Зал восторженно загудел. Ещё бы, ведь там, в упомянутом Вячеславом Тихоновичем месте, располагался знаменитый на всю область санаторий и чистейшая река Керга.
– Итак, – продолжил мужчина, – тех, чьи фамилии я назову, попрошу подняться ко мне на сцену…
Все замерли в ожидании первых имён. Лавра тоже затаила дыхание. Она заметила, что та парочка – Наташа и Сергей – пролезли в зал, как две дворовые собаки на кухню ресторана, и стали искать себе место.
– Роман Кривовцов! – назвал декан первое имя и кивнул пареньку в бежевом вельветовом пиджаке, который тотчас поднялся со своего кресла.
Выглядел он довольно заурядно: худощавый, бледный, волосы мышиного цвета, простое лицо. Таких мальчиков на факультете навалом. Но студенты весьма бодро принялись аплодировать ему, словно какой-то звезде эстрады.
– Марина Холодова! – продолжил декан.
С крайнего ряда показалась невысокая рыжеволосая девица. От счастья она начала обнимать своих подруг, однако её радость была какой-то фальшивой. Ни улыбки, ни восторженных возгласов. Марина поправила юбку, откинула на спину огненно-рыжие волосы и гордо зашагала к сцене.
Лавра знала, что тот парень – Роман Кривовцов – учился на втором курсе и победил в семинаре по Всеобщей Истории между основными вузами страны. Марина Холодова тоже участвовала в олимпиадах, но больше по части древних языков – по латыни и древнеславянскому.
– И я не могу не сказать про особую заслугу перед нашим факультетом, да и университетом в целом, которую получила самая лучшая наша студентка и многократная победительница региональных научных турниров и конференций…
Лавра с замиранием сердца приготовилась подняться со сломанного кресла и присоединиться к довольным ребятам.
– … Аида Гаагова! – с пафосом закончил Вячеслав Тихонович и принялся аплодировать вместе со всеми.
Девушка с восточной внешностью медленно поднялась со своего места в первом ряду и закивала поздравляющим её сокурсникам.
Лавра почувствовала, как кресло под ней проваливается. Она придержала рукой треснутую спинку и еле сохранила равновесие. Вокруг раздавались аплодисменты и выкрики. Она видела, как Роман, Марина и Аида выстроились на краю сцены, наслаждаясь торжественным моментом. Лавра же густо покраснела, чувствуя, как жар расходится по всему телу. Всё-таки гадко осознавать, что тебя никак не отметили и вообще лишили законной награды.
– Гербер, – обернулась к ней с ближайшего ряда девушка с забавными косичками, торчащими в стороны, – почему тебя не вызывают?
Лавра ничего не ответила, сняв очки, у которых запотели линзы. Она уже заметила, как веселится та сладкая парочка Наталья-Сергей, бросавшая в её сторону косые взгляды. Но тут кресло вновь поехало назад, и на этот раз Гербер не удалось вовремя среагировать. Она выронила сумочку и следом сама звучно упала на пол. Те, кто заметили её конфуз, стали смеяться и показывать пальцем.
– Тише, тише, – успокаивал декан встревоженную толпу. – Это ещё не всё. Я хотел сказать также об одном распоряжении, которое вчера приняла администрация факультета. У многих студентов полно долгов: и академических, и по оплате. Мы неоднократно предупреждали вас о последствиях, и, к великому сожалению, многие будут отчислены сразу же по окончанию летней сессии. Видит Бог, как я пытался заступиться за вас, но, увы, всё не так просто. По крайней мере у вас ещё есть время, пусть даже небольшое, чтобы привести свои дела в порядок. Иначе…
В этот момент в зал вошли мужчины в тёмных костюмах. Они обвели студентов недоверчивым взглядом и лишь после этого позволили пройти какой-то очкастой светловолосой девушке со строгим выражением лица. Вслед за ней перед присутствующими появился и сам ректор университета – Михаил Леонидович Рашвер. Он выглядел очень серьёзно: большие очки в золотой оправе, элегантная белая бородка, голубой костюм, синий галстук. Совсем как крупный мафиози из итальянских фильмов.
Светловолосая девица в чёрном костюме, что пришла вместе с ректором, наклонилась к нему и что-то прошептала. Лавре она показалась незнакомой. Может, это его новая секретарша? Но Рашвер никогда раньше не брал секретаря с собой на встречу со студентами. Он отмахнулся от девушки и направился к сцене. Все в зале резко поднялись со своих мест, приветствуя руководителя университета. Михаил Леонидович без спешки поднялся к премированным ребятам, но как-то без радости посмотрел на них и жестом потребовал от декана освободить трибуну. Пришло время заслушать его речь.
– Думаю, не будет лишним поздравить ещё раз всех тех, кто отличился своими глубокими познаниями в исторических науках, – начал он. – Я помню, как лет десять-двенадцать назад наш вуз уже принимал участие в подобных акциях, и многие светлые умы уезжали отдыхать на летние и зимние каникулы в санаторий или отправлялись на экскурсии. Это даёт не только возможность расслабиться и отвлечься от повседневных забот, но и получить какие-то новые знания. Биологи, к примеру, ездили в заповедные районы страны, в национальные парки и заказники. Юристов мы традиционно по обмену отправляли за границу изучать работу судов. Геологов и химиков – в крупные промышленные организации и исследовательские центры. Ну а что может быть лучше для студентов исторического факультета, чем посещение памятных мест нашей большой области? Я считаю, что ничего. Тем более, как вам объяснил Вячеслав Тихонович, – он кивнул в сторону декана, – этих ребят ожидает пятнадцатидневное пребывание в Речных Воротах. Что ещё я могу сказать?..
Ректор задумался, достав из кармана своего пиджака какие-то бумаги. Вдруг сзади к нему приблизился человек в жёлтом драповом костюме. Откуда он взялся и как долго там находился, Лавра не знала. Она всё ещё сидела на полу в окружении обломков кресла. Ребята утратили к ней интерес, всецело увлёкшись речью Рашвера. Поначалу Гербер испугалась, что этот странный незнакомец в жёлтом какой-нибудь сумасшедший и хочет напасть на Михаила Леонидовича. Но он лишь что-то прошептал ему на ухо и почему-то уставился прямиком на неё. Отличница почувствовала себя нехорошо от такого взгляда и быстро поднялась. Ещё не хватало, чтобы ректор увидел, как она сломала кресло.
– Не понимаю, как такое могло получиться, – недоумённо продолжил Михаил Леонидович после заминки. – Вероятно, это ошибка вашего деканата. Почему я не вижу в списках наград ещё пару ребят?!
Вячеслав Тихонович нахмурил брови и приблизился к трибуне. Он обменялся с ректором парой фраз и с подозрением посмотрел в дальний угол зала.
– Да, – смущённо произнёс декан, вновь изучая короткий список, – действительно, странно. И как мы могли забыть этих людей…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
