Теперь за уничтоженной дверью Костиган увидел человека в скафандре главного инженера - этот защитный костюм выдерживал огонь обычного оружия и мог некоторое время противостоять даже лучам "стэндиша". К тому же лазутчик тоже был неплохо вооружен - сжигающее пламя выплеснулось из дула его эмиттера, и вспыхнуло, засверкав разноцветным фейерверком, не в силах преодолеть защитный силовой экран "стэндиша".
Адская машина Костигана обладала не только разрушительной мощью лучевого оружия. Когда сверкнул огонь эмиттера пирата, офицер дотронулся до спускового крючка, и в узком пространстве отсека загрохотали, разрывая барабанные перепонки, два выстрела. Тело лазутчика превратилось в туман, когда импульсный снаряд взорвался, пробив его скафандр. Костиган выключил луч "стэндиша", огляделся, шагнул в отсек и вырвал из воздухопровода отравленный шланг. Лишь убедившись, что климатизатору - легким крейсера - не нанесено никаких серьезных повреждений, он позволил себе немного расслабиться.
Разобрав "стэндиш", он дотащил его до салона и снова упрятал в сейф, установив секретный шифр на комбинационном замке. После этого он направился к шлюпке, и Клио с облегчением вскрикнула, увидев его живым и невредимым.
- О, Конвэй, я так боялась, что с вами что-нибудь случится! - воскликнула она, пока он торопливо вел девушку на мостик. - Конечно, вы его. ..
- Ну, разумеется, - последовал лаконичный ответ. - Ничего страшного. Как вы себя чувствуете? Начали приходить в норму?
- Мне кажется, я в порядке, - ответила девушка. - За исключением, пожалуй, того, что перепугалась до смерти. Я не представляю, чем могу помочь вам, но я сделаю для вас все, что в моих силах.
- Отлично. Вы можете оказать очень большую помощь, мисс Марсден. Ведь большая часть экипажа выведена из строя - за исключением тех, кто, как и я, был предупрежден и сумел задержать дыхание и добраться до скафандров.
- Но кто же предупредил вас? Я знаю, что этот ужасный газ не имеет ни цвета, ни запаха.
- Вы. Вы сделали вдох за секунду до меня, и я увидел ваши глаза. Однажды я уже хлебнул этого газа... а когда вы хотя бы раз видели пораженного им человека, то не забудете этого зрелища до конца своих дней, - Костиган мрачно усмехнулся. - Инженеры в нижних отсеках первыми получили дозу, затем он проник в салон и на прогулочную палубу, где ваш обморок предупредил меня. К счастью, у меня хватило дыхания, чтобы передать сигнал тревоги. Однако не думаю, что многие, даже услышав его, успели надеть защитные костюмы... Всех, кто уцелел, мы встретим сейчас на мостике.
- Ах, теперь я понимаю, почему вы воскресили меня... в благодарность за столь любезное предупреждение, - кокетливо рассмеявшись, сказала Клио. Смех ее был еще хрипловатым, но звучал задорно.
- Вы угадали, - в тон ей ответил Конвэй. - Ну, вот мы и на месте. Боюсь, мы скоро узнаем, какой нас ожидает следующий сюрприз..
В централи управления собрались, по меньшей мере, двенадцать вооруженных и одетых в скафандры мужчин; они спокойно, хотя и с заметным внутренним напряжением, следили за показаниями приборов. Им крупно повезло, что Костиган - опытный астронавт, несмотря на свою молодость, - оказался в момент газовой атаки на прогулочной палубе; повезло, что он был знаком с воздействием этого запрещенного, неощутимого по цвету и запаху газа; повезло, что у него хватило присутствия духа и запаса воздуха передать сигнал тревоги. Капитан Брэдли, вахтенный офицер и несколько других членов команды "Гипериона", находившихся в своих отсеках или в офицерской кают-компании, все - закаленные ветераны космоса, с честью выдержавшие не одно опасное приключение, мгновенно и без раздумий подчинились переданному динамиками сигналу. Задержав дыхание при словах "Ви-два", они успели натянуть защитные скафандры и продуть их сжатым воздухом.
Костиган усадил девушку на свободное кресло, сменил аварийный скафандр, который все еще был на нем надет, на настоящий защитный костюм, и подошел к капитану Брэдли.
- Что-нибудь заметно, сэр? - спросил он, козырнув. - Они должны начать действовать одновременно с этой акцией.
- Они-то начали, но мы не можем их обнаружить. Как только мы попытались передать общий сигнал тревоги по сектору, они стали глушить нашу волну.
Взгляните!
Проследив за взглядом капитана, Костиган повернулся к дисплею, за которым склонилась облаченная в скафандр фигура оператора. С экрана, вместо трехмерной объемной картины, бил пылающий ослепительной белизной сноп света; из динамиков, вместо обрывков радиопереговоров, доносился визг и скрежет помех.
- Невероятно! - возмущенно пробормотал Брэдли. - Сквозь барьерную защиту, если судить по показаниям приборов, не проникло ни крошки металла... Но чтобы наводить такие помехи, они должны находиться где-то у нас под боком! Невероятно! Как вы полагаете, Костиган?
Брэдли, командир "Гипериона", закаленный космический вояка, был крутым человеком, консервативным сторонником старой школы и обычно возражений не терпел. Сейчас он казался разгневанным, сбитым с толку, разозленным на себя самого и на всех остальных; практически, впервые в жизни он встретился с невидимым врагом, которого не могли обнаружить радары его крейсера. Столкнувшись с этим необъяснимым фактом, капитан, похоже, готов был выслушать мнение своего молодого подчиненного - весьма нехарактерная для него терпимость.
- Невозможно? - повторил Костиган. - Но вывод же очевиден, сэр! Пираты имеют на вооружении нечто нам неизвестное! - он резко повернулся к Брэдли, разглядывая сквозь прозрачный щиток шлема его покрасневшее лицо. - И что тут удивительного? Военные суда получают новое вооружение после испытаний и многомесячной обкатки, пираты же и гангстеры проявляют небывалый интерес ко всякого рода новым штучкам. Хорошо еще, что мы успели подать хотя бы несколько тревожных позывных... станции наблюдения их, пожалуй, зафиксируют... Но и пираты тоже! Не думаю, что они заставят нас долго ждать, - закончил он довольно мрачным тоном.
И Конвэй не ошибся. Никто не успел ответить ему - внешний барьерный экран вспыхнул ослепительным белым светом под излучением ужасающей мощи, и в тот же момент на одном из следящих мониторов возникло изображение пиратского судна огромной черной стальной торпеды, от которой расходились в стороны смертоносные лучи.
Мгновенно заговорили орудия "Гипериона", и под ударом включенных на полную мощность эмиттеров раскалились добела и вспыхнули защитные экраны незнакомца. Тяжелые орудия послали серию импульсных снарядов; отдача залпа была столь сильна, что гигантский корпус крейсера вздрогнул и завибрировал. Но капитан пиратского судна, видимо, имел полное представление о вооружении "Гипериона" и знал, что его защита окажется бессильной перед огневой мощью пиратских батарей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
