девушек. По идее подходила любая, и я уже собрался выбрать ту, что меньше всего была похожа на мою любовь, как Адель вновь со мной заговорила.
— Барон, позволите мне скрасить ваш досуг? — вдруг предложила она.
Признаться честно, подобного предложения я услышать не ожидал. В отличие от других девушек, Де’Мансауро была одета в шикарное черное платье, которое подчеркивало ее стройную фигуру. Да и красотой, хоть и начавшей увядать, она тоже была не обделена.
Хм-м. А почему бы и нет? Среди остальных сейчас она была для меня самой интересной парой, так как мне хотелось получше узнать, как работают ее магические способности. Плюс она наверняка могла оказаться интересным собеседником. И на данный момент получение полезных сведений у меня стояло повыше, чем плотские утехи, которыми можно было заняться позже.
Люк Кастельмор был молодым мужчиной в самом расцвете сил, и для этого у него была вся жизнь впереди. А вот чтобы ее сохранить, нужна была информация.
— Почту за честь, — ответил я хозяйке борделя и увидел, что на некоторых симпатичных мордашках девушек появились гримасы разочарования.
«Что ж, может, в следующий раз», — подумал я, с интересом изучая Адель.
— Фисса за главную! — произнесла Де’Мансауро, а затем подошла ко мне. — Пойдемте, барон, — промурлыкала она. Но я был защищен от ее магии, поэтому ее чары на меня не подействовали.
Но вежливость и манеры никто не отменял, поэтому протянутую мне руку я, конечно же, не поцеловал, но пошел вслед за хозяйкой борделя. Причем не в одну из комнаток, куда увели Жуля, а, видимо, в отдельный шатер поменьше, который служил личными покоями Адель.
Ну или ее кабинетом, судя по обстановке, в которую гармонично вписалась большая кровать, шкаф, большой деревянный стол с письменными принадлежностями на нем, прикроватная тумбочка, небольшой круглый столик, на котором стояли бутылки, вероятно, с алкоголем и несколько фужеров. Также в шатре было несколько окон, которые сейчас были задраны плотной тканью, которая не пропускала свет.
Освещением же здесь служили несколько крупных кристаллов, закрепленных у потолка шатра, которые излучали ровный теплый свет.
— Снимайте одежду, барон, — тем временем произнесла Адель, а сама зашла за ширму, которая стояла в углу. И спустя несколько секунд я услышал звук развязывающейся шнуровки платья.
Так как человеком я был нестеснительным, то я быстро снял верхнюю одежду, которую аккуратно сложил на одном из стульев. И как только я остался в одном исподнем, за одной из стенок шатра-кабинета началась какая-то возня, а затем она и вовсе была задрана вверх, и несколько грозных и накаченных мужчин приволокли на середину шатра большой чан с водой, от которой исходил пар.
Сама же хозяйка всего этого предстала передо мной полностью обнаженной. Смерив меня оценивающим взглядом, она остановила его на исподнем, а затем кивнула мне на него. Намек я понял, поэтому через пару секунд я тоже стоял голым.
— Я добавлю благовоний, — продефилировала она к столу, достала из него мешочек с какими-то травами и, зачерпнув горсть, опустила их в воду.
Затем она взяла с подноса несколько апельсинов и, нарезав их кольцами, тоже опустила их в чан с горячей водой.
— Теперь залезайте, барон, — Адель кивнула на воду, и я, забравшись по ступенькам в горячую воду, протянул руку Де’Мансауро и помог забраться ей.
— Благодарю, — промурлыкала моя собеседница и вновь «вцепилась» меня своим взглядом карих, почти черных глаз.
— Что-то не так? — спросил я, откинувшись на спинку.
Горячая вода прекрасно расслабляла после дороги, и у меня даже стало меньше ныть плечо. Крысеныш Габриэль. Если бы попал мне в голову, то так легко я бы точно не отделался. Ну ничего, его ждут куда как более трагичные последствия, нежели меня.
— Кастельмор. Где-то я слышала эту фамилию, — взяв в руки губку, Адель обмакнула ее в воду. — Ваша семья ведь занимается лекарствами? — спросила она, немного удивив меня.
Было странно слышать о том, что хозяйке одного из лучших борделей в стране известны моя фамилия и род занятий.
— Верно, — кивнул я. — Но мою семью недавно постигло несчастье, и из всех Кастельморов остался лишь я один.
— Слышала, — кивнула мне Де’Мансауро. — Приношу свои соболезнования.
Хм-м, она и про это знает. Занятно. В том, что заведовать домом терпимости являлось ее основным родом деятельности, я начал сомневаться, как только увидел эту роковую красотку.
— Но откуда вы знаете мою семью? — удивился я, не спуская глаз с Адель, каждое движение которой было наполнено грацией и чувственностью.
И делала она это уже без магии.
— Ваш отец, барон, пусть земля ему будет пухом, делал мне на заказ лекарство, которое просто необходимо для работы в нашей сфере, — промурлыкала она, и я сразу понял, о чем идет речь.
— Ясно, — ответил я, ибо видел что-то подобное в записях Этьена Кастельмора. — Если потребуется еще, обращайтесь. Я знаком с рецептом и знаю, как изготовить нужный препарат, — добавил я, и моя собеседница кивнула
— Хорошо, барон. А теперь повернитесь ко мне спиной, — ответила Адель, и я послушно выполнил ее пожелание.
На мою спину легла ее рука, и я сразу же ощутил ее магию. Она снова начала использовать против меня свою странную ману или заклинания, но все они рушились о защиту, которую я возвел.
— Вы очень напряжены, барон. Расслабьтесь, — прошептала она мне на ушко, едва касаясь его губами.
«А почему бы и нет?» — подумал я, расслабляя тело, но при этом не снимая магической защиты.
Тем временем Де’Мансауро искусно омыла мое тело мочалкой, а затем обхватила мою шею руками и прильнула к моей спине своим телом. И вновь за этим последовала магическая атака, которая разбилась о мою защиту, аки волна о скалы.
— Повернитесь, барон, — прошептала Адель и я подчинился.
Стоило мне сделать это, как тут же чертовка решила играть серьезно. Её ручка нырнула в чан и…
Не знаю, что это было, но даже несмотря на мою защиту, на несколько секунд я потерял над своими разумом и телом контроль, и меня охватило невероятно сильное желание. Я вцепился руками в ее ягодицы и крепко сжал их, да так, что она застонала. Вот только длилось помутнение недолго.
— Фу-х, — я выдохнул и посмотрел в карие глаза Де’Мансауро, в которых сейчас читалось удивление,
