– Ты не сказала, как тебя зовут?
– Oinnseach, – ответила Тамлин, зная, что он не поймет.
Он расхохотался.
– Дурочка? Тебя зовут дурочка?
Тамлин округлила глаза. Она была больше удивлена, чем он, когда узнал, что она говорит по-французски.
– Да, кошачьи глаза, я достаточно понимаю твою болтовню, чтобы мне не перерезали горло. – Он отпустил ее запястье. Опустившись на колено, он выдернул нож из земли и вытер клинок о бедро. – Это sgian dubh – черный нож.
Тамлин смотрела, как он изучает детали, как его палец скользит по вырезанным на рукоятке рунам. Когда Тамлин попыталась встать, он поднял подол ее потрепанной юбки, обнаружив спрятанные в правом сапоге ножны для кинжала.
– Не трогай! – крикнула она.
Засунув нож себе за пояс, он оценивающе посмотрел на Тамлин.
– Ты полна загадок, моя дурочка. Я мог бы предположить, что ты любовница здешнего лорда, только, по-моему, граф Хадриан раздал свои поместья Лохшейн, Кинлох и Гленроа трем своим дочерям. В этих Богом забытых землях мужчины позволяют женщинам управлять крепостями.
– Хадриан Макшейн – лэрд земель клана Шейнов, но он не отдавал власть дочерям. Они носят свои титулы по праву, через клан Огилви.
– Пустая болтовня, – усмехнулся рыцарь, вызвав хихиканье своих людей, – женщины думают, что могут управлять крепостью.
Тамлин зло воззрилась на него.
– Альба порождает сильных и умных женщин. Вам будет нелегко захватить земли Огилви.
– Я уже захватил Лохшейн, моя дурочка. Мы практически не встретили сопротивления.
Тамлин продолжала стоять на своем, и он подошел к ней вплотную, обдав ее своим горячим дыханием. Она не отвела глаз, встретив его взгляд.
– Лохшейн пал до того, как сумели поднять тревогу. Всадники достигли Гленроа. Взять ее вам будет не так-то легко.
– Посмотрим. – Выгнув бровь, он обернулся к солдатам. – Мои люди не должны вести себя, как свора животных во время гона. Я разберусь с вами после взятия крепости. Посадите ее на Лашера. Приведите кобылу. Мы едем ко мне.
Адово пламя! Тамлин встретилась с ужасным Черным Драконом! Ей следовало бы догадаться об этом по черным доспехам, кольчуге и плащу. А она еще удивлялась, почему англичане называют этого лорда Черным Драконом, когда на его флаге изображен зеленый дракон на черном фоне. Теперь Тамлин поняла: речь идет не о геральдических цветах, а о самом человеке. Благоговейный страх охватил девушку.
Рассказы о валлийских деревнях, стертых с лица земли по приказу Дракона, повторялись шепотом, чтобы их случайно не услышали дети. Еще страшнее были слухи о разграблении Берика больше двух недель назад. Шотландцы боялись, что их ждут такой же кошмар, резня и огонь.
Пока Тамлин возилась со шнурком рубашки, стараясь стянуть разорванный лиф, ее глаза то и дело возвращались к рыцарю в черном. Она не могла поверить, что этот человек с ангельским лицом способен жестоко истреблять все, что попадается на пути англичан, рубя мечом и выжигая саму землю.
Тамлин похолодела, когда по приказу господина сэр Дирк схватил ее за руки и подтолкнул к черному коню Дракона.
Черное седло лежало на темно-зеленой попоне, покрывавшей коня от холки до крупа. Отпрянув, Тамлин поняла, что ее страх обоснован. Это был Джулиан Шеллонг не обычный военачальник, а полководец короля.
Граф вскочил в седло с львиной грацией, оставив место для Тамлин. Она попыталась воспротивиться, вонзившись пятками в мягкую землю.
Жеребец привстал на дыбы, стуча копытами.
– Берегись, дурочка! Лашер не привык носить двоих. Он может растоптать тебя. Это тренированный убийца, – предостерег ее граф.
Рыцарь поднял ее и посадил на коня. Ее ноги оказались обнажены выше колен. Хуже того, она сидела, прислонившись к покрытым кожей и металлом бедрам этого норманна. Тамлин залилась румянцем от столь интимной позы.
Он был очень близко. Слишком близко. Его теплое дыхание щекотало ее щеку. Но даже несмотря на это, она с вызовом взглянула ему в глаза.
Самые красивые глаза, какие она видела в своей жизни.
– Как и его хозяин?
– Да. Это правда, которую тебе стоит запомнить. – На его лице была яростная решимость.
Дракон пришпорил коня, тот взвился на дыбы, бросив ее спиной к его покрытой железом груди. Он положил руку на ее талию, чтобы удержать.
Тамлин опустила взгляд и увидела, что его большой палец лежит на обнаженной коже, открытой порванной рубашкой. Палец горел, выжигая клеймо на ее плоти.
У нее все еще кружилась голова после падения. Однако от прикосновения воина в жилах у нее забурлила кровь. Она повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Выражение его зеленых глаз оставалось бесстрастным, и все же сила его взгляда потрясла Тамлин до глубины души.
– В Гленроа! – приказал он.
Глава 2
Достигнув дороги, Тамлин увидела войско великого Дракона – несметное количество рыцарей, сидевших верхом на мощных лошадях. Это были ударные части. Вооруженные длинными копьями, они служили мобильным стенобитным орудием. Вдвое больше по численности было хобеларов – легковооруженной кавалерии, используемой для быстрых обходных маневров. Валлийские лучники были сооружены огромными смертоносными луками и защищены щитами высотой в человеческий рост. Пехота состояла из наемников, в то время как набранные войска из Ирландии маршировали под родными знаменами. Они тянулись позади пехотинцев, принадлежавших к закаленным в войнах войскам Эдуарда из Фландрии.
Тамлин с ужасом вздохнула. Впервые в жизни она испытала отчаяние.
Сможет ли она наладить отношения с этим жестоким, беспощадным графом?
Что же станет с Гленроа? Что станет с ней?
Задумавшись, она качнулась, ее спина ударилась о металл на груди Дракона. Сильные пальцы сжались на ее талии. Опустив глаза, она заметила, что из-за размашистой рыси лошади ее грудь покачивается в опасной близости от его пальца.
Тамлин закрыла глаза, стараясь прогнать эти мысли. Чувствуя, что сидящая перед ним женщина слабеет, Джулиан привлек ее к своей груди. Шок от того, что он предотвратил, должно быть, сильно поразил ее. Боясь, что она выскользнет из седла, он прижал ее ближе. Ощущения, вызванные ее близостью, интриговали его, доставляли удовольствие. Ему нравилось держать ее в объятиях.
Будь прокляты их глаза! Разве он не приказал гуманно обращаться с жителями Глен-Шейна?
После Берика у Джулиана едва хватало сил видеть перед новым городом штандарт Дракона. Образ вставал перед его глазами: знаменосец, размахивавший новым флагом Эдуарда – гербом, не разделенным на четверти. Он появился сразу перед тем, как тысяча тяжеловооруженных всадников обрушилась на защитные стены шотландского города и началось последовавшее за этим безумие.
