через толпу, параллельно делая глотки. Поместье, в котором мама и Джозеф отмечают свадьбу, принадлежала Джеку. Оно было окружено красивыми лужайками и садами. Сам дом был на удивление современным и казался лишним среди виноградных лоз и традиционных ландшафтов. Этот особняк был построен как подарок его второй жене, и они иногда проводили лето здесь. А вообще сам Джек называл это место его «домом престарелых».
Я прошла мимо охраны, они кивнули мне в знак приветствия. Потом зашла в дом и поднялась в спальню, в которой мне предстояло жить, пока мама и Джозеф будут наслаждаться их медовым месяцем в Париже. Чертов Париж. Очевидно, что у Борегаров имелась там квартира с потрясающим видом на город. Единственный раз, когда я была где-то в отпуске, прошел в местном парке, где мы с мамой провели пару дней, ночуя в палатке.
Мои пульсирующие лодыжки ныли, пока я поднималась по ступенькам. По пути потянулась к застежке своего платья и выдохнула с облегчением, когда сняла эту маску счастья с лица.
― Наконец-то, ― выдохнула я до того, как услышала странные звуки, заставившие меня остановиться на последней ступеньке. ― Здесь кто-то есть? ― Это место было только для членов моей семьи ― а таких у нас с мамой не было.
― О, господи, сильнее, ― требовал высокий женский голос. ― Трахни эту киску.
Звук шлепков заполнил весь коридор. Дерьмо, по-моему, источник этого звука находился прямо в моей комнате. Если кто-то занимается сексом на моей кровати, я не буду на ней спать.
Я знала, что мне лучше уйти, любая бы на моем месте ушла бы, но не я. Поэтому положила руку на ручку двери и аккуратно нажала на нее, дверь тихо приоткрылась.
Я ожидала увидеть темную комнату. Мои неудачные попытки заняться сексом с бывшим парнем всегда были в темноте, когда мама работала, и с подушкой, зажатой в зубах, чтобы наши соседи не слышали мои стоны.
Но тут все было по-другому: вся комната была ярко освещена. Казалось, что им абсолютно все равно, что их могут увидеть или услышать, эти двое были потеряны в своих ощущениях.
Напротив того места, где я стояла, висело большое зеркало. В нем можно было увидеть каждое движение двух тел. Я сразу же узнала девушку по отражению ее острых черт лица. Она работала вместе с мамой официанткой. Они были просто знакомыми, иногда делились какими-то сплетнями во время перерыва, но маме нужна была подружка невесты, а Коллин вроде бы была нормальной.
Ее партнер впечатал ее щеку в столешницу, и ее задница была выпячена перед ним. Стоны Коллин были громкими и резкими, что мне казалось, если бы я постояла здесь еще несколько минут, мои барабанные перепонки просто лопнули бы.
Но мой взгляд был прикован к красивой заднице мужчины. Высокий, загорелый, накаченный, с темными волосами и татуировкой в форме черепа, темные глаза которого будто заглядывали мне в самую душу. С каждым новым толчком его задница сжималась.
― Да, дорогая, продолжай, ― простонал мужчина, прежде чем снова врезаться в нее.
― Сильнее, ― требовала она, но если он будет делать это сильнее, то они сломают этот стол. В комнате пахло сексом и страстью, а их одежка была разбросана по всему полу. Я выдохнула, когда увидела, что из зеркала на меня смотрела пара насыщенно глубоких серых глаз. На его лице была легкая щетина. Черты его лица были острыми, а волосы беспорядочно торчали. Казалось, что кто-то уже успел поиграть с ними, и я даже знаю, кто ― Коллин.
Наши взгляды встретились.
― Тебе нравится? ― Я не знала, к кому он обращается: ко мне или к Коллин
― Да, ― простонала она.
Мужчина ухмыльнулся, когда в блаженстве откинул назад свою голову. С его губ сорвался вздох, который я никогда не забуду. Его рот открылся, глаза плотно сжались, каждый мускул в его теле был напряжен. Я чувствовала, как мое сердце выпрыгивает из груди, а колени трясутся.
― Уйди, ― скомандовал мужчина перед тем, как посмотреть на меня. Та игривость, которая была в его голосе, испарилась. Сейчас он изучал меня своим пристальным взглядом. Мои щеки горели. Что я только что сделала?
Я должна была сказать, что это моя комната. Должна была позвать охрану. Должна была сделать хоть что-то, но вместо этого вылетела, как пуля, из той комнаты. И слышала, как громко они вдвоем кончили. Я вышла на улицу, но все еще слышала их стоны удовольствия.
Глава 2
Доски скрипели под моими ногами, пока я шла по крыльцу к задней части дома Борегаров. Некоторые свадебные украшения все еще находились во дворе. Бригада уборщиков должна была прибыть в течение часа, поэтому я расположилась в шелковой пижаме на шезлонге.
Во дворе пахло цветами и средствами от насекомых. Я сжала ладонями чашку с кофе, смотря на сад и желая, чтобы мое тело побыстрее проснулось. Мои глаза чесались от усталости и аллергии. Я не спала прошлой ночью. Мне хотелось бы насладиться комфортом своей кровати, но также хотелось увидеть маму перед отлетом. Мы договорились попить кофе до того, как она уедет. И я ждала с нетерпением возможности провести с ней время наедине. Последние пару месяцев были вечной спешкой. Я уже и не помнила, когда мы просто проводили время вместе.
Задняя дверь открылась, и я повернулась, чтобы поприветствовать маму. Но осеклась, когда поняла, что это не она, а тот самый мужчина. После того, как свадьба закончилась, я вернулась в свою комнату с ощущением тревоги. К счастью, пара освободила мою комнату. Но я все же попросила домработницу о свежем постельном белье, на случай, если они переместились с моего туалетного столика на двуспальную кровать. Большую часть прошлой ночи я провела в раздумьях о той странной встрече с этим мужчиной и о том, как он входил и выходил из той женщины.
Я быстро поправила свою розовую шелковую пижаму и села ровнее, понимая, что мои соски, вероятно, виднелись сквозь тонкую ткань рубашки. Черт.
Этот мужчина выглядел потрясающе, правда немного с похмелья. Вероятно, он так же хорош во владении своим изворотливым языком с женщинами, как те парни, что с легкостью могли завязать с помощью него плодоножку от вишни в узелок. Его оливковая кожа блестела от пота. Он осмотрел веранду, прежде чем остановил свой взгляд на мне.
―
