О солнце он знал, не мог не знать. Книги твердили о нём каждой своей страницей, каждой строчкой, и никакие умолчания взрослых, никакие запреты отца (который очень недоброжелательно относился к его увлечению «пустыми книжонками», твёрдо убеждённый в их негативном влиянии на ум сына), — ничто не могло скрыть от мальчика правду. Он никогда не видел солнца, это так, но знал, что где-то оно всё-таки есть. И страстно мечтал взглянуть на него хоть одним глазком.
Но даже в самых смелых, самых фантастических своих грёзах он не смел предположить, что мечте его суждено будет сбыться, и очень скоро.
4.
Весть о приближении необычного атмосферного явления, получившего вскоре название «жёлтого облака», пришла в город по каналу правительственной связи. По прогнозам метеорологов, ровно через две недели, день в день, облако накроет город. Никто из горожан облака не видел, но слышали о нём уже все — слухи, подобно отражённой волне, намного опережали само явление. Страх закрадывался в сердца людей, сгоняя с их и без того невесёлых лиц скупые улыбки и лишая покоя. Но когда у бетонных стен, увенчанных сигнальной проволокой, появились первые мутанты, городом овладела паника.
Подошла уже середина апреля, но морозы всё ещё стояли под двадцать пять-тридцать градусов — весна в этом году явно запаздывала. Весть о срочной эвакуации города обрушилась на людей внезапно и в первый момент вызвала нечто вроде шока. Покидать благоустроенные квартиры и ехать неведомо куда, с одной стороны, никому не хотелось, но с другой… в самых потаённых уголках души, куда не было доступа никому, люди питали отчаянную надежду когда-нибудь вырваться из ненавистного «пятьдесят восьмого» и навсегда вычеркнуть его из памяти, как кошмарный сон. Теперь, похоже, надежды становились реальностью.
Так или иначе, но обстоятельства вынуждали в спешном порядке бежать из обречённого города — ведь город стоял на пути «жёлтого облака», несущего смерть, безумие и безнадёжную, беспросветную желтизну.
Мутантов становилось всё больше и больше. Жёлтыми тенями бродили они по городским окрестностям, оглашая близлежащие холмы и мусорные горы диким воем и леденящим душу хохотом. Поражённые неведомым недугом, они повсюду оставляли жёлтые следы, и смельчаки, отважившиеся выйти за пределы города, не раз натыкались на цепочки этих жутких отпечатков, отчётливо желтевших на свежевыпавшем снегу. Но после несчастного случая, когда один из горожан не вернулся вечером в город, а спустя двое суток был обнаружен бездыханным, замёрзшим и абсолютно жёлтым в трёх километрах от бетонной стены, городские власти запретили жителям покидать город под страхом суровой кары.
Были мутанты горбатыми, приземистыми, косолапыми, с тремя глазами и огромными слоновьими ушами. Их постоянно колотили судороги неудержимого хохота, рвавшегося наружу из недр поражённых ядовитой желтизной грудных клеток, при этом жалкие подобия лиц морщились в уродливых гримасах. Они были безумны, безумны и абсолютно желты.
Вереница грузовиков потянулась из города нескончаемым потоком, увозя в неизвестность людей, оборудование и материальные ценности. Работники секретных объектов, составляющие подавляющее большинство населения города, подлежали эвакуации вместе с заводом и исследовательским центром. У этих людей не было выбора, специфика их работы и строжайшая дисциплина требовали от них беспрекословного подчинения вышестоящему руководству. Вместе с ними покидали город и их семьи.
5.
Но на долю Игоря выпала иная судьба. Посовещавшись друг с другом и придя к мнению, что болезненный процесс адаптации на новом месте, наверняка сопряжённый с суетой, неустроенностью и нервотрёпкой, нежелательны для сына, родители мальчика решили на некоторое время, пока всё не утрясётся, отправить его к деду Мартыну, старому леснику, обитателю одинокой сторожки где-то в нехоженых лесах Восточной Сибири. Деда Мартына Игорь видел всего раз в жизни, лет семь назад, когда тот приезжал к ним погостить; тогда седой старик произвёл на мальчика неизгладимое впечатление, вызывая впоследствии ассоциации с чем-то древним, былинным, богатырским. Потому он и пришёл в такой восторг, когда отец объявил о своём решении. Ещё бы! Окунуться в жизнь, полную приключений, романтики, суровой борьбы за существование, неожиданных встреч с таёжными обитателями, а долгими вечерами сидеть у весело потрескивающего костра, бок о бок с чудесным, сильным дедом Мартыном и слушать, слушать, слушать его нескончаемые истории о своём житие-бытие — ничего более заманчивого и восхитительного Игорю даже во сне не снилось. И ко всему прочему, не нужно будет ходить в школу. Словом, нет худа без добра, решил про себя Игорь.
Но была у него ещё одна мысль, тайная, невысказанная, жадная мысль, заставляющая детское сердце бешено биться.
Он увидит солнце. Солнце.
В тот же день к деду Мартыну полетела телеграмма-молния.
6.
Прошлым летом снова зашёл разговор об отпуске. У мамы была давнишняя мечта, ставшая со временем её идеей-фикс: съездить на юг, к морю, поплескаться в тёплой солёной воде, послушать мягкий, убаюкивающий шум прибоя, полной грудью вдохнуть влажный морской воздух, напоённый ароматами экзотики и субтропиков, понежиться под знойными лучами кавказского солнца. Человек не может жить без солнца, и мама не была исключением.
Но из года в год идею долгожданного отпуска приходилось откладывать до лучших времён — то из-за болезни мальчика, которая вдруг наваливалась на него с неожиданной силой, то из-за срочной работы, которую спускали в исследовательский центр откуда-то «сверху», то из-за осложнившейся политической обстановки. «Там стреляют, — мрачно говорил отец. — Лучше переждать».
В то последнее лето поездка к морю снова не состоялась: город из последних сил тужился над выполнением срочного заказа министерства обороны. Пик этой сверхважной, по словам отца, работы пришёлся как раз на летние месяцы. Само собой разумеется, отец наотрез отказался от поездки к морю или куда бы там ни было ещё. Он жил только работой, всё остальное для него было малозначащим и второстепенным. Даже здоровье сына.
Но теперь, когда в город пришла беда, всем жителям предстояло отправиться в вынужденный бессрочный «отпуск». По крайней мере, Игорь об этом не жалел. Он был счастлив.
7.
Четыре дня спустя пришёл ответ от деда. Выехать не могу, писал старый лесник, мальчика встречу там-то и там-то. Далее следовали инструкции, как добраться до их глухого таёжного уголка. Отец недовольно поморщился, мама сильно побледнела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
