Только в первые два месяца, пока привыкала к повышенной нагрузке, я могла себе позволить заснуть в чем пришла с учебы. А потом – никогда!
Ни горячая вода, ни душистое мыло не помогли. Пятно с ладони уходить не желало. Обозлившись, я решила применить заклинание очистки. Обычно им чистят одежду, мебель и тому подобное, к живым его не применяют. Но у меня была какая-то чрезвычайно стойкая грязь! Так что я решила рискнуть. Формула сама собой возникла перед глазами. Я осторожно влила толику энергии в плетение и…
Ладонь обожгло, словно раскаленным клеймом. Из глаз брызнули слезы. Я заорала от невыносимой боли. А грязное пятно на ладони медленно приобрело форму.
***
Столовая гудела, как улей. Адепты впопыхах поглощали свой завтрак, делились новостями, торопливо повторяли материал перед экзаменами, смеялись и общались. В общем, все было как всегда и как у всех. И только за нашим столиком стояла мертвая тишина. Аппетита не было у всех троих. Во-первых, сливянка, будь она не ладна, еще не выветрилась из наших голов. Во-вторых, девчонки старательно прятали от меня глаза. Стыдно им было, угу. Так я и поверю!
Я досадливо потерла горевшую огнем ладонь. Нет, ну надо же быть такой дурой! Нет, дважды дурой! И это я про себя! Сначала напилась, как самый последний пьянчужка из таверны матушки Олы. Потом демоны меня дернули поспорить с выпускницей боевого факультета! И девчонки, я досадливо покосилась на подружек, даже не подумали меня остановить! А теперь еще и как зеленая первокурсница нечаянно активировала печать!
– Мина, не смотри на меня так, словно я болотная мошка в приворотном зелье! – Хмурая Симара раздраженно отбросила ложку в сторону, не заботясь о том, что обрызгала остатками каши весь стол. – Я не заставляла тебя спорить с Дайной! Да я вообще подумала, что она за каким-то зельем к тебе подошла!
– Ага. К Мине и за зельем! – Олана ехидно фыркнула. – Сима, ты себя слышала? Когда это к отличнице, правильной старосте ведьминской группы Вильгельмине ходили, чтобы купить нелегально зелье? Ты совсем из ума выжила?
Сима зло сверкнула глазами на подружку и огрызнулась:
– А что такого? Мине тоже нужны деньги! Кроме того, всем известно, что у нее лучшие зелья на потоке! И можно не опасаться побочки в виде излишней волосатости ног!
Ола вспыхнула, как искорка. А я схватилась за голову. На втором курсе одна излишне любвеобильная целительница пыталась уговорить меня сделать ей приворотное зелье. А так как она хотела приворожить Вериана, по которому я уже тогда страдала, то я, недолго думая, послала ушлую целительницу лесом. Деваха скрипнула зубами, но оказалась действительно ушлой – пошла договариваться за моей спиной с моими подругами. Я нечаянно узнала, что Ола взяла «мой» заказ. И, не раздумывая, подсыпала в готовящееся зелье один порошочек. Ола, кстати, по сей день не знает, что случилось с ее зельем. И почему у целительницы, которая выпила зелье пополам с Верианом, больше года ноги могли поспорить мохнатостью с любимым фамилиаром мастера Саньяты. Поговаривали даже, что главная ведьма академии как-то перепутала ноги адептки со своим котом Мурсом и во всеуслышание посетовала, что сильно раскормила фамилиара.
Не знаю, правда это или нет, но первый и последний неудачный «заказ» Оле припоминают до сих пор. И не только ведьмы. К целителям Олана предпочитает не обращаться вовсе. Хоть та деваха в прошлом году уже и окончила академию.
Перепалка не успела перерасти в полноценную ссору. К нашему столику подошла хмурая Дайна:
– У тебя совсем мозгов что ли нету? – Боевичка зашипела на всю столовую, как сбежавшее молоко. – За каким дохлым троллем ты активировала печать?
В нашу сторону повернулось сразу несколько заинтересованных голов. Я поперхнулась отваром, который в этот эпичный момент набрала в рот, чтобы подлечить головушку. Увидев, что Дайна и не думает успокаиваться, и набирает в легкие воздуха для продолжения обвинительного спитча, я торопливо сглотнула едва не пошедшую носом жидкость и зарычала на боевичку, кивая на свободный рядом со мной стул:
– Сядь! И говори тише! Или тебе обязательно нужно сделать наш спор публичным?
Дайна скривилась, словно паучьего молока хлебнула, и плюхнулась на предложенное место. А я поспешила закрепить достигнутый результат. Не даром же Саньята четвертый год держит меня в старостах! Чему-чему, а управляться с группой шалых ведьмочек я научилась в совершенстве!
– Очень хочется проверить на собственной шкуре, что скажут твои сокурсники, узнав о предмете спора?
Из Дайны словно воздух выпустили. Это ведьмочки с ректором почти не пересекаются, так, только в коридорах здороваемся со всевозможным почтением. А у выпускного курса боевиков архимаг Герхорт читает Теорию построения боевых заклинаний. Если Дайна с зельем ему попадется… Последствия я даже боюсь представить!
– Дохлый тролль! – Боевичка с тоской обхватила себя за плечи. – Вот угораздило же меня с тобой!
– А ты думала, – Сима откусила приличный кусок булки, намазанной джемом, видно, от зрелища чужих страданий у подружки разыгрался аппетит, – что раз Мина староста и отличница, то не может с тобой поспорить на такую ерунду? Кстати, на что хоть спорили?
Мы с Дайной переглянулись, и дружно покраснели. Сима поперхнулась не дожеванной булкой и потрясенно на нас уставилась:
– Только не говорите, что проигравшая должна станцевать в столовой стриптиз!
– Нет!
– Нет!!!
Наш с Дайной вопль вышел на удивление дружным и возмущенным. Старшекурсница продолжила с видом оскорбленного достоинства:
– Это пошло: стриптиз в столовой. Проигравшая пойдет объясняться в любви декану некромантов.
За столом снова упала тишина. Магистра Вирса знали все. Сильнейший некромант нашего времени. Он мог такое, что другие некромаги могли только вдвоем или даже втроем сотворить. Поговаривали, что он очень молод. Но без капюшона, наброшенного на голову, его не видел никто. Может, разве что, его адепты. Но некроманты и сами недалеко от своей нежити и нечисти ушли: из них слова лишнего вытянуть было нельзя. Ходили сплетни, что у мастера Вирса обезображено лицо. Будто в юности его подрал лич. Правда это или нет, было неизвестно. Но от мрачной, окутанной аурой тьмы фигуры лично меня неизменно пробирала дрожь.
Девчонки вытаращили на Дайну глаза. А я едва не застонала. Ну да,
