– Развяжи меня.
О, да он взбешен!
Даже если еще минуту назад у нее и была мысль освободить его, то сейчас это представлялось ей совершенно неподходящим. К тому же он ухитрился испортить ее здоровый адреналиновый кайф.
Прежде чем Рик успел вскочить на ноги, он оказался привязан остатком веревки к своему креслу.
– Может, это убедит тебя не делать саркастических замечаний тому, кто вторгается в твой дом, – сказала Саманта. – Если, конечно, у тебя нет чего-то более существенного, чем амулет, чтобы себя защитить.
– Ты единственная, кто вламывается в мой дом, – сказал Рик. – И это становится все менее и менее забавным.
– Еще бы, – задумчиво пробормотала Саманта и отступила на шаг, восхищаясь делом рук своих. – Ты у меня в подчинении.
Темно-синие глаза Рика встретились с ее глазами.
– И по всей видимости, в рабстве. Нехорошо, нехорошо.
– Извинись, Рик, и я отпущу тебя.
У него судорогой свело челюсть и перекорежило лицо.
– Ну, положим, я не поддамся на эту провокацию, – сказал он, опуская взгляд к ее рту. – Я тебя не боюсь, тем более что готов к худшему с твоей стороны.
«Ах, вот как! Это становится интересно».
– На самом деле это худшее – чертовски плохо, – предупредила Саманта. Дела с адреналином начинали выправляться. Почему она раньше не додумалась связать Рика Аддисона? – Ты уверен, что готов к этому?
– Несомненно, – ответил Рик, дернувшись к ней сквозь веревки.
– Ладно. – Саманта очен ь медленно наклонилась и провела языком вокруг его левого уха.
Он повернул голову и захватил ее губы жестким поцелуем.
– Значит, надо полагать, это то, чем ты каждый раз встречаешь клиента?
– Очевидно, так. – Саманта вытащила из заднего кармана секатор, с интересом наблюдая за внезапно насторожившимся взглядом Рика. Она разрезала ворот его футболки, затем отвернула ее вниз, обнажив грудь и ряды его ребер, абсолютно напоминающих стиральную доску.
Когда Саманта впервые увидела его, ей подумалось, что он скорее похож на профессионального футболиста, чем на бизнесмена. И при виде его тела она по-прежнему не вполне контролировала себя.
– Право же, тогда я одобряю расширение экспансии в этом твоем начинании, – сказал Рик.
– В данный момент я не хочу говорить о делах. – Пробежав руками по теплой коже его груди, Саманта продолжила ласки ртом. Рик застонал, когда ее губы замкнулись над его соском, а она сразу повлажнела.
– Ну, так как же насчет экспансии? – вежливо предложил он, будучи воспитанным человеком, но в его тоне слышался легкий оттенок раздражения.
Саманта с хихиканьем проследовала наверх, обратно к его губам. Она, похоже, сумела отвлечь его от этого инцидента с вторжением в его дом, хотя Ричард все же решил, что позже нужно будет обязательно вернуться к этому вопросу. Странно, но по прошествии трех месяцев его вопросы уже не вызывали у Саманты возражений и не заставляли слишком сильно углубляться в самоанализ, а ведь прежде она избегала их всеми правдами и неправдами.
– Развяжи мне хотя бы руки.
– Ни за что. Ты провинился, так что теперь понесешь потери.
Ее не покидало легкое беспокойство, что он каким-то образом может преуспеть в разрушении всех барьеров, возведенных ею. Прерывисто дыша, Саманта оседлала его бедра и углубила поцелуй открытым ртом. Их языки толкали друг друга в борьбе за превосходство. Пока Рик пытался отвоевать себе немного утраченного влияния, Саманта вплела пальцы в его угольно-черные волосы. Чувствуя у себя между ног его мужскую плоть, напрягшуюся в джинсах, она с удовлетворенным вздохом закрутила бедрами.
– О Боже, – проворчал Рик. – Сними свою рубашку и поднимайся сюда.
Ну, положим, прерогатива отдавать распоряжения все-таки принадлежала тому, кто в данный момент обладал властью. В то же время идея представлялась чертовски заманчивой. Саманта стянула через голову свою черную спортивную рубашку и швырнула на пол, туда же полетел и ее бюстгальтер. Скажем, она была далека от силовых игр и борьбы за господство. Но в этой ситуации, когда Рик полностью зависел от ее милости, было что-то дурманящее. Такое случается нечасто.
Саманта поднялась, предлагая свою грудь его губам и языку, и застонала, когда его прижатые к бокам руки стали трудиться над молнией ее черных джинсов. Для заложника он действовал довольно предприимчиво. Но кто бы в этом сомневался!
Ухватившись сверху за спинку кресла и выгибаясь всем телом, она придвинулась к Рику.
– Ты такой милый, – пробормотала она, – почти на твердую четверку.
– Почти? – повторил Рик приглушенным голосом, уткнувшись ей в левый сосок. – Кстати, к вопросу о взломе с проникновением. Сними свои чертовы штаны.
Чуть слышно хихикнув, она соскользнула назад с его бедер и выскочила из своих джинсов. Затем избавилась от трусов, забросив их на угол ближайшей книжной полки.
– Теперь твоя очередь. – Саманта наклонилась к Рику, чтобы расстегнуть его джинсы.
Согнув колени между его бедрами, она стала сдвигать вниз, дюйм за дюймом, замок его молнии. С каждым звуком освобождаемых металлических зубцов она дышала все тяжелее, в то время как Рик, откинув голову на резное красного дерева кресло, терпел. Но под конец, не выдержав мук, он испустил стон.
– Ты кровожадно меня убиваешь. Понимаешь, Саманта?
– Это ты по поводу идеи пыток? – спросила она, когда его больше уже ничто не стесняло, кроме тонкой ткани боксеров. Но сейчас Саманта и сама уже не могла устоять.
Сдергивая джинсы и трусы с его бедер, она снова взобралась на кресло. Наверное, можно было бы мучить его и дальше, но она хотела его не меньше, чем он ее. Похоже, она хотела его гораздо сильнее и чаще, чем это бывает обычно. С другой стороны, у нее был очень небольшой опыт продолжительных отношений с мужчинами. Она не могла сравнивать свои желания с теми, что были раньше. Обхватив руками оба подлокотника для устойчивости, она медленно опустилась на его твердь, пребывавшую в боевой готовности.
Рик толкнул бедра вверх. Это самое большее, что он мог сделать, оставаясь привязанным к креслу. Саманта еще крепче вцепилась в подлокотники. Судорожно глотая воздух, она начала двигаться вверх-вниз, медленно, как только могла терпеть. Она скользила по всей длине мужской плоти, ощущая внутри себя приятное наполнение. Рик запрокинул голову и продолжал совершать толчки, несомненно, борясь за руководящую роль.
– Черт бы тебя побрал, Саманта! – прохрипел он.
Она наращивала скорость, низко наклоняясь к его груди, погружая в себя его плоть коротко и жестко.
– Давай, Рик, – задыхаясь, проговорила она и укусила его в ухо. – Равняйся на меня.
