Предвижу возражение:
— Мы живём за железными дверьми, но Высоцкий-то тут причём?!
А вот этого, господа высоцковеды, не надо! Раньше всегда подчёркивалось, что Высоцкий (как и его товарищи) приближали «перестройку». Так что теперь всё переиначивать не стоит. Чтобы не быть совсем уж голословным, приведу для примера отрывок из диалога Всеволода Абдулова и Станислава Говорухина. Читаем в книге «Четыре вечера с Владимиром Высоцким»:
«Абдулов. Очень жаль, что он не дожил до сегодняшнего дня, потому что, конечно, он бы теперь очень порадовался.
Говорухин. Чему-то порадовался, чему-то нет…
Абдулов. И перестройке! Хоть слово уже немного затаскано. Эту перестройку подготовили такие, как Высоцкий, как Шукшин5 (3). В том, что происходит сейчас в стране, подготовительной Володиной работы, конечно, немало».6
Эта книга создана по мотивам телевизионной передачи Эльдара Рязанова «Четыре вечера с Владимиром Высоцким». Впервые по советскому телевиденью эта передача была показана в 1987 году. Я очень хорошо помню тот показ. В те времена имя Высоцкого и «ПЕРЕСТРОЙКА» были в одной связке. И все эти: Эльдары Рязановы, Всеволоды Абдуловы, Станиславы Говорухины и прочие друзья Высоцкого почитались за героев-перестройщиков и за спасителей Отечества. Так что теперь говорить, что Высоцкий тут совсем не причём, уважаемые мои высоцковеды, не надо! Тем, кто помнит конец восьмидесятых и начало девяностых, ничего доказывать не нужно. Они помнят, как под песни Высоцкого демонтировался СССР.
Конечно, и сегодня найдутся люди, считающие, что развал советской социалистической системы великое благо. Ведь СССР, как нам внушали (и внушают) был «Тюрьмой народов», «Империей зла» и сплошным «ГУЛАГом»! А в таком случае получается, что Высоцкий фигура в процессе ликвидации СССР весьма положительная.
Что ж, в СССР действительно было много проблем, советская система была далека от совершенства. Но если посмотреть на то, что получилось у «демократов», то день вчерашний в сравнении с днём сегодняшним видится бесспорным благом.
Чем отличается день вчерашний (советская социалистическая система) от дня нынешнего («демократическое правовое государство»)? Отличается всем — и даже квартирными дверьми!
Все мы теперь живём в квартирах за железными дверьми. Но и эти стальные двери не спасают нас: ни от воров, ни от безработицы, ни от чиновничьего беспредела. А при «проклятом» социализме мы имели вполне обычные двери. Возможно, Вы мне не поверите, но иногда, заперев дверь на замок, ключ клали тут же рядышком под коврик. Не всегда и не везде, но такое было. И не потому, что у советских людей совсем уж было нечего украсть. Просто ценности того общества кардинально отличались от нынешних — воровство было не в почёте. И даже знаменитый Александр Яковлевич Розенбаум в те советские времена пел в своей песне «Всё бывает»:
«И под старый коврик Ключ положим, чтобы снова Дверь открыть им».
И эти слова из песни Александра Яковлевича не метафора. Так было в реальной жизни.
***
Ну вот я и дома. Рассматриваю свою «добычу». Вот сборник стихов «Нерв» (1982), вот книга Павла Леонидова «Высоцкий и другие» (1992), вот «Но остались ни с чем егеря» (1992) сборник публицистических статей о Вадиме Туманове. Вот и другие книги, брошюры и сборники.
А теперь я подхожу к ключевому моменту данной главы. Знаете, чего я не заметил сразу?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
…Прошло уже достаточно много времени, когда я, вновь просматривая эти приобретённые по случаю книги, обратил своё внимание на то, КАК ВЕЛИКОЛЕПНО ОНИ СОХРАНЕНЫ, КАК БЕРЕЖНО УХОЖЕНЫ! С какой любовью они обёрнуты в полиэтиленовую плёнку. Ни один листочек в них не порван и не помят. Ни царапинки на них, ни помарочки. В одной из книг встречаю проездной трамвайный абонемент ещё советских времён. Боже мой! Ты-то брат как тут задержался? Использовали вместо закладки?
Если эти строки сейчас читает истинный и давний поклонник Высоцкого (собирающий или собиравший книги о Высоцком), то представляю, как защемило его сердце. Вот и у меня защемило. Невольно стал вырисовываться облик хозяина этих книг. Как же он ими дорожил! И как же мне неловко перед ним. Чувствую себя если не вором, то полным негодяем, скупившим всё за бесценок. Тем более, что и сам я недавно был точно таким же собирателем. У меня тоже было штук-двадцать книг о Владимире Высоцком, и я мнил себя большущим коллекционером, даже приблизительно не представляя, сколько всего издано книжной продукции о Поэте. А издано очень много!
И вот гляжу я на эти великолепно сохранённые книги и начинаю понимать: а ведь это КУЛЬТ7. Это самый настоящий КУЛЬТ ВЫСОЦКОГО!
***
Первым, кто применил в отношении Высоцкого слово «КУЛЬТ» был Станислав Куняев. Размышляя о вкусах и о массовой культуре, он писал:
«Я отложил письма и задумался… Так вот в чем дело: ты начал спор о вкусах, а замахнулся, сам того не подозревая, на святая святых. Высоцкий уже не интересовал меня — бесстрашное время расставит все по своим местам. Гораздо интереснее подумать о другом феномене — о читателе, почитателе, слушателе, поклоннике, потребителе… Что это — любовь, уважение, пиетет? Но разве бывает любовь столь беспощадна к чужому мнению? Разве естественно, что любовь к одному явлению культуры закрывает человеку глаза на все остальные имена? Почему эта любовь не просветляет, а ожесточает? А может, это вовсе не любовь, а просто некий агрессивный культ?»8 (4).
Думаю, что Станислав Юрьевич даже сам тогда не догадывался, как же он точно попал в цель! Ведь в середине восьмидесятых КУЛЬТ Высоцкого уже существовал. Уже и в то время было очень много людей, преклоняющихся пред Высоцким и собирающих о НЁМ всё, что можно было собрать: магнитофонные записи, пластинки, фотографии, газетные статьи и заметки. Были поклонники, которые делали самопальные рукописные сборники ЕГО стихов-песен. Многие сами посвящали ЕМУ стихи.
Не сомневаюсь, что подавляющая масса поклонников Владимира Семёновича не согласится со мной, скажут:
— Да какой культ? Мы просто любили и любим Высоцкого за его песни, за талант, за то, что он пел только правду! Причём тут культ? Подумаешь, кто-то книги о Владимире Семёновиче хорошо сохранил. Мало ли у нас людей, любящих и бережно хранящих книги.
Вот культ Сталина был. Нам про это Никита Хрущёв на двадцатом съезде партии рассказал. А к Высоцкому у нас искренняя любовь и трепетное, уважительное отношение. Вот и всё.
Я с такой точкой зрения поклонников не соглашусь, хотя прекрасно их понимаю. Я и сам до недавней поры многого не замечал. Культ Высоцкого очень хитро сконструирован, его сразу не заметишь, не разглядишь. Тут на прозрение не один год потребуется. Хотя, как знать…? Читая некоторые публикации в Интернете и комментарии о Высоцком, я обнаруживаю, что есть уже поклонники, прозревшие без посторонней помощи. То есть встречаются уже и те, кто (и помыслить-то страшно!) критикует Великого Барда. Причём критикует жёстко!
