Площадка перед скалой оказалась тёплой, но влажной и скользкой. Андриолец подошёл к расщелине и осторожно засунул внутрь женщин, затем протиснулся сам.
Тёплый туман сразу окутал и обогрел тела людей. Испуганные женщины забились в глубь расщелины. Эль Рад спокойно сидел у самого входа, воспринимая их беспокойные, тревожные мысли.
— Кто он? Откуда? Чего хочет?
Ему пришлось приложить некоторые усилия, чтобы женщины успокоились и смогли приступить к безмолвной беседе. Первым начал Эль Рад, мысленно объяснив, что он с другой планеты, что оказался здесь по воле случая, но готов им помочь и назвал своё имя.
Незнакомки не сразу поняли, что с ними ведётся мысленная беседа, а сообразив, рассказали, что же с ними произошло.
Глава вторая
Пленники Ярты
Женщин звали Гери и Юрда. Они тоже с другой планеты и находятся здесь уже двадцать периодов. Тут периодически наступала непрерывная полоса ливней и шквалистых ветров. Бывает, что дожди идут, не прекращаясь, до четверти периода. Например, за время одного ливня ручьи превратились в реки. Бурные потоки и порывы ураганного ветра сметали всё на своём пути. Тогда в океан унесло все их жилища, пищу, а также трёх самых храбрых и отчаянных подруг.
Мысли женщин путались, они то и дело перебивали друг друга, пытаясь вспомнить и изложить свою историю по-порядку; постепенно успокоились, беседа потекла более размеренно, а вскоре Эль Рад услышал ровное дыхание внезапно уснувших женщин. Он не особенно огорчился, так как ливень не прекращался и, очевидно, им придётся оставаться в своём убежище довольно долго.
Эль Рад выглянул наружу. Стало немного светлее. По угрюмому небу неслись рваные клочья облаков. Дождь немного стих. Однако резкие порывы ураганного ветра то и дело вырывали из земли отдельные деревья и уносили прочь.
Неожиданно к расщелине подбросило ветвь какого-то растения, усыпанную гроздьями круглых плодов. Эль Рад оторвал несколько штук и положил к ногам спящих женщин: потом принялся тщательно обследовать своё укрытие.
Из-за своего высокого роста он мог здесь только сидеть. Немного дальше расщелина расширялась. В одном месте удалось даже встать почти в полный рост, но затем опять сужение и можно двигаться лишь ползком.
Удивляло одно: пол внутри трещины, как и на наружной площадке, оказался на редкость ровным и гладким.
Постепенно продвигаясь в глубь скалы, Эль Рад практически ничего не видел, лишь чувствовал тёплую и плотную струю встречного воздушного потока. Наконец, дальнейшее продвижение оказалось невозможным, так как лаз всё время сужался. Эль Рад попытался развернуться, но не смог. Единственное, что ему удалось сделать, это изменить положение тела и перевернуться на спину. Он вытянул ноги и на мгновение закрыл глаза. Усталость дала о себе знать, и мальчик уснул.
Очнулся он от того, что его волокли ногами вперёд к выходу. В темноте слышалось тяжёлое прерывистое дыхание уставших женщин и их взволнованный шёпот.
— Как он сумел забраться так далеко, что я еле нашла его? – говорила Юрда.
— Ничего, сейчас вытащим, – отвечала Гери.
Упираясь ладонями в стены, Эль Рад стал помогать женщинам. Вскоре лаз расширился настолько, что ему удалось сесть. Обессиленные женщины опустились рядом. Эль Рад снял с ног петлю, сделанную из какого-то гибкого растения, и почувствовал, что одна из женщин сунула ему в ладонь круглый плод. Ничего не объясняя, он положил его на пол: им совсем не обязательно знать об особенностях организма андриольцев – способности долгое время обходиться без воды и пищи.
Отсюда было слышно, что ливень усилился. Юрда опять уснула. Мысли Гери беспорядочно путались. Эль Рад направил их на дальнейшие воспоминания о появлении девушек на этой промозглой планете. Во всяком случае, непрерывно льющийся дождь давал ему полное основание назвать её промозглой.
На Андриолле всё было иначе. Там давно не знали, что такое стихийные атмосферные осадки. И днём, и ночью над планетой сияло безоблачное изумрудное небо, а с него лились тёплые лучи светила, ласкающие золотисто-жёлтую растительность.
Наконец, Эль Раду удалось успокоить Гери и она начала неторопливый мысленный рассказ о далёком прошлом.
"В тот последний памятный день на нашей родной планете царил хаос и беспорядок. Со всех концов Овры в космический порт доставляли детей, которых немедленно размещали в готовые к старту звёздные корабли. Я видела, как один за другим взлетели два звездолёта.
Неожиданно поднялась паника: крики, вопли, глухие разрывы, мучительные стоны раненых.
— Скорее, скорее, спасайте детей! Сначала детей! Они близко, они рядом!
Матери, рыдая, протягивали детей космолетчикам и те спешно заполняли ими последний оставшийся звездолёт, младенцев помещали в специальные одиночные капсулы, а детей постарше – в огромные салоны с подвесными сидениями.
Многие не понимали, что происходит, но озабоченность и тревога взрослых передавались детям и заставляли спешно занимать места.
Рядом со звездолётом раздался сильный взрыв. Закрылись входные люки. Корабль вздрогнул и рванулся ввысь… На голову, на тело обрушилась страшная тяжесть. Всё погрузилось во тьму, и я потеряла сознание…
Очнулась от сильного шума. Входные двери нашего салона с трудом раздвинулись, и я увидела падающего окровавленного человека; отстегнув ремни, высвободилась из подвесного кресла, подбежала к нему и с трудом перевернула тяжёлое тело лицом вверх.
Он был в скафандре, но без шлема. Из уголка рта сбегала струйка крови. Командир открыл глаза и еле слышно, чуть двигая губами, прошептал:
— Мы на Ярте… Запомни – на Ярте! Корабль получил повреждения. Мне не удалось дотянуть до берега, но берег рядом. Торопись, вы должны успеть! Скоро звездолёт опустится на дно океана… Я успел открыть все люки и выходы. Освободи старших и выносите малышей прямо в капсулах наружу. Спешите, времени мало… Совсем мало… Торо…
Не докончив фразы, он замолчал, глаза закрылись. Неестественно запрокинув голову, командир затих. Затих навсегда!
Я бросилась в помещения: отстёгивала ремни всех кресел подряд, колотила детей по щекам, приводя их в сознание. Почему-то все кресла были заняты только девочками. Ни одного мальчика! В тот первый, ужасный момент я не придала этому особого значения.
Не знаю, откуда у меня, девочки, почти ребёнка, в тот момент взялось столько энергии и сил. Скорее всего, чувство опасности сделало меня необыкновенно смелой и решительной. Я успевала отстёгивать ремни, приводить в сознание, и на ходу объяснять, что необходимо делать. Дети беспрекословно выполняли мои распоряжения. Всех подстёгивали протяжные, громкие звуки аварийной сирены, которые наполняли наши сердца тревогой и заставляли носиться по кораблю, спасая младенцев…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
