Пришло время узнать правду. Джейн больше не могла скрываться от нее. Ей было уже двадцать шесть лет. Она превратилась в записную старую деву по собственному выбору, в течение ряда лет отвергнув множество весьма достойных предложений о браке. Джейн знала, что замужество неизбежно ведет к деторождению, а это могло привести ее на грань безумия. Правда, когда она достигла женской зрелости, ее собственные припадки меланхолии почти прекратились. Но иногда она видела, пусть даже мельком, темноту. И тогда ее поглощало отчаяние. Она страшно боялась чего-то, что могло бы нарушить ее душевное равновесие.
Нет, она не могла так рисковать. Она хотела увидеть собственными глазами, что могло ожидать ее в будущем. Ее семья в Дербишире обладала ключом к разгадке этой страшной тайны. Но никто не хотел открыто говорить о действительном положении вещей, по крайней мере в ее присутствии. Ей необходимо сделать собственные выводы, какими бы чудовищными они ни оказались. Она думала о своей сестре Сюзанне, возможно, самой счастливой, искренней и уравновешенной женщине, которую она знала. Каковы были их шансы избежать семейного проклятия?
Через три дня она отправится туда, где сама сможет встретиться со своими демонами. Это единственное, что оставалось сделать.
– Извини, мама, но я твердо решила.
Мать вздохнула:
– Ну что же, ты разумная девушка, Джейн. Надеюсь, это не та поездка, что… что… – Она замолчала, потухшие глаза наполнились слезами.
– Мама! – Джейн погладила полную руку матери. – Это всего-навсего посещение родственников и ничего более.
– Боюсь, я никогда не пойму тебя, моя дорогая. Ты такая хорошенькая, пользуешься такой популярностью. Уже многие годы мужчины падают к твоим ногам, а ты их всех отвергаешь. Даже Уильяма Никерсона, такого милого юношу. Я была уверена, что он завоюет твое сердце.
– Я не могу объяснить это, мама. Правда, не могу. – Она решила никогда не делать этого – облачать все свои страхи в слова. – Но у меня нет желания выйти замуж. Особенно сейчас, когда умер папа. – Глаза Джейн застлали слезы. – Как я могу оставить тебя одну?
– Глупости! – отмахнулась мать от возражений дочери. – Ведь Сюзанна и ее выводок всего в половине дня езды отсюда. И Люси совсем рядом, в Ковингтон-Холле. Так что тебе нечего заботиться обо мне. А вообще… я решила уехать из Гленфилда. Большую часть времени хочу проводить в Лондоне среди моих друзей. Иногда я чувствую, что дом содержит слишком много воспоминаний. Жаль, что Колин обосновался в Шотландии и не выжил нас отсюда.
У Джейн защемило сердце. Неужели ее мать несчастна? Она была так занята собственными заботами и планами, что даже не замечала недовольства матери. Она сжала руки, наклонила голову и зажмурилась, чтобы удержать слезы.
Мать поцеловала ее в макушку.
– Ну что же, поезжай, Джейн, если это так важно для тебя. Поезжай.
– Спасибо, мама. – Джейн подняла голову, ее глаза блестели. – В середине лета я присоединюсь к тебе в Лондоне. Обещаю.
Через три месяца. У нее было три месяца, чтобы раскрыть самую глубокую и темную семейную тайну – узнать, что за судьба ожидает ее, если она выйдет замуж. Джейн проглотила болезненный комок, стоявший в горле.
Девушка очень надеялась, что правда не окажется страшнее, чем она себе воображала.
Эшборн, Дербишир
Джейн с довольной улыбкой оглядела дом кузины с желтым каменным фасадом. Увитая виноградом усадьба располагалась на лужайке по соседству с известным Ричмонд-Парком. Ей еще предстояло увидеть роскошное имение, но огромный парк, который они миновали на пути из деревни, был просто великолепен. Муж Эмили, Сесил, проводил ее в дом с такой замечательной улыбкой, что стали заметнее его правильные черты.
– Эмили, дорогая, посмотри, кого я тебе привез! – позвал он жену.
Джейн услышала радостный возглас, за которым последовал стук каблучков по недавно натертому полу. Через минуту Эмили, с круглым животиком, стояла возле гостьи. Ее лицо приятного розового оттенка так и сияло.
– Мне просто не верится! Это действительно ты? Кузина Джейн, как мы давно не виделись! – Хорошенькая женщина, на голову ниже Джейн, вскинула руки и обняла ее:
– Я так рада видеть тебя, Эмили. В последний раз мы встречались еще девочками.
– Да, это произошло вскоре после смерти, мамы, – кивнула Эмили. Светлые волосы с рыжеватым оттенком обрамляли ее пылающее лицо. – Мне тогда было не больше шестнадцати.
Джейн никогда не слышала, чтобы кто-то так открыто говорил о ее тете Сьюзен, которая наложила на себя руки. Об этом в семье Джейн только намекали и никогда не говорили откровенно в ее присутствии. Эта новость потрясла Джейн до глубины души. Она могла только гадать, беспокоило ли Эмили, что та может разделить судьбу обреченной женщины?
Однако Эмили выглядела счастливой. Джейн попыталась отогнать дурные мысли, связанные со скорым материнством кузины.
В комнате появилась полная женщина с седыми волосами, выбивавшимися из-под белоснежного кружевного чепчика, но Эмили отпустила ее взмахом изящной руки.
– Нет-нет, миссис Смайт. Я сама провожу мисс Роузмур в ее комнату, а вы пока позаботьтесь о ее горничной. – Эмили указала на Бригитту, стоящую позади хозяйки. – Пойдем, Джейн. – Она подняла глаза и поймала осуждающий взгляд мужа, вскинувшего светлую бровь. – Сесил, дорогой, я прекрасно себя чувствую, почти весь день отдыхала.
– Ну если ты настаиваешь, тогда я оставлю вас вдвоем. – С непринужденной улыбкой он поклонился обеим женщинам и удалился по узкому коридору.
– Ты даже не представляешь, как я рада, что ты приехала к нам. Последние дни я так скучала, бездельничая в ожидании ребенка. Мне отчаянно хотелось как-то развлечься. Надеюсь, тебе здесь понравится.
Джейн последовала за своей кузиной вверх по лестнице и оказалась в веселой комнате, отделанной в светло-зеленых и кремовых тонах.
– Очаровательно! – воскликнула гостья, оглядывая незнакомую обстановку. Зеленые шторы обрамляли широкие окна, выходящие в сад. Вручную расписанная изящная мебель была удачно расставлена: высокий туалетный столик, секретер, гардероб и кровать, укрытая цветастым одеялом. Джейн тут же почувствовала, как устала от путешествия. Она с трудом подавила зевок.
Эмили взглянула на нее, подняв брови над мягкими карими глазами.
– О, извини. Какая же я эгоистка! Ты, несомненно, устала с дороги. Я немедленно пошлю наверх твой багаж, а ты можешь прилечь и отдохнуть до обеда.
Джейн моргнула, снова зевнув.
– Спасибо, это так чудесно!
Вскоре, как они расстались, Джейн прилегла на постель и тут же погрузилась в глубокий сон без сновидений.
