он скрылся в коридоре.
— Проведаю директора, — вскочил за ним Герт.
— А я — в серверную. Посмотрю, все ли в порядке, — поднялась Лера.
Луч прорезал обшивку. Из коридора верхнего этажа начал выходить воздух. Над столиком засветилось объемное изображение станции — Цусима показывала, как включается режим изоляции поврежденных отсеков.
— Я знаю, что делать, — решился Виталик.
Он выбежал и на лифте поднялся на причальную палубу, где в ангаре ждал «Шмель» — шестиместный челнок для ремонтных работ. Виталик взбежал по трапу, ворвался в кабину, занял место пилота и приложил руку к терминалу на панели управления.
— Цусима, быстрый старт! — скомандовал он.
— Пользователь авторизован, — сообщил сервер, просканировав ладонь. — Стажер Куницын Виталий Вениаминович, добро пожаловать на борт!
— Отставить вежливости! Вылетай!
— Позвольте заметить, что соблюдение техники безопасности является непременным условием полетов в безвоздушном пространстве, — проговорил компьютер таким тоном, будто увещевал задушевного друга.
— Что тебе не понравилось? Что я нарушил?
— Наденьте скафандр. Полеты в вакууме без скафандра нарушают техни…
Не дослушав, Виталик выскочил из шаттла и пулей кинулся в соседний отсек, где хранились скафандры. Стажерам личного облачения не полагалось, и пришлось повозиться, отыскивая подходящий. Стоило натянуть гермошлем, как включилась система наддува, и в лицо хлынула струя чистого кислорода.
— Цусима! — рявкнул человек. — Ты меня отравить хочешь? Убери кислород, дай обычную атмосферу!
— Как вам будет угодно, — прозвучал в наушниках голос, полный собственного достоинства.
На счастье Виталика, автоматический режим управления шаттлом не требовал навыков пилотирования. Крылатый «Шмель» на реактивной тяге донес его до взбунтовавшейся платформы, которая будто задалась целью поймать смертоносный луч и отбросить его так, чтобы он принес больше ущерба. Пришлось поспорить с Цусимой, чтобы она согласилась выпустить из кабины воздух — лишь после этого практикант смог выбраться в открытый космос, перелететь на платформу и перевести ее в режим ручного контроля.
— Спокойствие, — бормотал он себе под нос, дергая рычаги. — Где тут что? Вот, нашел!
Орудовать рычагами в перчатках, пальцы которых раздувались от внутреннего давления, оказалось жутко неудобно — не то, что на земном симуляторе во время тренировок. Возня затянулась, но он все же выровнял платформу и вернул ей устойчивость. Зеркальная чаша перестала пускать зайчиков и переправила луч в энергоуловитель. Индикаторы зарядника засветились, показывая, что аккумуляторы принялись поглощать энергию, сконцентрированную в луче.
Виталик опасливо покосился на красную трассу, прорезающую вакуум на расстоянии вытянутой руки от него. Случайно коснись ее — и скафандр не выдержит. Пшик — и воздух выйдет, как из дырявого шарика. Перепад давления, мгновенная смерть.
От этих мыслей становилось не по себе. На лбу выступила испарина, которую сервер, контролирующий давление в скафандре, услужливо снял струей теплого воздуха.
Через несколько минут луч внезапно погас. Виталик понял, что сообщение Белозерцева достигло цели, и где-то у самого Солнца энергостанция, собирающая силу звезды с помощью солнечных батарей, прервала передачу.
Брошенный на произвол судьбы «Шмель» успел удалиться, но Цусима вернула его и поставила так, чтобы можно было пересесть в его кабину. Вконец обессиленный Виталик доверил управление компьютеру, который аккуратно посадил шаттл на причальную палубу, закрыл ворота ангара, и наполнил помещение воздухом.
Не успел он сбросить скафандр, как в отсек ворвались Чернавина и ее помощник, лейтенант Раду.
— Все в порядке, — улыбнулся им практикант. — Равновесие восстановлено. Платформа стабилизирована, но ей лучше не пользоваться.
Его подхватили под руки, и, не отвечая на недоуменные вопросы, поволокли в глубину бесконечных коридоров.
Обвинение
— Ваше имя, фамилия, год рождения? — деловым тоном осведомилась Чернавина, усадив его в жесткое кресло и направив в глаза яркий светильник.
— Что? Вы шутите? Я Виталий Куницын, — ничего не понимая, ответил он.
— Шутки кончились, — присоединился к начальнице Раду. — Тебе светит запрет на профессию и поражение в правах.
— Мне? — ошеломленно воскликнул практикант.
— А кому же еще?
— Я только что лез под взбесившийся луч, который мог разрезать меня на половинки. Я ликвидировал аварию, а вы мне же и угрожаете?
— Аварию ликвидировал не ты, а твой шеф по Заслону, — возразила Чернавина. — Это он связался с экипажем солнечной станции и потребовал прервать передачу. А вот ты нам расскажешь, с чего вообще твоя платформа дала такой катастрофический сбой. Ведь это ты ее программировал?
— Я, но программа была выверена до мелочей и испытана на симуляторе.
— Отчего же она не сработала?
— Откуда я знаю? В сервере нужно копаться.
— Сервер в шоке — не знает, как это случилось. Видимо, ты напортачил. Налицо факт служебной халатности. Если суд его подтвердит, не видать тебе больше космоса, да и к технике больше тебя не подпустят.
— Вы хотите лишить меня прав? Запретить мне работать? — Виталик так возмутился, что вскочил с кресла, но лейтенант жестко сдавил его и заставил сесть. — Да вы хоть понимаете, что значит для меня эта практика? От нее мое будущее зависит. Что я, по-вашему, буду делать? Лопатой орудовать? Выступать в цирке? Я — конструктор космических технологий. Это мое призвание. Попробуйте, отнимите его у меня!
— Возможно, молодой человек прав, — раздался за спинами его мучителей голос.
Бортинженер Александр Герт вошел в кабинет и сел сбоку, стараясь не попадать в слепящие лучи лампы.
— Камчатова выяснила: ошибочные команды выдавались от имени высшего администратора, — продолжил он. — Высший администратор — это директор Кольца, доктор Кумар Арджун. У него полный доступ к управлению сервером и особые права, позволяющие отдавать любые приказы. Но самого директора нигде нет, это внушает тревогу. Куда он мог подеваться? Может, его обмороженный труп уже летит в вакууме, а мы до сих пор ничего не знаем.
— С чего вы это взяли? — недовольно буркнула капитанша.
— Все боялись восстания искусственного интеллекта. Получив в свое распоряжение Кольцо, он почувствовал силу. Он начал охоту на людей, чтобы выжить их со станции и завладеть техникой.
— Что за дурацкие фантазии? — хмыкнул Раду.
— Почитайте, что пишут ученые, молодой человек, — возвысился над ним бортинженер. — Искусственный разум опасен. Никто не знает, к каким выводам он придет и на что решится. На этой станции он управляет всем. Без его ведома ни одна розетка не даст электричества, ни одна каюта не наполнится воздухом. И вы думаете, что он может чего-то не знать? У меня только одно объяснение. Он избавился от директора и подделал его личность. На директорские права он сваливает свою вину за атаку. Информацию о своих действиях тщательно прячет, и тем самым водит нас за нос. Энергетический луч он использовал против людей. Для него это — оружие, а для нас — катастрофа. Что еще он придумает, чтобы запереть нас на
