я тебе за это иногда помогаю… Как я вижу, у тебя пока нет помощников. Теперь у тебя будет иногда бесплатный помощник – ведь парочка-другая сюжетов из твоих дел – совсем незначительная плата за мои возможные услуги.
– Но ты забываешь, что частный детектив обязан хранить тайны своих клиентов!
– А кто от тебя требует сообщать имена, возраст, даты и тому подобное? Только суть, Максик, только суть… И ничья тайна не будет разглашена.
Он немного посидел, раздумывая и в очередной раз поражаясь ее беззаботности, и вдруг сказал:
– Пожалуй, я приму твое предложение и «подпишусь» под нашим договором, но есть одно «но»…
– Какое же?
– В настоящий момент мне нечем тебя порадовать… У меня еще не было ни одного дела. Уже месяц я исправно прихожу в этот офис, пью до одури кофе и часами осоловело смотрю вот на этот телефон, ожидая от него хоть какого-то подобия звука. Все напрасно. Твой сегодняшний звонок был первым за месяц, но ты, по сути дела, пришла за тем же, чего так жду я, – за клиентами… Их нет, Мартина.
– Как же ты живешь, Максик? На какие шиши?
– Пока что проедаю личные сбережения, но конец этому уже не за горами, – горько произнес он и печально посмотрел на нее. – Я жертва конкуренции.
– Что ты имеешь в виду?
– Что тут непонятного, Мартина? Контора Мюллера развалилась потому, что не выдержала конкуренции, а мы с тобой оказались на улице. Мы жертвы конкуренции. В итоге ты пытаешься писать детективные истории, а я пытаюсь применить себя в совершенно новой сфере деятельности и снова становлюсь жертвой все той же конкуренции. Клиенты обращаются в агентства, уже завоевавшие себе имя, а я еще никто…
– Но ты же всегда хотел этого. Я помню, как ты рассказывал мне, что после окончания школы, чтобы угодить семье, пошел на экономический факультет, хотя мечтал о полицейской академии.
– Да, тогда я проявил малодушие. И этому сегодня можно противопоставить единственное оправдание – я стал неплохим экономистом. Жизнь дала мне еще один шанс, и вот, похоже, он ускользает.
– Ты не прав, Макс. Поскольку ты все же стал экономистом, то должен мыслить в категориях спроса и предложения. С твоей стороны есть предложение, и, по-моему, неплохое. На услуги такого рода в человеческом обществе всегда есть спрос. Осталось потерпеть, может быть, совсем немного… Ты раскрутишься, обязательно раскрутишься… Как знать, может быть, мое сегодняшнее появление в твоем офисе принесет тебе удачу и ознаменует начало твоей новой карьеры.
Она улыбнулась и со знакомым хитроватым прищуром взглянула на него. Макс приготовил еще кофе. Глотая его вперемешку с табачным дымом, бывшие коллеги начали вспоминать то приятное, что пережили когда-то вместе, иногда хохотали над курьезными случаями, которые порой происходили с ними и другими коллегами по фирме господина Мюллера.
Незаметно пролетели несколько часов. В комнате висела дымовая завеса. Мартина засобиралась. Она встала с диванчика и сказала:
– Мне пора, Максик. Но наш уговор остается в силе. Как только что-то наклюнется, дай мне знать.
Макс поднялся с дивана, решив проводить ее. Они уже сделали несколько шагов в направлении двери, когда проклятый телефон на столе разразился продолжительной и настойчивой звонкой трелью.
Едва не споткнувшись, Макс бросился к трубке, мимолетно взглянув на Мартину, но и этого оказалось достаточно, чтобы прочесть ее красноречивый взгляд, который выражал только одно: «Ну, что я тебе говорила!»
Он схватил трубку и не сказал, а выдохнул в нее:
– Сыскное агентство Макса Вундерлиха.
Трубка немного помолчала, а затем приятным женским голосом сказала:
– Господин Вундерлих, моя фамилия Маттерн… Кристина Маттерн…
– Слушаю вас, фрау Маттерн.
– Я хотела бы поговорить с вами по конфиденциальному вопросу. Когда бы это было удобно для вас?
Максу хотелось заорать: «Немедленно приезжайте!» Но он собрал в кулак всю свою волю, выразительно взглянул на Мартину и самым бесстрастным голосом ответил:
– Фрау Маттерн, мой рабочий день еще не закончился, хотя и близится к концу… Если ваше дело не терпит отлагательства, то я с удовольствием выслушаю вас еще сегодня.
Он замолчал, взглянул на Мартину, поймал ее одобряющий взгляд и продолжал вслушиваться во внезапно замолчавшую трубку, как будто на том конце провода невидимый собеседник спрашивал чьего-то совета. Наконец тот же женский голос снова достаточно быстро заговорил:
– Господин Вундерлих, я, пожалуй, воспользуюсь вашим любезным предложением и приеду прямо сейчас. Дело не столь безотлагательно, но мне хотелось бы уже сегодня знать, возьметесь ли вы за него…
– Вот и замечательно, – сказал Макс и добавил, – вы сами найдете дорогу?
– Это недалеко от Фондовой биржи?
– Буквально в двух шагах, уважаемая фрау Маттерн.
– Я буду у вас примерно через полчаса.
– Жду, – ответил Макс и положил трубку.
Мартина с интересом взглянула на него. Весь вид ее говорил о том, что она никуда уже не торопится. В глазах застыло неподдельное любопытство. Она нетерпеливо ожидала его реакции. Макс быстро начал ходить по комнате, приводя в порядок лихорадочно побежавшие мысли. Наконец он подавил внезапно возникшее волнение, сконцентрировался, присел на диванчик и жестом пригласил Мартину сесть рядом.
– Через полчаса здесь будет клиент… точнее, клиентка… некая фрау Маттерн. Ты предлагала свои услуги. Сейчас эта возможность тебе представится. И вознаграждение за это ты получишь… так сказать, непосредственно от источника… По крайней мере первоначальные сведения…
Мартина даже зажмурилась от внезапно свалившейся удачи. Затем, раскрыв глаза, быстро затараторила:
– Максик, а что я должна буду делать? Совершенно не представляю, как себя вести. А если что-то…
– Для начала успокойся, – сказал Макс, – сыграешь роль моего помощника. Сядешь за второй стол, который для него, собственно, и предназначен. Говорить тебе ничего не надо. Только слушать, иногда будешь делать пометки на листе бумаги…
– Какие пометки, Максик?
– Да никакие… Будешь для вида держать в руке карандаш и сосредоточенно смотреть на лист бумаги… Я сам представлю тебя, тебе останется лишь слегка кивнуть… Главное – слушать и запоминать… Да, совсем забыл. Когда она позвонит в дверь, откроешь ей и проведешь в комнату – не делать же это самому шефу агентства при живом помощнике.
Мартина понятливо закивала. Еще оставалось время, чтобы выкурить по сигарете, что они и сделали, предварительно распахнув окно. Все это время они почти не разговаривали – оба были заняты собственными мыслями.
Вскоре кнопка звонка в бронзовом обрамлении известила о прибытии фрау Маттерн. Мартина вскочила с диванчика, выразительно посмотрела на Макса и отправилась встречать клиентку.
2
На клиентском диванчике сидела молодая особа лет двадцати пяти довольно приятной наружности. Ее белокожее лицо в обрамлении иссиня-черных волос выразительно контрастировало с зелеными глазами в окружении черных длинных ресниц. Черные же брови были аккуратно выщипаны и напоминали две серповидные ниточки. На губах была красная помада, что делало ее миловидное лицо еще более ярким. Небольшие серьги в мочках маленьких ушей и довольно
