Но мы все-таки кое-как дотянули. Посадка, правда, резкая получилась, Литинг даже лоб себе рассадил, когда головой о щиток тюкнулся, но живыми добрались, и ладно. Сели в сотне метров от ангаров, пытаюсь я выбраться не могу. Потом кое-как выполз наружу, на землю твердую ступил, да тут же и сел - ноги не держали. Нелегко такие полеты даются. Ну посидел я немного, в себя пришел. Потом встал, обратно в кабину полез - не пропадать же там барахлу-то нашему. Кропило достал, огнемет... Потом крикнул Литингу, чтобы отошел подальше, и шарахнул по машине из огнемета. Горючего в баках еще порядочно оставалось, мы с Литингом и полусотни шагов не отошли, как сзади рвануло. Но я, знаете, даже оглядываться не стал, до того мне горько и обидно было.
Я вас не утомил еще? Ну хорошо, тогда расскажу, что дальше приключилось. Только знаете что: давайте-ка поужинаем. Время уже. Сейчас я разогрею, дело минутное. У меня все налажено. Вот и готово. Я, знаете, готовить не люблю, покупаю уже приготовленную еду, чтобы только разогреть без хлопот. Быстро и, как ни странно, вкусно, ведь правда?
Ну вот, возвращаемся мы, это, через Крысиное болото к дому. Потные, грязные, усталые, все в ржавчине от заразы-то желтой. Я настолько вымотался, что уже ни пить, ни есть не хотел - только под душ и спать скорее. И уж тем более ни о чем не хотел разговаривать. Особенно не хотел разговаривать о лесе нашем проклятом. Выбрались живыми - и слава богу. Но, оказывается, Литингу нашего приключения было мало. Ему хотелось разговаривать. Причем разговаривать именно о лесе. И не просто о лесе - о Ведьминой опушке. Я даже остолбенел, как его услышал: ну а когда, говорит, полетим теперь на Ведьмину-то опушку? Так вот прямо и спрашивает, как будто после прогулки мы с ним возвратились, после отдыха какого.
Ну тут уж я не сдержался. Усталость усталостью, но тут и ангел стал бы чертыхаться. Как заору я на него: да ты, мол, соображаешь, о чем просишь? Да у меня, говорю, после этого полета неделю руки трястись будут! Да я не сумасшедший, не псих какой ненормальный, чтобы после такого в лес лететь! А про Ведьмину опушку ты мне вообще лучше сегодня ничего не говори, а то я за себя не ручаюсь. Ну и так далее в том же духе.
Он даже глаза на меня вылупил - не ожидал, наверное, что сил у меня на такой крик хватит. Слушал-слушал, потом, как выдохся я да приумолк, и говорит спокойно эдак, как будто мы с ним мирно беседовали до того, что, дескать, сразу лететь и не нужно, нет, дескать, спешки особенной, чтобы сразу лететь. Через неделю, мол, говорит, даже лучше, а еще лучше - через две недели. Потому как товарищ его, дескать, к тому времени заявиться должен, может, еще и товарища этого с собой тогда прихватим. И все это так спокойно говорит, будто вопрос с полетом нашим - дело решенное, будто только детали обговорить осталось. Слушал я его слушал, и так мне вдруг все стало безразлично, что махнул я рукой и говорю: ладно, мол, прилетай через неделю и повезу тебя хоть к черту в пекло. Согласился, в общем, а почему - самому непонятно. Я так полагаю, что этот Литинг попросту меня загипнотизировал как-то. Было в нем, знаете, что-то такое необычное, умел он убеждать. А я еще такой усталый был, что даже думать не хотелось ни о чем. Лишь бы скорее лечь, а там будь что будет - бывает, знаете, состояние такое.
Ну как мы до дома дотащились, как одежду свою зараженную жгли, чтобы в дом заразу желтую не заносить - это я еще помню. А дальше все из памяти выпало - не то я Литинга до постели доволок, не то, что больше на правду похоже, он меня. Помню только, что проснулся я только к полудню следующего дня, вспомнил сразу о Ведьминой опушке, и ну до того тоскливо мне стало, что хоть в петлю.
Литинг улетел уже. Записку оставил, что вернется дней через десять, чек, конечно, выписал - и за вертолет погибший, и в счет полета будущего. И все - ни координат своих не оставил, ни кода для связи. В общем, некуда мне уже отступать было. Да и не мог я этого сделать - раз уж сразу отказаться не сумел, то хоть в лепешку разбейся, а выполни. Дело чести.
Из всех, кого я знаю, на Ведьминой опушке этой бывал один только Герри. Рассказывали, правда, что и до него кое-кто туда добирался, да все они давно в лучший мир переселились. И поделом - нечего было такое поганое место открывать. Потому что все эти россказни про эликсир жизни - это сказочки для дураков, я вам скажу. Не может в нашем лесу быть никакого эликсира жизни. Не может. Эликсир смерти - этого сколько угодно. Кисель, которым лагерники кормятся - тоже в любых количествах. Ну и всякие гадости смертоубийственные. А чтобы из леса что хорошее добыть можно было... Знаете, наверное, эту историю с концерном "Фермент" эниарским. Ну да, про то, как пытались тут какие-то медикаменты производить - для прикрытия, конечно. Вот шуму-то было, когда их накрыли... С тех пор ни одна фирма сюда не суется. Берегут репутацию. Так что, как я уже говорил, одна от нас польза - что лагеря эниарские в лесу расположены. Лагерники там, правда, что-то такое выращивают, вроде, ну да это так, чтобы без дела не сидели. Для воспитания, так сказать. То еще воспитание в лагерях этих получается, я думаю...
Герри-то, кстати, он тоже к этому делу причастен. Неужели вы его ни разу не видели? Весьма примечательная личность. У него половина рожи черная от ожога - это когда "Эриаг" на Западную окраину свалился лет эдак восемь назад. Герри тогда один со всего транспорта спасся, а из пассажиров, так сказать, ни один не уцелел. Почему "так сказать"? Да потому, что "Эриаг" лагерников возил. Билет на "Эриаг", как у нас говорили, прокурор выписывает, а судья компостирует. Теперь лагерников на "Стивене" возят, для этого дела Эниара всегда выделяла самую дряхлую посудину. Не жалко, если рухнет.
Ну так вот, из всего экипажа тогда только Герри и сумели выходить. Экипаж-то застрахован, за лечение казна платит, так что постарались. И решил он после такой переделки в проводники податься. Отчаянным поначалу был парнем, куда только ни забирался... Вот и до Ведьминой опушки как-то долететь сумел, занесла его нелегкая. И через охранный столб будто бы прошел, и у самого источника будто бы вертолет посадить сумел, и чуть ли не руки свои грязные в эликсир обмакнуть сумел. Что там потом с ним приключилось, почему он морду свою не обмыл эликсиром - не знаю, но руки у него действительно примечательные: не то он фокусы показывать навострился, не то действительно пальцами читать может. И еще в нем всякие, так сказать, способности проявляться начали, он и сам не рад, наверное. Девчонка тут у него родилась года четыре назад. Без глаз - а видит. Как вам это понравится? Да еще много всякого рассказывают... Может, и неплохая штука этот эликсир жизни, недаром его ведьмы так стерегут, но Герри-то он радости никакой не принес. Не зря же теперь он больше по кабакам пьянствует, чем летает...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
