Читаем без скачивания Врата времени - Лайон Де Камп

— Колдунья, что ли?

— Разумеется. Но боже тебя сохрани ляпнуть такое в ее присутствии. Она предпочитает, чтобы ее называли врачевательницей. Или на худой конец — знахаркой. Но никак не ведьмой! Запомни хорошенько.

— Можешь не волноваться. Я кое-что о ней слышал. Говорят, что она добрая и немного чудаковатая старушенция!

— О, это потрясающая женщина! Я дам тебе письмецо к ней для надежности. Мы с ней не виделись давным-давно. Не забудь передать ей от меня пламенный привет!

— Ну так что будем делать, благородный рыцарь? — спросила колдунья, когда Эвдорик объяснил ей причину своего визита. — Мне-то, как никому, доподлинно известно, что годен ты лишь для постельных сражений. Я-то знаю, как ты “сразил” дракона и “разделался” с пауком! Молчишь, хитрец? Скажи спасибо своему слуге и еще — что никто не приглядывался как следует к фотоподделке.

Эвдорик с трудом сдерживал себя.

— Если бы тогда у меня было с собой ружье, — нервно оправдывался Эвдорик. — Давайте лучше перейдем к делу. Обалдониус заверил меня в том, что вы поможете мне в поимке единорога.

— О чем разговор! Но при условии, что мы сойдемся в цене.

— Сколько вы хотите?

— Шестьдесят, — твердо сказала старуха. — Причем, половина сразу, половина — по завершении операции.

Эвдорик с грустью раскошелился.

— Слушай сюда, — деловито засуетилась ведьма. — Ты должен будешь использовать девственницу, но не моложе пятнадцати лет, но если верить сплетням, такую трудно сейчас отыскать. Почему? Гм, скажи спасибо себе и прочей мужской братии!

— Сударыня, я бы попросил вас…

— Что, не нравится? Ладно, не хмурься. Я знаю, ты девственниц не любишь. Тебе достаточно бедовых девок из Кромнича. А сейчас у тебя назревает выгодный брак. Ты любишь женщин, но денежки любишь еще больше.

— Я прошу не вмешиваться в мою личную жизнь, — отрезал Эвдорик. — Со своими женщинами я разберусь как-нибудь самостоятельно!

— Надо же, обиделся. Какие мы, однако, нервные, — устало вздохнула старуха. — Эх, бестолковая пора декадентства!

— Ну, раз уж вы так превосходно во всем разбираетесь, то будьте так любезны ответить мне, где сейчас находится подходящая кандидатка?

— Ишь, какой прыткий! Для этого я должна проконсультироваться у врачей-гинекологов. Приходи завтра. А сейчас топай к ткачам и закажи прочную сеть. Потом отправляйся в кузню, пускай смастерят клетку на колесах, да не забудь проследить, чтобы прутья оказались достаточно крепкими и надежными, а то всякое может случиться. Хи-хи…

Она сунула ему в руки бумажку с инструкцией о поимке единорога и проводила до дверей.

Когда Эвдорик возвратился в жилище Сванхаллы, то застал ведьму за ворожбой над кипящим котлом. Старуха что-то невнятно бормотала, постоянно сверяясь с потрепанными рукописями.

Эвдорик деликатно кашлянул. Колдунья прервала таинственный обряд и взглянула на вошедшего.

— А, явился не запылился! Ну, тогда слушай. Во всей округе имеется только одна девушка, которая нам подходит. Конечно же, есть и другие девственницы, но ни одна из них никуда не годится. Одна тяжело больна и вскоре отойдет в иной мир. Другая — религиозная бестолочь, которая всего на свете боится.

— И кто же тогда нам остался, бабушка?

— Ее звать Бертруда, это дочка Ульфрида Чумазого. Она с честью оправдывает прозвище своего родителя. Стоит слегка подуть легкому ветерку, как от нее прет вонища за целую милю. Вот, пожалуй, и все, что мы имеем.

— Ужасно!

— Я проконсультировалась у гинекологов и лично просмотрела несколько сотен медицинских карточек, но больше ничего не обнаружила.

Эвдорик сразу сник.

— Ладно, пусть будет эта грязнуля. Остается надеяться, что в тюряге Латении, куда я по дурости загремел однажды, воняло гораздо хуже.

Бертруда, дочь Ульфрида, вероятнее всего могла бы сойти за привлекательную особу, если бы ее как следует удосужились отмыть.

В незапамятные времена Ульфриду Чумазому одна бездарная ведунья предрекла, что он-де помрет от воды. Тогда еще в народе никто не называл его Ульфридом Чумазым и не дразнил “Ульфрид-неумытая-харя”. С тех самых пор он категорически запретил своим домочадцам прикасаться к воде, и его дочери превратились в невероятных замарашек.

Эвдорик Дэмберсон, сопровождаемый немногочисленной свитой, наконец отправился к месту обитания единорога, старательно держась наветренной стороны и подальше от смердящей Бертруды. Рядом с девицей скакал младший брат Джилло — темная деревенщина, которому было все нипочем. Звали этого парня Товиком Годмарсоном. Замыкал процессию верный слуга Джилло, волочивший железную клетку на колесах.

На краю леса Эвдорик решил оставить Джилло, так как густо растущие деревья не позволяли клетке следовать дальше.

Вконец измучившись, Дэмберсон с Товиком натянули и замаскировали огромную сеть в густой кроне мощного бука. Величественное дерево распростерло свои ветви невысоко от земли, что позволяло, в случае чего, быстро вскарабкаться на безопасное расстояние. Неподалеку протекала жалкая речушка, на берегу которой и решили разбить походный лагерь.

— Уф-ф, — умаявшись, выдохнул Эвдорик. — Лично я иду купаться. Эй, Бертруда! Если хочешь присоединиться, то ступай вон в ту сторону, там мелкая заводь. Только смотри, повнимательнее там у меня, не повредись ненароком!

— Еще чего! Что я дура какая-нибудь — мыться. Скажете тоже… Да ни в жизнь! — возмущенно отвернулась девушка.

В течение всей ночи Эвдорик вздрагивал от брезгливого фырканья единорога.

С утра пораньше хмурый Эвдорик приказал сонной Бертруде усесться под деревом и смирно ждать. А сам он вместе с Товиком вскарабкался на бук и затаился в листве, сжимая в руках сетевой шнур.

Все было тихо. Только где-то внизу слышались гневные причитания. Это Бертруда яростно отмахивалась от полчищ насекомых, которые тучами вились над ее головой.

Приблизительно в полдень появился единорог. Этот зверь напоминал одновременно лошадь и козла, достигая в высоту примерно шести футов. Он степенно приблизился к дереву, под который сидела бедная девушка. Когда же единорог оказался почти под растянутой сетью, то внезапно зверь остановился, раздраженно засопел, угрожающе наклонил здоровенный рог и забил о землю раздвоенным копытом.

— Бертруда, — горячо зашептал Эвдорик. — Живо взбирайся на дерево. Он, кажется, собирается напасть!

Как только единорог бросился вперед, девушка, которая внимательно следила за каждым его движением, мигом вскочила на ноги и, подпрыгнув, судорожно вцепилась в самую нижнюю ветку дерева. По всей видимости, зверь никак не ожидал такого поворота событий, поэтому он растерянно уставился вверх, наблюдая, как Бертруда карабкается с ветки на ветку. Эвдорик не выдержал и дернул шнур.