Даже думать не хочу, сколько луидоров потратили Рошфоры на все это, — добавил он и покачал головой.
Да уж, денег в это мероприятие явно было вбухано немало. Годовой бюджет какого-нибудь крупного города или, может, даже небольшой страны. Не меньше.
— Мы с Брисом пока займем место получше, — с нами поравнялся паренек верхом на гнедой лошади.
— Да, все лучшие места уже заняты, — усмехнулся Де’Жориньи.
— Ну, из тех, что остались, — пожав плечами, ответил Кир Ришар. Они с Кристианом Марьезом присоединились к нам спустя пару часов с момента, как мы покинули замок Рошфоров.
Первый — младший сын крупного землевладельца, чьи земли соседствовали с устроителями Охоты. Несмотря на отсутствие титула, семья кареглазого офицера Галларийской армии была настолько неприлично богата, что даже несмотря на то, что они не были благородными, их семья все равно была приглашена на охоту. Кир был кавалеристом, а также заядлым охотником и сейчас пребывал в отпуске, поэтому пропустить это событие он никак не мог.
Второй — его верный боевой товарищ, наоборот, был из благородных, но, как и в случае Кастельморов, принадлежал к практически разоренному роду, поэтому, за неимением наследства, тоже решил выбрать для себя карьеру военнослужащего.
Оба молодых человека, которым едва стукнуло двадцать, уже успели пройти через ряд крупных сражений и зарекомендовали себя как смелые и отчаянные воины. И уже ни один раз вместе со своими боевыми товарищами были на острие атаки в составе своего третьего королевского тяжелого кавалерийского полка.
И да, Кристиан Марьез был одаренным, но по силе не дотягивал даже до Де’Жориньи, который, как выяснилось, был «середнячком».
— Хорошо, — кивнул им Жуль, и оба всадника ускакали вперед. — Барон, есть какие-нибудь мысли по поводу медведя? — поинтересовался здоровяк, провожая двух своих друзей взглядом.
— Нет, я никогда не сталкивался с магическими зверями, — соврал я. — А у вас? — спросил я Де’Жориньи. — Кстати, можете звать меня по имени.
— Хе-х, отлично! Тоже не люблю все эти титулы! — крякнул мой собеседник. — Что же касается охоты на магических зверей, то у меня опыт есть, хоть и небольшой.
— Ходили за разлом? — спросил я.
— Да, но экспедиция выдалась очень неудачной. Из сотни живыми вернулись только я и мой товарищ, барон Гаспар. Говорят, барон до сих пор из дома не выходит, — Жуль покачал головой. — Да уж, натерпелись мы тогда. Я неделю из запоя не выходил и до сих иногда просыпаюсь по ночам, — добавил он и, повернувшись назад, достал из кареты бурдюк.
Откупорив его, он знатно к нему приложился, а затем убрал его обратно. Кстати, за время нашего путешествия этот бурдюк был уже третьим. И что самое удивительное, Де’Жориньи совершенно не пьянел. Здоровья у него было как у быка.
— Расскажете, что случилось? — спросил я. — Или…
— Да нет, нормально все. Дело-то прошлое, — ответил Жуль. — В общем, послал нас король в экспедицию. Целью было отбить укрепление у «синих». Вроде как их там должно было быть не больше десятка. Для сотни опытных солдат — сущий пустяк. Хе-х, — он горько усмехнулся. — Ага, пустяк…
— Синих? — спросил я, когда мой собеседник вдруг замолчал.
— Не слышали это слово? — удивился Де’Жориньи, и я отрицательно покачал головой. — Это мы так местных называем, потому что кожа у них синяя, — пояснил Жуль.
— Местных? — спросил я.
— Ну да. Тех, кто живет за разломом, — кивнул здоровяк. — Люк, вы что, вообще ничего не слышали про Проклятые Земли? — удивился мой собеседник.
— Очень мало, — честно ответил я.
— Хе-х, ясно, — крякнул Де’Жориньи. — В общем, несмотря на то, что там не пойми что творится, жить за разломом возможно. Тяжело, конечно, но находятся те, кому такая жизнь показалась лучше, чем с нашей стороны. Хе-х, — добавил он.
— Они разумные? — спросил я.
— Вполне. Дикари, конечно, и скорее набросятся, нежели заговорят. Но бывали случаи, когда даже с «синими» получалось договориться. Кстати, «синими» их называют из-за того, что кожа у них реально синего цвета. Видимо, из-за влияния тамошнего магического фона. Во всяком случае, слышал я такое утверждение из уст ученых мужей, — ответил Жуль. — Так вот, значит, есть там, за разломом, небольшая наша застава. В общем, долгое время она была заброшена. И вот нашему королю вздумалось, что ее за каким-то чертом надо вернуть. Разведка доложила, что там обосновались синие. Не больше десятка, вроде как. Собрали по-быстрому экспедицию, в основном вояки со стажем, вроде меня, плюс десяток ученых там всяких. Ну мы и отправились туда, — он повернулся и снова взял в руки бурдюк.
— Данные разведки оказались неверными? — спросил я.
— Да нет, верными, — сделав парочку больших глотков, ответил Де’Жориньи. — Их там действительно было не больше десятка. Проблема в том, что когда мы заехали на заставу, все они уже были мертвы. Хе-х, — он кинул бурдюк обратно.
— Я так понимаю, проблема оказалось в другом? — спросил я, и мой собеседник кивнул.
— Да, проблема оказалась в другом, — повторил он за мной. — Оказалось, что там устроил гнездо Вивьер, и когда мы поняли это, было уже поздно, — он тяжело вздохнул. — Полагаю, что за твари эти Вивьеры вы тоже не знаете?
— Не знаю, — честно ответил я.
— В общем, это такая тварь, чем-то похожая на… — он задумался. — В общем, на жука. Только большого. Примерно с лошадь размером, — он кивнул на своих коней. — И ужасно опасная. Людей режет, как горячий нож масло. Но самое мерзопакостное то, что обычным оружием Вивьера не убить, так как броня у него очень прочная. Как там это слово…
— Хитин? — предположил я.
— Точно! Хитин! — он хлопнул меня по плечу, да так, что у меня чуть не потемнело в глазах.
Силой этот здоровяк обладал недюжинной.
— Так вот, помимо того, что убить эту тварь можно только магией, она еще и очень быстрая. В общем, не прошло и пары минут, как она всех наших в капусту нашинковала. Кровищи тогда было… — Де’Жориньи тяжело вздохнул, и в его руках снова оказался бурдюк.
Приложившись к нему, он недовольно цокнул языком и кинул его на дорогу.
— Кончилось, —
