ним закроется дверь, Эдвард, с трудом поднимаясь с кресла, обратился к Валдису:
— А ну, вставайте! Давайте еще раз осмотрим снаряжение.
Парашютисты по очереди осмотрели друг друга, тщательно проверили и ощупали экипировку.
— Все в порядке, — сказал Валдис. В это время самолет резко качнуло влево. Чтобы не упасть, они ухватились друг за друга. Это самолет круто изменил свой курс. Сразу же опять открылась дверь пилотской кабины. Штурман быстро прошел вдоль кресел и остановился рядом с парашютистами.
— Все! — произнес он. — Сейчас мы будем над квадратом Б-9. Костры уже горят. — Он нажал на кнопку ручки и потянул дверь на себя.
Резко в уши ударил шум мотора, а в лица хлестнула холодная тугая струя ночного воздуха. Самолет, кренясь на правую плоскость, делал разворот. Далеко внизу, медленно уходя под крыло самолета, неярко мерцали два огонька.
— Прыгать! — перекрывая шум мотора, крикнул штурман и положил руку на плечо рядом стоящего парашютиста. Тот, оглянувшись на своего спутника, сделал два маленьких шага, скрестил руки на груди и плашмя вывалился из самолета. Следом за ним ринулся и другой...
«Не хотел бы я быть на месте этих парней», — подумал штурман, закрывая дверь. Самолет, меняя курс, резко пошел на снижение и, чуть не задевая верхушки высоких сосен, скрылся в сторону моря.
Глава 2
Прокурор Гвардейского района Куклин собирался в отпуск. Он тщательно просматривал свой служебный блокнот и время от времени обращался к сидящему у него в кабинете помощнику Гайлису, давал указания, что сделать за время его отсутствия. Гайлис, записывая задание в свой блокнот, непременно повторял:
— Не беспокойтесь, Юрис Фрицевич, будет обязательно сделано.
В это время зазвонил телефон. Куклин снял трубку.
— Да! Слушаю. Из Солнечного? Хорошо. Слушаю. Не торопитесь. — Гайлис заметил, как посерьезнело лицо Куклина. — У вас там есть участковый уполномоченный, пусть он до приезда следователя никого не подпускает к месту происшествия. И чтобы все осталось нетронутым. Да! Он немедленно выезжает.
— Вот беда, — озабоченно произнес прокурор, кладя трубку и обращаясь к Гайлису. — Пожалуйста, позовите сюда Фалина.
Куклин опять снял трубку и набрал номер.
— Девушка, говорит прокурор Куклин, мне срочно нужна Рига, а там номер 2534. Хорошо.
Куклин встал из-за стола и подошел к окну, выходящему в сад. Он смотрел на распустившуюся молодую зелень деревьев, на зеленую лужайку, залитую ярким солнечным светом, прислушивался к птичьему гомону и думал о том сообщении, которое только что получил из поселка Солнечный. Как оно не вязалось с этой жизнерадостной картиной.
В это время в кабинет поспешно вошел Гайлис, за ним следователь Фалин. Это был очень молодой человек среднего роста, хорошо сложенный. Немного полноватое лицо светилось ярким румянцем.
— Вы меня вызывали? — обратился он к стоящему у окна прокурору.
Куклин резко повернулся, шагнул к столу, и в это время вновь зазвонил телефон. Он поднял трубку.
— Да! Спасибо! Жду... Это экспертиза? Кто у телефона?.. Я прокурор Гвардейского района Куклин. Нужно срочно выслать врача-эксперта в поселок Солнечный для осмотра трупа. Туда сейчас выезжает наш следователь Фалин... Да. Да! Сейчас! Хорошо! — Прокурор положил трубку.
— Товарищ Фалин, недавно позвонили из Солнечного. Там обнаружили труп жены сменного инженера Путны. Выезжайте... Туда же поедет врач... Подождите! — остановил он готового уже выйти из кабинета Фалина, заметив, какой интерес зажегся в его глазах после сообщения. — Вы знаете, что я сегодня уезжаю в отпуск. За меня остается товарищ Гайлис. — Если нужно, обращайтесь за помощью к нему... Ведь такое дело у вас, кажется, впервые? — он внимательно посмотрел на Фалина.
— Да! Впервые, но методику расследования я знаю.
— Ну, методика, между прочим, ответа на все случаи жизни не дает, — прервал его прокурор.
— Я это понимаю. Можно идти? — Фалину явно не терпелось скорее вырваться на оперативный следственный простор.
— Да, поезжайте. Машину сразу же отпустите. А когда закончите там, позвоните, товарищ Гайлис машину вышлет.
Когда Фалин вышел, прокурор, как бы мысленно провожая его, произнес:
— Заметили, какой интерес проявил Фалин к этому заданию? — Гайлис утвердительно кивнул. — Что ж, это естественно: у каждого добросовестного работника должен быть профессиональный интерес. Без этого и хорошего качества не достичь.
Фалин быстро прошел в свой кабинет. Убрал со стола и положил в сейф бумаги. Взял следственный чемодан и кожаный портфель и уже через пять минут был во дворе, где стояла служебная машина прокуратуры.
— Привет, дядя Миша! Поехали скорей в Солнечный!
— А Юрис Фрицевич знает? Ведь я должен везти его на вокзал к поезду.
— Знает, знает. И его успеешь отвезти, — весело ответил Фалин, усаживаясь на переднее сиденье.
Машина быстро летела по шоссе, а Фалин, откинувшись на спинку сидения, думал о предстоящей работе:
«Интересно, что это за женщина — жена сменного инженера».
Фалин по натуре был общительным человеком. Он умел поддерживать разговор, ненавязчиво ставя интересующие его вопросы. Это качество помогало ему и в работе, когда приходилось допрашивать очень неразговорчивых свидетелей.
— Дядя Миша! — после недолгого молчания обратился Фалин к водителю. — Угадайте, какие дела нас там ожидают?
— Вы сами сказали, что едем в Солнечный и, наверное, не на свадьбу.
— Да, в Солнечный, и там нас ожидает труп, — чуть ли не по складам произнес Фалин.
— Я вот уже третий год работаю на этой машине и на свадьбу на ней ни разу никого не возил, все только на место убийства, к месту пожара, в морг, в суд... — начал перечислять дядя Миша.
Фалин рассмеялся.
— А как вы думаете: какая причина может заставить человека, ну, скажем, молодую женщину, вот сейчас, в наши дни покончить со своей жизнью?
Дядя Миша, не меняя позы, сосредоточенно смотрел вперед и лишь чуть заметно хмурил брови.
— Какие причины? — Он мельком взглянул на Фалина, немного убавил скорость. — А кто его знает! В жизни-то оно всякое бывает, — философски заключил водитель.
Некоторое время молчали, погруженные каждый в свои мысли, потом Фалин хотел еще что-то спросить, но заметил, что машина уже въезжала в поселок Солнечный.
Свернув с шоссе и миновав шлагбаум, дядя Миша повел машину по улице поселка, застроенного стандартными домами. У ворот одного из домов машину остановил старший лейтенант милиции.
— Участковый уполномоченный Круминь, — отрекомендовался он.
