ветерок шептал такие истории, которые заставляли волосы на моих руках вставать дыбом. Давящая тишина вызвала дрожь. Я почувствовала, что не только окружающий мир охраняет свои секреты, но и деревня встаёт на страже мистических историй. Испытала я смешанные чувства восхищения и тревоги от вида подозрительной Малаховки. Вместе с тем, ощущение сверхъестественного проникало всё глубже в моё сознание, призывало к исследованию истины, спрятанной в этой заповедной местности. Понимала, что приключения только начинаются. В каждом открытии будет какая-то частичка большой головоломки. Тайна, которую мне предстоит разгадать.
Нас встретила Ирина. Она взглянула на меня и воскликнула: — Какой кошмар! Моё лицо и кисти рук покрывали волдыри, следы от укусов злобных комаров.
Пригласила войти.
Я зашла в старую деревянную избу. Разулась в сенях. Мрачное строение, сооружённое в начале прошлого века, сохраняло дух времени. Добротный дом с пятью окнами и хозяйственной пристройкой оказался больши́м и просторным, словно приглашал меня в увлекательный круиз в былые времена. Войдя внутрь, я погрузилась в атмосферу истории. Запах старых деревянных стен сочетался с ароматом прошлого, что добавляло особую таинственность и загадочность этому месту. Пыль затмевала свет лампы, словно дополняла образ вековой мудрости, хранящейся во всяком уголке помещения. Меня провели в спальню. Ощутила древность каждой детали. Украшенные резными узорами дверные ручки, старинный домотканый гобелен на стене, текстильные дорожки на полу, деревянная мебель — всё это создавало среду, пропитанную столетними событиями, хранящую в себе навеянное временем величие. Я поставила сумку под большой стол. Осмотрелась. Огромная кровать, украшенная высокими изысканными спинками и вышитыми подзорами*, три подушки, хлопковое лоскутное одеяло, призывали к отдыху. На одной из стен образовалась от времени трещина, но это ещё больше подчёркивало аутентичность. Свисали на верёвочках сушёные пучки полевых и лекарственных трав. Повыше трещины красовались часы с кукушкой. На меня пахнуло ароматом старины, лесного духа с привкусом полыни. Окно, слегка затёртое временем, открывало вид на таинственную многовековую чащобу. Казалось, что за стёклами сохранялась жизнь, завораживающая своими переменчивыми красками и мистической атмосферой. Из спальни открывался проход в горницу. Я увидела большую русскую печку с лежанкой, раскалённую от долгих столетий. Она приглашала насладиться теплом. Около печки на верёвке сушились травы. Я уловила приятный запах мяты и шалфея.
Простая добротная мебель, вышитые салфеточки, резной буфет, фотографии в рамках, льняные шторки на окнах создавали уют. Древний дом сохранил своё историческое обаяние и магию, словно повествовал о прошлом веке. Весь микроклимат, каждая деталь, будто рассказывали историю жизней, полных эмоций и суетливого разговора тех, кто обитал в нём раньше. За каждой дверью и стеной хранились тайны и воспоминания.
Заглянула Ирина.
— Ярослава, идите чай с мёдом пить. На волдыри нанесите бальзам.
Она протянула мне баночку с ароматной жёлто-коричневой мазью.
Я поблагодарила и тотчас помазала укусы.
— Бабушка моя Ульяна знахарством занималась. Травы собирала. Настойки делала, мази лечебные, бальзамы. Болезни заговаривала. Помогала людям.
Мы сели пить чай из тёмно-синих кобальтовых кружек. На столе красовался старинный самовар. Душистый лесной мёд, домашние пирожки вкусно пахли, вызывали здоровый аппетит.
Я попросила показать мне вещи Дарьи — рисунки, записи, игрушки. Когда мне предоставили доступ к личным предметам, её энергетику я почувствовала мгновенно. Все вещицы, которые она собирала и хранила, отражали мечты, страхи и детские радости. Моё внимание привлекли тряпичные куклы разных размеров. В них я увидела её любовь к играм, творческие и фантазийные способности. Каждая кукла была уникальной, со своей особенной историей. Заметила я на некоторых из них небольшие закрепки в виде сердечек, свидетельствовавшие о том, что эти куклы были любимыми.
— Какие интересные игрушки, — заметила я. — Современные девочки предпочитают Барби. А у вашей Дарьи преобладают народные куклы-мотанки. — Мы вместе с доченькой мотали лялек. Бабка Ульяна научила. Она делала обереги для семьи и здоровья. Натуральные нитки и льняные и хлопковые ткани от неё остались. У Ирины заблестели слёзы. Она показала рукой на большой сундук.
— Полно тканей, пакли, шерстяных ниток. В наследство от бабушки Ульяны мне досталось. — Добрая энергетика у кукол, — заметила я. — Вкладывали в каждую ляльку частичку своей души, создавали магическую связь с игрушками. Придумывала Дарья для них собственные истории и приключения, в которых куклы становились главными героями, — рассказала она. Я прониклась ещё бо́льшим состраданием к Ирине. — Дарья отправилась с любимой куклой Нюшей в лес, как талисман её везде носила с собой.
Она смахнула слезу. Умоляющим взглядом посмотрела на меня: — Ярослава, вы найдёте доченьку?
— Приложу все свои умения и способности, — ответила я, — Дарью буду искать. Знаю, что такое терять близких людей. Очень вам сочувствую.
Мне показалось, что все эти тряпичные куклы, как верные спутники вселенной детского воображения, оживали в её руках. Я продолжила внимательно рассматривать каждую ляльку, чтобы уловить частичку характера и личности Дарьи. Некоторые куклы были одеты в простые и скромные наряды, другие выглядели как настоящие феи. Каждая из них отражала определённую эмоцию или настроение, которые были частью мира Дарьи. Погружалась в кукольное царство, понимала, насколько важным источником вдохновения для Дарьи были эти игрушки. Символизировали её способ самовыражения. Служили прекрасными проводниками в уникальную девическую реальность.
Я взяла в руки самую маленькую и попросила, чтобы на время кукла-мотанка осталась у меня.
Поблагодарила за вкусный чай. Направилась в спаленку.
* * *
К полуночи поднялся сильный ветрище. Дом, как живой организм, заскрипел и застонал. Началась свистопляска. На разные голоса запели половицы. Кто-то ходил по крыше и постукивал. Раскачивался дом, как избушка на курьих ножках. Мне почудилось, он приготовился бежать прочь из заколдованного края.
В полночь на часах отворилась дверка, выскочила кукушка и громко прокуковала двенадцать раз. Мне показалось, мелкая птаха сбивала ритм ночного кордебалета. На мгновение весь дом замер, словно созерцал мрачную сцену магического зрелища.
За окном хрустнула ветка, послышался шорох. Замелькали две большие тени. Жутковато, но я не робкого десятка, встала и подошла к окну, отодвинула шторку — никого. Лишь вихрь летал вокруг дома, тянул заунывную песню: — Ю-ю-ю-ю-у-у-у-хо-хо.
«Духи Природы разбушевались», — догадалась я. Прилегла. Мои глаза скользнули по хранящейся в горнице мебели и старинным вещам.
Я почувствовала, что они оживают.
Комариные укусы всё ещё болели и чесались. Меня знобило.
Нежданно-негаданно ощутила себя в ином измерении.
«В доме, вероятно, находится портал в параллельный мир», — предположила я.
Вдруг дверки тумбочки распахнулись. Показались потёртые книги, старые тетрадки, покрытые слоем пыли. Поднялась я с кровати, подошла к тумбочке. Верхний фолиант сам прыгнул ко мне в руки, словно ласковый домашний котик. Открылся на предпоследней странице, будто знал, какой
