Передо мной на коленях в траве и чуть склонившись, чтобы лучше разглядеть, сидело божество и внимательно разглядывало бирюзового цвета глазами, где вспыхивало детское любопытство. Руками он опирался о землю, а чуть сжатые крылья едва накрывали тенью нас обоих.
Барбатос выглядел заинтересованно.
— Ты ведь — Зефир, верно? — чуть прищурившись, уточнил он.
На это я удивленно моргнула.
Стоп.
А почему я такая маленькая? Почему, я…
Я резко дернулась, отскакивая от божества, который вскинул голову с легким беспокойством следя за мной.
У меня не было тела.
Все, что я поняла — у меня не было тела.
Словно дух. Едва прозрачный, созданный из разных потоков бирюзовых и белых ветров, которые переплетались между собой в форму, чем-то напоминавшую головастика, судя по тени, так как никаких зеркальных поверхностей рядом не было, чтобы уточнить образ.
Я беспомощно повернулась к Барбатосу.
— Тихо, не волнуйся, — он осторожно протянул руки, нежно обхватывая и притягивая ближе к себе. — Мы разберемся, как ты здесь оказался, и… — Архонт резко замолчал, а взгляд его расфокусировался. На мгновение. А затем он очнулся и сдвинул брови, нахмурившись. — Вот оно что…
Божество вскинуло напряженный взгляд в небо и помолчало некоторое время. Да и я не рыпалась, находясь в чужих руках, которые и не ощущала вовсе! Будто просачивалась сквозь его пальцы, как песок, но в то же время никуда не могла деться, даже выбраться, словно неведомая сила удерживала на месте.
— Я не знаю, кто стоит за этим, но мы обязательно разберемся, — он снова перевел взгляд на меня, выглядя серьезней. — К сожалению, что-то не дает мне проснуться. Поэтому тебе придется пока справиться со всем самостоятельно. Постарайся обойти неприятности. По возможности. Я понимаю, что привыкнуть к новому положению и форме тяжело, но тебе будут доступны мои силы и способности из-за Сердца Бога. Как только я разгадаю загадку, то обязательно все верну на места, хорошо, Зефир?..
Почему «Зефир»?!
Но я только нервно кивнула.
Значит, мы оба в западне.
Но кто стоит за этим?..
И кому потребовалось, чтобы Барбатос не появлялся? И кому понадобилось в его тело отправлять чужую душу?..
Глава 2
У Барбатоса была политика невмешательства в жизнь его подопечных. У меня таких принципов нет, что сильно развязывало руки. Особенно сейчас, когда сам бог благословил справляться с проблемами, но желательно обходить их.
Три раза «ха-ха».
Не сейчас. Когда сюжет сказал «привет».
— Эй! Бродяжка!
Зато понятно в какой промежуток времени угодила.
Я мрачно спросонок смотрела на личико летающей девочки, что склонилась надо мной вместе со своим спутником, и они с интересом и недоумением глядели на меня.
Ну, елки-палки. А я надеялась на пару месяцев отдыха и притирки к миру, обузданию новых способностей, но никак не сразу с пинка лицом в эту сомнительную лужу. Вот как мне сейчас при своих навыках общаться с Двалином? А спасать его? Оставлять дракона в таком положении очень не хотелось — он мне нравился, да и досталось ему с лихвой, а натура у меня очень сострадательная, поэтому мимо не пройду. Всем достанется.
Я человек ответственный, даже слишком. Если мне дали карты в руки, то разыграю с максимальной пользой. В первую очередь для себя, а потом для остальных.
Сейчас мне хотелось комфортной и безопасной жизни, с крышей над головой, пищей и постоянным доходом, чтобы ни в чем не нуждаться. А то после сна на камне под открытым небом ныла спина и плечо. Не для меня подобные ночевки. Даже если никакие ветра не продуют.
Но в условиях начинавшегося сюжета подобные желания — это сказка. Тут тебе и Фатуи облизывались на Мондштадт. И Орден Бездны хотел взять под контроль Хранителей этих земель, явно посчитав тех легкой добычей из-за вечно отсутствовавшего бога. Поэтому следовало быстро разобраться со всем и сидеть смирненько ждать, что там намудрит Анемо Архонт по нашему положению.
Признаться, я поверила, что Барбатос разберется с проблемой, что нас связала, а потом разбредемся своими дорогами — он бренчать на лире и пить винцо, а я на тот свет. В конце концов, он тут бог, он прожил множество веков и имел довольно специфические знания. Должен как-никак понять, что удерживало его во сне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мелкая то ли фея, то ли жертва экспериментов от нетерпения и моего игнора помахала перед моим лицом ладошкой, возмущенно пыхтя.
О, Архонты… Как же меня уже раздражает Паймон…
Поэтому я, продолжая сидеть на подиуме статуи, показательно широко зевнула и потянулась, прищурившись в наслаждении и пытаясь размять затекшие после сна бока и конечности. После повернулась к юноше, смотря на него снизу-вверх с легкой полуулыбкой.
— Доброе утро! Вам что-то нужно от странствующего… сказителя?
Бардом называться — это будет точно плевком в лицо бардов. С музыкальными инструментами только на «вы», а вот рассказчиком представиться безопасней.
— Эм-м, — протянул юноша и встрепенулся. — Здравствуй. Меня зовут Итэр, а мою спутницу — Паймон. Мы направлялись в Мондштадт, и…
— И Итэр ищет свою сестру! И хотел поговорить с Анемо Архонтом, может он что-то знает, — влезла Паймон, совсем невежливо перебив своего спутника, который на такой финт удивленно моргнул и обернулся к девочке.
Довольная недофея сложила руки на груди и вскинула нос, совершенно не ощущая вины за то, что крайне некультурно влезла в чужой диалог.
Знаю о сестре. Но ничего не скажу.
— Я — Венти, — представилась этим именем, потому что других вариантов не было, а это тело носило именно его. — Ну, если вы до Мондштадта, то вам по этой дороге через Шепчущий лес. Обычно ближе к границам города можно столкнуться с кем-нибудь из рыцарей Ордо Фавониуса, так что они вам помогут или подскажут дальнейший путь, — я пожала плечами, снова переводя внимание на Итэра, и кивком указала на заросшую дорогу. — Она выведет вас прямо к городу.
— Спасибо! — улыбнулся юноша и перевел взгляд на статую, о пьедестал которой я продолжала опираться спиной. — Это ведь Анемо Архонт? Интересно, он услышит меня?
— Хе-хе, — подавить смешок я не смогла, поэтому с блестящим взглядом смотрела на Итэра. — Попробуй. За попытку тебя никто не покусает.
— А ты вообще, что тут делал, бродяжка? — с подозрением смотрела на меня Паймон, уперев руки в бока.
— Спал. Это — статуя бога. Где, как не здесь, усталый путник может найти безопасный приют и ночлег? — я насмешливо вскинула бровь.
Девочка на это высокомерно фыркнула. Мой ответ ее явно не устраивал. Да и как-то плевать на эту писклю.
Пока мы говорили, Итэр подошел ближе к статуе и коснулся ладонью узора лепестков на колонне, прикрыв глаза. Юноша стоял рядом, напряженно хмуря брови явно в мысленном обращении к богу. Я чуть склонила голову к плечу, ощущая, как под спиной слегка завибрировал от резонирующей энергии камень. Он потеплел, а следом, от переполнения, ярко вспыхнуло голубым, божественной силой у нас над головами, где застыл образ крылатого юноши, протягивавшего сферу.
Я помнила, что должно было произойти.
И в свое время встречала много теорий на этот счет — мол, Барбатос даровал Путешественнику силу Анемо. Или же наш герой выкачал ту лично. А может, дело рук Селестии.
Сейчас же, сидя под боком от Итэра, который ощутил ответ статуи и отошел на пару шагов от пьедестала, запрокинув голову, я видела и чувствовала, что Барбатос в этом не принимал участия.
По крайней мере, в теле Венти никаких изменений не наблюдалось, от него не исходило ничего. Лишь легкий резонанс с самой статуей, когда та наполнилась божественной энергией.
Паймон восхищенно вздохнула, когда от сферы в руках статуи Архонта отделился воздушный символ стихии и влетел в грудь Итэра. Юноша от неожиданности покачнулся и отступил на шаг, ошарашенно смотря перед собой. Затем осторожно коснулся ладонью груди и тяжело выдохнул.
