– Как его звали? – живо заинтересовался Ирджин.
– Ниркас.
– Какое говорящее имя… – изумленно протянул Дарвел, – если переставить слоги – получится Каснир, я ничего не путаю?
– Белые маги не берут в ученики несообразительных одаренных, – важно заявил Анвиез, едва сдерживая смех.
– Значит он сбежал к тебе… и живет с тобой уже…
– Почти пятнадцать лет, – спокойно кивнул магистр, – У нас с ним уговор… он никогда не говорит со мной о семье. Но я все же знаю, что Каснир постоянно посылает детям письма и подарки. И не имею ничего против, ему они родные. А когда я уходил – первенцу было всего четыре года. Но я его любил… и после очень тосковал. А он меня даже не помнит.
– А чей сын тот парнишка? – задумался Таубен.
– Старшей дочери Зенона, – подсказал Сабенс, – ей было чуть больше двух, на момент ухода Анви. Она рано вышла замуж и несколько лет жила в другом городе. Вернуться в имение они с мужем решили позже, из-за её болезни. Никому не известно… почему, но имение Анвиеза каждый год посещает кто-нибудь из его собратьев.
– Все понятно, – спокойно произнес герцог, – учитель попросил за ними присматривать. Я бы очень удивился, если он этого не сделал. Но теперь я еще больше не хочу никаких школ. Эта старушка явно поумнела за это время… и спохватилась, что зря так просто отпустила дойную корову. И теперь, если тут будет учиться внук, начнет снова портить Анви жизнь… уже начала, сегодня. И обязательно полезет к Лиате… и тогда я убью её сам, лично. Старуху, разумеется. Потому что это уже моя семья, и я никого не дам в обиду.
– За Лиату я сам кого хочешь убью, – тихо и невозмутимо сообщил ему учитель, но в его словах слышалась скрытая сила мощного тайфуна, – и в одном ты прав абсолютно. Если кто-то собирается вырастить из мальчишки белого мага, то его прабабку нужно держать как можно дальше.
Глава 2
Хотя любопытство точило магистра все сильнее, Сабенс не решился выяснять, кто такая эта загадочная Лиата. Не хотелось нарушать главное моральное правило ордена, он и так уже по уши влез в личные отношения друга. А здесь почти все присутствующие были белыми магами, и для магистра, занятого собственными идеями и не вникавшего в дела совета, неожиданный статус герцога стал огромным сюрпризом.
И вообще многое оказалось не так, как он считал раньше, читая сообщения и разговаривая с купцами и шпионами бывшего правителя королевства Нират. Все они утверждали, будто Дарвел Тайгерд беспечный бездельник, сваливший все заботы о герцогстве на регента и лишь изредка занимавшийся благотворительностью.
А перед магистром сидел уверенный в себе мужчина со вполне зрелыми убеждениями и твердыми принципами, без колебаний командовавший опытным воином и даже собственным учителем.
Поэтому, с наигранной беспечностью глядя в окно, гость спросил совсем о другом.
– А можно узнать… у вас имеется важная причина… плыть так медленно?
– Имеется, – недобро глянул на него герцог и вдруг оглянулся на Анвиеза, – что?
– Он не видит, – подсказал одёрнувший его маг, – в ордене не принято проверять чужие резервы.
– Ну так я ему и объясняю, – холодно усмехнулся Дарвел, – что у нас имеется очень веская причина болтаться в Берсно еще пять часов. Ты вчера добрался из столицы в Сотрену на ладье, вылечил самоубийцу, долетел до Угорда, расчистил завал… и это далеко не всё. А Ирджин принес нас из столицы в Угорд, добрался по лабиринтам до засыпанных детей, спас умирающего наемника и вылечил руку Жака. Ну и тоже много чего еще сделал.
– Извини… я всё понял, – гость смотрел с искренним огорчением и сожалением, – могу я вам помочь? У меня резерв полон, доберемся в два раза быстрее.
– Анви? – вопросительно глянул на учителя Дар, даже не подозревая что этим простым жестом заработал у заезжего магистра ничуть не менее одобрения, чем за все время встречи.
– Помогай, – кивнул старому другу Анвиез, и пояснил, – мы действительно опаздываем. Уходили ненадолго… а получилось иначе.
Сабенс понимающе усмехнулся и отправился на нос судна. Оглядел пустынные воды Берсно, вызвал волну, и загнал её под корму. Яхта взмыла над гладью сонного озера и понеслась стрелой, прочно держась на гребне невероятной волны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ирджин и генерал, понаблюдав за этой стремительной гонкой, отправились в свои каюты, поспать часок – другой.
А герцогу не спалось, его грызла тревога за Ильду, перебиравшуюся сейчас в летний дворец и он упрямо сидел у стола, мрачно изучая недописанный указ.
– Чем он тебя сердит? – помолчав, справился Анвиез, тоже не захотевший спать.
– Кто?
– Сабенс.
– Наглостью.
– Ты не прав, Дар. – убеждённо и терпеливо произнес учитель – Нас мало… просто катастрофично мало для того, чтобы уберечь этот мир. И мы часто кого-то теряем. Поэтому давно отказались от всех надуманных правил и запретом, какими руководствуются обычные люди. Нет, при чужих мы ведем себя так же, как они. Но в общении между собой давно отказались от всяких расшаркиваний. Если кому-то из собратьев что-то понадобится, он придет и возьмет в моем доме, от своих мы ничего не запираем. Поэтому Сабенс и ехал сюда так уверенно, зная, что я всегда поддержу его идею и соберу своих учеников, чтобы составить с ним кворум.
– Зачем он вообще требуется, этот кворум, я так и не понял? – задумался герцог.
– Маги люди творческие… – усмехнулся Анвиез, и пояснил, – нам нет необходимости зарабатывать на жизнь тяжким трудом, поэтому каждый выбирает занятие по вкусу. И как ты догадываешься, каждому его идеи кажутся самыми лучшими… но для того, чтобы получить помощь цитадели или разрешение на опасный эксперимент или запретный ритуал нужно одобрение троих магов. Для некоторых дел достаточно учеников, для более важных – только магистры не ниже четвертой ступени.
– Так значит он важнее тебя? – нахмурился Дарвел.
– Нет. Мы все важны одинаково, ты, Ильда, я и он. Ступень указывает на его опыт, силу и моральную стойкость. Вспомни встречу с ним… Сабенс легко подчинился там, где ты не захотел никого слушать.
– Я просто не мог! У меня все в душе переворачивалось от ненависти!
– Знаю. Это я виноват… не сдержался. Ты ощущал мои чувства, – хмуро вздохнул магистр, – и у магов это считается очень хорошим знаком, доказывающим твое доверие к учителю. Но больше я подобного не допущу. Обещаю.
– Ничего… я понимаю. Даже представить страшно, что в таком случае испытал ты. Неужели она не соображает, что играет с огнем?
– Не знаю… но подозреваю, просто ни о чём таком не думает. Она же запомнила, как плохо и больно мне было, когда я уходил. Ведь мы были семьей, и поначалу всё было хорошо. Она была нежной и послушной, радовалась возвращению в привычный мир как ребенок… Наверное, я тоже виноват в том, как повернулась наша жизнь. Все ей позволял, ни в чем не отказывал, жалел, когда она рассказывала, как строг был с ней ее канатоходец. Да, у них жен берегут… как дорогую вещь, но и относятся как к вещам. Мнения не спрашивают, воли не дают.
– А дети… – осторожно заикнулся герцог, – ты не хотел… или…
– Или. За год до нашей встречи лешие носили их на заработки в Караг, посреди зимы. Аманда сильно простыла и попала к травнице… в общем, после этого детей у нее быть не могло. Но вернемся к Сабенсу. Он занимается очень нужным делом, ищет одаренных детей, из которых можно вырастить белых магов. Это непростой, нелегкий труд, и для успеха лучше собрать в одном месте несколько опытных учителей. Чтобы было кому помочь, посоветоваться, поддержать силой. Да и наглядный пример обычно дает очень хороший результат. Все упирается в место, где будет расположена школа. Нельзя ставить ее в городе или деревне, ученики – это дети, которые еще не научились игнорировать чужие взгляды, высказывания, шпильки. Сам понимаешь, как это мешает учебе. Но и совсем в пустыне жить тоже нельзя, они не должны терять связь с миром, иначе однажды возомнят себя особыми, если не богами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Анви… я всё понял. Еще раньше. Но должен поговорить с Ильдой. И возможно, с Грозби и Вильдинией. Ну и девушек пригласим… Лиату с Корой.
