– Мы могли бы частично расплатиться ими…
– Лорен! Мы не можем заплатить им столько, сколько они требуют. Прошу тебя, положи платье на мою кровать. И береги себя. Что бы ни произошло, они не должны узнать, кто ты такая.
Лорен бросилась исполнять приказание. Кристина поспешила на кухню. План был продуман до мелочей, каждый получил точные указания, но не мешало все проверить еще раз, потому что они не имели права ошибиться или положиться на волю случая.
На это они не имели права!
Они явились во всем великолепии под знаменами короля и кланов, которые боролись за возведение его на престол. Они появлялись так уже несколько лет. Нельзя сказать, что они окончательно завоевали настоящую свободу, однако положение Роберта Брюса в Шотландии было значительно прочнее, чем положение Эдуарда II в Англии.
И жители пограничных северных земель Англии познали теперь такой же страх, в котором в течение многих лет пребывало население Шотландской низменности. Но даже в самые тяжелые для англичан годы, когда сэр Уильям Уоллес, только что одержавший победу при Стерлинг-Бридже, вторгся на территорию Англии, Хэмстед-Хит нападению не подвергался. Здесь не было великолепного замка – всего лишь небольшое поместье. Но в те дни каждое нашествие шотландцев было актом возмездия.
Теперь же они приходили не с целью мстить, а от имени, как ни странно, гуманного и дальновидного человека, который оказался к тому же весьма ловким правителем.
Хэмстед-Хит не был обнесенным стеной городом или крепостью, а всего лишь усадьбой в центре процветающей деревни. Он не мог служить бастионом; здесь не было ни арсеналов оружия, ни драгоценностей. Однако господский дом был очень хорош, а деревня богата не золотом, серебром и драгоценными камнями, а сокровищами совсем другого рода.
В Хэмстед-Хите выращивали самых лучших, самых быстрых лошадей во всей Англии. Здешний рогатый скот и овцы славились далеко за пределами Англии. Шерсть, которую производили в Хэмстед-Хите, не уступала лучшим сортам шотландской и фландрской шерсти.
– Помните приказ короля! – крикнул Джейми и взмахнул рукой.
Его люди, численностью всего сорок восемь человек, издали боевой клич, позаимствованный у шотландских горцев, и галопом помчались с вершины холма вниз.
Несмотря на малочисленность отряда, грозный клич и тяжелая дробь конских копыт посеяли страх в стане врага.
Джейми не ждал никакого сопротивления и, чувствуя под собой мощные удары копыт коня, видя рядом своих хорошо вооруженных рыцарей в доспехах, сверкающих на солнце, на мгновение позволил себе расслабиться и порадоваться.
Да, ход событий изменился в их пользу.
И это было хорошо, потому что слишком долго они были вне закона и скрывались в лесах; их было мало, они голодали, случалось даже, что кровные родственники становились их врагами. Но годы борьбы и лишений дали теперь свои положительные результаты. Хотя англичане все еще владели землями и замками на территории Шотландии, шотландцы неуклонно укрепляли свои позиции.
Эдуард II и в подметки не годился своему отцу, и теперь уже англичане дрожали при приближении шотландцев. И должны были платить дань.
Роберт Брюс, даже будучи королем-воином, терпеть не мог бессмысленного кровопролития, но и не упускал возможности преумножить благосостояния своего дорогой ценой доставшегося ему королевства.
Грязь комьями летела из-под копыт вороного жеребца Джейми, холодный ветер обдувал лицо. Овцы, что паслись на склонах холмов, с блеянием бросились врассыпную при приближении всадников.
Спустившись с холма, те въехали в небольшую деревушку под названием Хэмстед-Хит. Она состояла из нескольких крестьянских домов и помещичьей усадьбы.
За годы, прошедшие с тех пор, как Роберт Брюс взошел на престол и провозгласил суверенитет Шотландии, они превратились из жалкой кучки людей, объявленных вне закона и скрывающихся в лесах, в законных хозяев этой земли. Почти всей земли. Хотя Эдуард II претендовал на право считаться сюзереном, его армия была гораздо слабее воинов Брюса. Так мало-помалу упрямый король прибрал к рукам свою родную землю, откуда теперь они, шотландцы, могли себе позволить делать набеги на территорию ненавистных англичан.
Долгие годы борьбы и потерь многому научили Брюса. Желание отомстить тем, кто убил его семью, давно притупилось. Теперь он понял, что для управления государством требуется не только лояльность его подданных, но и нечто более осязаемое: золото, деньги. Поэтому за последние годы Роберт Брюс взял за обычай делать набеги на территорию Англии – что само по себе приносило справедливое удовлетворение, – опустошая северные земли своего врага, как англичане в течение многих лет опустошали южные земли Шотландии. Однако он посылал своих людей не для того, чтобы те убивали мирных жителей и разрушали их дома, а для того, чтобы потребовать плату за мирную жизнь. Джейми тоже считал это справедливым.
Приближаясь к Хэмстед-Хиту, он, а следом за ним и его люди, замедлил бег коня. Их никто не встречал: ни вооруженные люди, ни конные рыцари, ни пешие солдаты. Главный дом усадьбы стоял на некотором возвышении в окружении нескольких крытых черепицей домиков. Это живописное местечко окружала низкая полуразрушенная каменная стена, сооруженная еще римлянами. Джейми со своим отрядом никогда не бывал в Хэмстед-Хите. Люди Брюса не заходили туда, потому что владелец поместья сам пришел к королю Шотландии и предложил выплачивать ему дань.
На вымощенном камнем дворе усадьбы было почти безлюдно, если не считать женщины, несущей на плече связку тростника, служанки с ведрами да кузнеца.
– Именем короля! – зычным голосом произнес Джейми. – Тем, кто окажет сопротивление, мы быстро объясним, во что обходится неповиновение королю шотландцев.
– Похоже, здесь не намерены сопротивляться, – добавил, подъезжая ближе, Лайам О'Коннел.
– Да, похоже, – согласился Джейми.
Деревянные ворота усадьбы были распахнуты настежь. Однако за долгие годы вынужденного бегства Джейми научился осторожности и, приблизившись, внимательно огляделся вокруг. Слева находились просторные конюшни, а справа – хранилища и хозяйственные постройки. Там виднелись еще люди: мужчины, укладывавшие на сеновал охапки сена, парнишка в рубахе из небеленого холста, сгребавший конский навоз, и две молодые женщины, кормившие кур перед домом.
– Слушайте внимательно, – обратился к своим людям Джейми. – Ты, Джордж, и все остальные останетесь во дворе; ты, Лайам, вместе со мной и десятком людей пойдешь в дом; ты, Рагнор, войдешь в дом вместе с нами, будь готов быстро передать то, что будет сказано, людям, оставшимся во дворе.
