Ну вот, летим мы, значит, недалеко уже осталось, минут двадцать, и вдруг он спрашивает: а что, мол, до Ведьминой опушки вы долететь сможете, или топлива не хватит? Спокойно так спрашивает - ну будто просит до Города подбросить за особую плату.
Я поначалу подумал, что ослышался. Ты что, говорю, парень, туда же, наверное, не меньше суток лететь надо. А может и больше. Это же, говорю, где-то в Сиреневых горах, туда же только психи летают, да там и остаются. Да и не знает никто, есть ли эта самая Ведьмина опушка на самом деле, или это так, сказки для дурачков. Много тут, надо сказать, сказочек подобных. Лес-то почти не изучен, вдалеке от Города мало кто бывает, а со спутников в тумане этом и не видать почти ничего. Чего стоят хотя бы рассказы о висельниках. Или о Зеркальном озере - слышали, наверное? Если в Городе по кабакам пошататься, такого наслушаешься, что на полжизни вспоминать хватит. Только вот на самом-то деле мало в этих рассказах правды - так, надышится какой-нибудь бедолага дурмана и начинает всякие чудеса или, наоборот, страсти видеть. Самый верный путь на тот свет, кстати - у дурманных кустов постоять. Но не все погибают, некоторые как-то выкарабкиваются, и начинают ходить истории о чудесах всяких. Не знаю, может кто и видел что-то чудесное, но я лично - почти ничего. Одну только погань в этом лесу и видел я на своем веку. Ученые? А ученые наш лес почти не изучали. Кому мы, по чести сказать, больно нужны? У Метрополии и без нас забот хватает. Не будь в нашем лесу эниарских лагерей, про нас вообще бы забыли давно - на одной экзотике прокормиться трудно. Лагеря - те да, те дают кое-какой доход. Как-никак, стопроцентная гарантия от побега, и на содержание тратиться не надо. А все остальное тут никому, по правде сказать, не нужно.
Ну а Ведьмину опушку эту, насколько я знаю, из проводников один только Герри видел. А Герри такой тип, что запросто соврать может. Вы его не встречали? Нет? Он, знаете, чтобы клиента заманить, такого наговорит, что хоть стой, хоть падай. Правда, врать не буду, парень он отчаянно смелый, во многих переделках бывал и всегда умудрялся выкрутиться. Но вот его рассказам о Ведьминой опушке я как-то не очень верил.
В общем, выложил я это все Литингу. Спокойно так выложил, не кричал почти. И посоветовал, если ему так уж приспичило до Ведьминой опушки добраться, к самому Герри обратиться. А он мне и отвечает, что, мол, обращался уже. Не хочет, мол, Герри даже и говорить о Ведьминой опушке. Только на вас, говорит, надежда - вот не пойму, чего ему так приспичило на эту Ведьмину опушку попасть. Но тут мы как раз до Ядовитой поляны долетели, и стало нам не до разговоров.
Выбрал я вроде хорошее место для посадки, на первый взгляд совсем безопасное. А как приземлились, так откуда ни возьмись шиповник выполз, и пришлось нам полчаса просидеть не дыша и не шевелясь почти. Упаси бог, если такая тварь прицепится. И ведь как назло так они устроены, что сверху разглядеть ну никакой возможности. Сидим мы, значит, в кабине, ждем, пока он отползет хоть на двадцать метров, а он, сволочь, что-то чует, и все рядом копошится. С виду-то эти шиповники совсем кажутся не опасными, а попробуй только дверцу приоткрыть, чтобы огнемет выставить... На мой взгляд они самые что ни на есть вредные существа в лесу - если не считать нечисти, конечно. Но нечисть хоть невидима, а на этих я досыта успел насмотреться. Один раз я так вот часов пять просидел не дыша в вертолете после посадки, пока вокруг трое шиповников резвились, а жарища была жуть. Что вы говорите? Огнемет на наружной подвеске? Попался я как-то на эту удочку, когда еще молодым был. Пятьсот монет выложил, да после двух посадок пришлось все выбросить к чертям. Не для нашего леса, знаете, такие штуковины. Здесь у нас только самые примитивные железки долго выдерживают. Ну и люди, конечно, если не дураки...
Ну, наконец, надоело нашему шиповнику вокруг нас крутиться, отполз он метров на пятнадцать, тут я ему и выдал. До сих пор, наверное, там торчит, они ведь, гады, годами не гниют. Вылезли мы с Литингом наружу, размялись маленько, потом назад забрались, чтобы костюмы, то есть, защитные надеть. Говорят, спасают эти костюмы, если, скажем, большой споровик рядом рванет, только я лично в это нисколько не верю. Не знаю никого, кто сумел бы спастись. Ну а уж что до шлемов защитных, так от них точно никакого проку. Разве что шею тренировать. Если лиана рядом спружинит, то что ты в шлеме, что без шлема - никакой разницы. Я как-то раз даже вертолет видел, лианой напополам переломленный.
Но все-таки положено нам клиентов в защитной форме водить, а где закон, там уж спорить не пристало. Так что оделись мы с Литингом и пошли, значит, по поляне. Он, как это у вас, клиентов, водится, образцы собирает, а я сзади хожу да по сторонам смотрю, охраняю его, стало быть. Больше, конечно, клиентов от их же собственной глупости охранять приходится, чем от чего другого. Вот и хожу я за Литингом и говорю: это, мол, лучше не трогай, туда, мол, не ходи, если ног лишиться не хочешь, а здесь, мол, лучше долго не стоять, а то потом долго лежать придется. Ну и так далее в том же духе.
Только чувствую я, что он и без меня прекрасно в лесу ориентируется, даже лучше меня соображает, что к чему. Вот именно - лучше меня, это и поразительно. Я ведь, как-никак, столько лет клиентов вожу, и всех старожилов здешних наперечет знаю. А такой опыт, как у Литинга этого, он умозрительно не приобретается. Это большая практика нужна, чтобы так вот себя вести.
Я ведь что тогда подумал? Я подумал, что не иначе как Литинг этот из бывших лагерников. Меня, конечно, прошлое его мало волновало, но все-таки неприятно мне было. Им ведь, знаете, наверное, въезд сюда запрещен после отбытия срока. Если, конечно, новый срок не накинут. А этот, стало быть, прилетел. С чужими, значит, документами прилетел и намеревается на Ведьмину опушку попасть. Сильно мне все это не понравилось, скажу я вам.
Он, конечно, делал ошибки. Немало ошибок делал, все старался новичком в лесу казаться. То, знаете, цветочек желтый сорвал, к носу поднес, будто бы понюхать собирался, то в желе чуть не влип, на бабочку, то есть, засмотревшись, то хотел без пинцета, перчаткой голубую чавкалку с земли поднять. Я, как и положено, вовремя его останавливал, но чувствовал, что и без моих советов с ним ничего страшного не случится. Уж больно нарочито он ошибался, переигрывал, что ли. Я его даже проверить решил: как пошел он в сторону зарослей волосатой липучки, я сделал вид, что засмотрелся на шиповник шагах в пятидесяти справа, а сам следил, что же он делать будет. Так не пошел в липучку Литинг, остановился перед самыми зарослями, подождал-подождал моего окрика, не дождался да и назад повернул. Это, по-моему, о многом говорит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
