из меня остатки спермы.
Когда мой оргазм прошел, я снова начал осторожно двигаться, доведя ее до серии из трех небольших оргазмов, прежде чем почувствовал, что моя эрекция начинает ослабевать. Мы лежали там, не двигаясь, просто тяжело дыша, кожа к коже, когда мой член опал и выскользнул из нее.
«Я люблю тебя, Стив».
«Я тоже люблю тебя, Дженнифер».
Я придвинулся к ней, и она повернулась ко мне, чтобы принять нашу обычную позу для объятий. Я крепко притянул ее к себе, и она вздохнула, прижавшись ко мне.
«Я бы хотела, чтобы ты остался на ночь».
«Я тоже, но мама никогда не разрешит. Мы должны что-нибудь придумать, хорошо? Найти способ. Я обещаю, что мы найдем способ до того, как я уеду следующим летом».
«Мне бы этого хотелось».
Мы оба задремали, не двигаясь с места. Тихий стук в дверь разбудил нас, и ее мама сказала: «Ужин через пятнадцать минут, дети».
Дженнифер отпустила меня и встала, сказав: «Пойдем, примем быстрый душ».
Она надела халат и протянула мне один, сказав: «Папин запасной», и повела меня в ванную комнату напротив. Она включила воду, и мы вошли в комбинированный душ и ванну. Мы по очереди намылились и ополоснулись, но при этом наши мокрые, скользкие тела постоянно соприкасались.
Дженнифер выключила воду и повернулась, чтобы притянуть меня в крепкие объятия, в которых мы пробыли пару минут. Затем мы быстро обсушились полотенцами и вернулись в ее комнату, чтобы одеться. Я не думал, что она готова на выходки в стиле Мелани, и был уверен, что ее родители этого не одобрят. Мы спустились вниз.
Ужин был любимым блюдом Дженнифер — жареная курица, картофельное пюре и кукуруза в початках. Мы ели и разговаривали с ее родителями. К счастью, она вела себя хорошо, и не было никаких неловких комментариев. Я почувствовал облегчение от того, что не ощутил никакой враждебности со стороны ее отца. Хотя она сказала, что он смирился с этим, я знал из своего опыта общения с мистером ван Хуком, что попустительство не означает одобрения.
Когда ужин был закончен и мы ели мороженое, мистер и миссис Блок спросили нас о наших отношениях.
«Ну, мама, он сказал, что подарит мне кольцо обещания в любое время, когда я захочу. Думаю, это говорит о том, где мы находимся».
«А вы не слишком молоды для такого шага?»
«Элисон, они спят вместе. Я был бы очень рад, если бы они взяли на себя такие обязательства», — сказал ее отец.
«Папа, я сказала ему «нет». Ну, вообще-то, я сказала ему «пока нет». Мы обсудим это, когда он вернется из Швеции и мы станем выпускниками. Многое может произойти между этим временем и тем».
«Стив, я надеюсь, что когда-нибудь ты станешь моим зятем. Это избавит меня от многих мучений в течение следующих десяти лет или около того!»
«Папа!» — от Дженнифер.
«Роберт!» — от ее мамы.
«Я единственный, кто не может сказать, чего мне хочется?» — спросил ее отец.
«Да!» — Дженнифер и ее мама сказали вместе.
Мы с ее отцом обменялись взглядами, которые говорили обо всем. Женщины знали, что они главные.
После ужина ее родители сказали, что уберутся, и Дженнифер попыталась потянуть меня вверх по лестнице. Я направил ее к дивану, и мы сели.
«Что происходит?»
«Дженнифер, самое правильное — это обняться и поговорить с родителями. Поверь мне. Мне нужно наладить доверительные и уважительные отношения с твоим отцом. Ему совершенно не нравится то, что ты делаешь, но он знает, что не может остановить тебя. В этой области я умнее всех моих девочек, ясно?».
«Но я хочу сделать это снова!» — хныкала она.
«Если только мы оба не ошибаемся, у нас есть остаток жизни, чтобы заниматься любовью. На самом деле, я думаю, мы знали это с самого первого раза».
«Но как насчет Биргит?»
«Я, конечно, не могу сказать наверняка, но то, что я чувствовал с тобой, было настолько другим, настолько интенсивным, что в глубине души я знал, даже тогда, что нам, вероятно, суждено быть вместе».
«Что?»
«Да, когда я уходил отсюда в тот день, у меня голова шла кругом. Я все еще любил Биргит, но опыт с тобой, всего один раз, изменил мое мышление. Я никогда не говорил об этом и даже пытался отрицать это для себя. Но это правда».
«Вау. Я думала, что я одна такая. Вот почему мне так хотелось изменить отношения. Я чувствовала это. Я знала это в своем сердце. Но я знала, что этого никогда не произойдет. И тогда я подтолкнула тебя к Бекки, когда не смогла получить то, что хотела».
«Дженнифер, мы покончили со всем этим. Это в прошлом. Давай просто двигаться дальше, хорошо? Мы оба совершили большие ошибки. Мы работаем над тем, чтобы не совершать их снова».
Она прижалась ко мне.
Остаток вечера мы провели, разговаривая с ее родителями, смотря телевизор и поедая попкорн. Я знал, что Дженнифер хотела утащить меня в свою комнату, но понимал, что это только сильнее разозлит ее отца. Если он увидит, что меня волнуют другие вещи, кроме секса, он, возможно, одумается. Не то чтобы он был настроен враждебно, но я мог сказать, что ему не по себе или он не рад.
Та же стратегия очень хорошо сработала с мистером ван Хуком, хотя Дженнифер не была папиной дочкой, как Бекки. Я был уверен, что все сложится хорошо. Это может занять некоторое время, но я был уверен, что в будущем мы сможем использовать дом Дженнифер вместо квартиры.
Дженнифер ехала рядом, когда ее мама отвозила меня домой. Она проводила меня до двери, и мы поцеловались.
«Могу я договориться с Мелани?» — спросила она.
«Да. И с Мэри, если хочешь».
«Правда?»
«Да. На один раз. Потом она будет вне доступа, пока она с Беном».
«Хорошо. Я дам тебе знать».
«Еще одна вещь — есть основные правила. Нам троим нужно собраться где-нибудь, где нет возможности заняться сексом, чтобы я мог их изложить».
«ОК. Ты расскажешь мне сейчас?»
«Нет, я еще не все знаю».
«Ты можешь прийти в среду после работы?».
Я театрально вздохнул и сказал: «Это все, что ты хочешь, не так ли? Ладно. Я могу быть сексуальным объектом, я думаю, если мне придется».
Она сильно ударила меня по плечу, но при этом хихикнула.
«Люблю тебя, Джен».
«Люблю тебя, Стив. Ты никогда раньше не называл меня
