теперь я смотрел на три гигантских космических корабля, которые двигались, медленно приближаясь к орбите уменьшенной Земли.
— Агма, Дигс, Жжаз. Три вестника рока. Три корабля, что принесут на вашу планету смерть. Чтобы победить своего врага — его нужно знать. Ты его не знаешь. Так как ты собираешься победить?
— С твоей помощью. — ответил я ему, не отводя взгляд с кораблей.
— Я сказитель и бывший жрец технобогини, а не чудотворец. Агма уже на орбите вашей планеты. Она отправила «лекарство», создавшее биологическую бомбу замедленного действия, создавшее зомби, принесла терминалы и миллиарды ретрансляторов. Благодаря ей в прямом эфире ведутся трансляции ваших войн за выживание. Этакое реалити-шоу. Кстати, довольно популярное, в том числе за счёт твоих достижений. Парочка рекордов на твоём счету, что я могу считать отчасти и своим достижением, Михаил.
— Дигс и Жжаз же принесут к нам их космодесантников, штурмовиков и охотников? — попытался предположить я.
— Не совсем… Тут-то и кроется ваша самая главная проблема. Наша проблема…
— Так? Какая?
— На всех трёх кораблях нет ни одного Эдарианца. Ни одного живого существа. Прям ну вот ни одного…
— Тогда откуда эти их легионы, миллионы тварей в хитиновых панцирях! — удивился я его словам.
— А зачем они им? Жжаз — это склад ресурсов. Посмотри, какой он огромный. В него влезет половина полезных и ценных ископаемых вашей планеты. Два рейса, и планета превратится в бесполезный кусок безжизненного камня в Солнечной системе. На нём же и всё оборудование для добычи, равно как и производственные линии в случае необходимого ремонта.
— Дроны? Но я видел кровь, когда убивал этих тварей…
— Тела настоящие, но… Искусственные. Дигс — это мобильная лаборатория, создающая эти армии, а сражаются Эдарианцы удалённо, используя нейромост между двумя звёздными системами и цепочку ретрансляторов. Подключаешь сознание, погружаешься в выбранного бойца и идёшь воевать.
— Для них это грёбаная игра с полным погружением? Они даже боли не чувствуют?
— Скорее разочарование и желание поскорее перезагрузиться, а иногда и влить немного средств, купив себе на Дигсе пушку покруче, технику прочнее или заказав что-нибудь эксклюзивное на Жжасе.
Было тяжело… Очень тяжело сохранить самообладание, осознав, что, воюя, эти твари не несут потерь. Лишь умирают клоны-однодневки, созданные для этой битвы и развлечения, не имеющие собственной воли. Для них это какая-то стрелялка, способ развеяться, повыпендриваться перед друзьями и на спор уничтожать человечков, зарабатывая баллы в таблице лидеров.
— Я понимаю, что это тяжело осознать… Но стал бы я говорить о возмездии?
— У меня слов нет. Только маты…
— О, ваша изящно тактическая форма боевого общения! Знаю-знаю. Очень любопытная! Я даже для сказок некоторых использовал ваши слова, чтобы показать всю глубину злобности далёких и агрессивных человечков…
— Смешно. — тяжело вздохнул я, опустошённо сидящий на этом самом стуле. — Есть ли ограничения или ресурсы на Дигсе? Скольких он может создать?
— Да, в общем-то, почти бесконечное количество, пока есть материал. А на вашей планете его будет много. Время, правда, понадобится, но ты уж поверь мне, тех ста миллионов, что едут изначально готовыми, — всегда хватало с запасом.
— А воды они почему боятся?
— Твари космические, им и твёрдая земля без тренировок непривычна. А вода плохо влияет на связь с ретрансляторами. Теряется соединение и всё такое… Они становятся вялыми, аморфными, заторможенными… Особенности технологии, не более. Вообще, говорят, скоро и эту проблему исправят. Не знаю только, на вашем мире или уже на следующем… Сам жду подробностей. Скорее на следующем, ведь надо будет вернуть корабли для переоборудования.
— Хорошо… Так, а в чём же твой план состоит? Как подарить им возмездие? Самоуничтожиться, начав глобальную войну, чтобы они не успели высадиться и обломались?
— Нет, ну можно, конечно, и так… Но у меня есть план получше. Знаешь, что откроется на четырнадцатом и пятнадцатом пункте меню терминала?
— Понятия не имею…
— Ваш шанс… Там появится ваш шанс. Но обычно второй этап вторжения начинается раньше, чем открывают эти пункты… Нам придётся немного сжульничать… Ты готов довериться мне, человек?
Смешной он, всё-таки… У меня что, есть выбор?
— Я готов выслушать твой план и твоё предложение, Ллош Ззок.
Глава 11
Если посчитать число жизненных переворотов, которые меняли мою жизнь с ног на голову, то я, пожалуй, буду относиться к той прослойке людей, о которых раньше снимали телерепортажи в духе «В мужчину семь раз ударила молния, и он остался в живых!».
Нет, ну серьёзно. Я даже не беру в учёт ситуацию с первыми годами моей жизни, которые по-своему тоже были тем ещё квестом на выживание, ведь дальше было куда «веселее». Экспериментальное подселение инопланетянином меня через сны в модуляции сражений на далёких человеческих планетах — раз. Тысячи жизней и смертей, и при этом сохранение адекватности и рассудка, появление первых «желаний» в рамках этих снов-подготовок, заставивших меня тянуться к знаниям и силе — два. Аномалия в реальности, позволившая мне из-за этого жизненного ритма преуспеть в разработках и сокрытии собственных сил и возможностей перед чиновниками из правительства — три.
Дальше можно и вовсе не считать. Побег
