глаза! — выдала Райви, оставшись на месте. — Дэрриэр у причала видел?
— Везение! — бросил иллириец.
— И чё? — ничуть не смутилась Райви. — Это, типа, ты так выводы сделал?
— Мне не нужно ковыряться в …, чтобы понять, что передо мной, — презрительно произнес мужик.
Ну и да, в паузу, типа, вставьте то ругательство, которое вам больше нравится.
— Следи за базаром, умник! — фыркнула Райви. — Это не ты дэрриэр добыл, а мы! Если такой умный, так почему не ты его нашел? Тем более, это же ваш корабль был!
Ого, какую грозную рожу он состроил. Прям жуть берет!
— Не тебе, человек, рассуждать о наших обычаях, — процедил иллириец.
— Какие обычаи, умник?! — фыркнула Райви. — Зачем они мне? Мы про корабль говорили, так? Если он вам так нужен, бабки на стол и забирайте! Цену вы слышали. А если у вас денег нет, ну так о чем мы тут трем?
— Не забывайся, женщина! — сверкнул глазами мужик. — Мы сейчас с вами разговариваем только потому, что не хотим лишних жертв! Но если вы и дальше будете упираться, мы решим вопрос силой!
А все-таки слишком умная речь его выдает. Точнее, выбивает из образа недалекого, но сильного чело… эм, иллирийца. Интересно, а он прямо так и сказал, «женщина»? Ну, то есть в их языке это тоже имеет оскорбительную окраску?
— Да неужели?! — оскалилась Райви. — Прямо-таки силой?! Ну, так чего же мы ждем? Мне уже надоело тут разговаривать! Заканчиваем и вперед! Нам, кстати, крейсер тоже пригодится, мужчина!
А вот и четвертый. «Дикий воен» яростно сверкал глазами, стискивая рукоять меча, якобы давя желание выхватить клинок и устроить веселую зарубу. И вот этот номер четыре положил ладонь на руку «Дикаря». Вышел классно, прям в стиле сектантского проповедника. Костюм бы ему белый и библию в руку, вообще было бы полное попадание в образ. Хотя, может он в образ этих, как их, аддаев, вполне вошел.
— Призывая войну, нужно понимать, готов ли ты к ней, — проникновенно произнес иллириец, обращаясь к Райви и не на своем языке, а на альтеро, причем очень чисто. — Да, при должной удаче вы можете одержать победу. Но одно сражение — это не победа в войне.
«Ну, нет, дорогой. Ты со мной будешь беседовать, хитрец. Мы тоже могём в уши лить».
И Денис, ровно таким же приемом, как и оппонент, поступил с Райви. То есть положил ей руку на плечо, якобы удерживая от резких действий. И да, Райви на самом деле, тоже никакой яростью праведной не пылала. Также играла роль. Такие мы тут все, хитровывернутые.
— Победа в войне одерживается еще до ее начала, — заговорил Денис, следуя духу Сунь-Цзы и, при этом, выходя вперед в образе этакого боевого монаха, то есть скромность и демонстрация возможности выдать люлей. — Когда не остается других аргументов, кроме силы, нужно подумать, а не воплощаете ли вы при этом план противника?
«Лихо завернулось. Правда, несколько спорно. О! А товарищ-то прям оживился! Похоже, черт возьми, какой-то любитель попиз… поговорить об отвлеченном».
А иллириец чуть сощурился… И слегка склонил голову, как бы здороваясь. Или, скорее, приветствуя коллегу.
«М-да. Похоже, умничать не надо было».
А этот мужик как-то слегка по-другому выглядит, чем остальные. Волосы уложены в хвост, прям волосок к волоску. И одет… Изящнее, что ли. Руку на рукоять меча не кладет и вообще ножны у него дальше сдвинуты, чтобы, видимо, не мешали. Да и в целом товарищ не похож на полевого бойца. Глаза шибко умные и взгляд хитрый.
— Для того, чтобы не стать жертвой чужого плана, — произнес иллириец, все также на альтеро. — Нужно следовать собственному. Поэтому важно изначально иметь этот план. И не надеяться на то, что противник совершит ошибку.
— Любой план существует до момента начала его реализации, — выдал Денис очередную мудрость китайского (вроде бы) разлива. — План — это скорее цель, чем прямое руководство к действию. Общая стратегия, которая по мере реализации нуждается в корректировке.
«Уже зубы сводит от этого канцелярита пополам с философией».
Иллириец на очередной заход Дениса позволил себе слабую улыбку. Ну, этот товарищ явно не мальчик. А если он профессионально занимается этой всей заумью, то соревноваться с ним в плетении слов заранее бессмысленное занятие.
— Возвращаясь к нашей проблеме, — заговорил мужчина. — Есть две цели, которые взаимоисключают друг друга. Нам нужно найти устраивающее всех решение. Вы согласны?
И кивнул на последнем предложении. Старая добрая игра в соглашайку. Потоньше работать надо! Хотя… Зачем тоньше, если и так работает? Это же проба, не получиться, значит надо по другому. Но в эту игру можно и вдвоем баловаться!
— Решение найти надо, — ответил Денис. — И для начала неплохо бы узнать, какая же цель у вас? Чтобы обсуждать проблему, нужно ее изучить. Да?
Иллириец слегка сощурился, когда Денис кивнул на последнем слове. Кстати, интересно. У них кивок тоже означает согласие или иллириец просто изучил это, а теперь использует?
— Суть нашего предложения в том, чтобы корабль, который стал последним пристанищем для воинов нашего народа, стал памятником их духу, — выдал иллириец. — Обсуждение этого для нас уже является… неправильным действием.
Денис взял длинную паузу, обдумывая ответ. Блондин зашел с козырей. Сейчас любое рассуждение о цене он сведет к кощунству. То есть да, они хотят вообще даром кораблик прибрать. Ловко.
Так, а когда Бутч про меч заговорил, они прям напряглись. Хм. Надо в эту сторону развивать…
— Я правильно понимаю, — заговорил Денис. — Вы предлагаете нам, тем, кто силой своего оружия, невзирая на смертельный риск, достиг своей цели, теперь просто смириться с тем, что пришел кто-то со стороны и забрал нашу победу? Мы не иллири. Мы живем в другой системе. И ваши действия сейчас сильно похожи на то, что прикрываясь традициями, вы просто хитростью хотите украсть у нас наши достижения.
— Уважение к павшим, человек, это не хитрость, — тут же с пафосом произнес иллириец. — Насколько я знаю, в вашей… системе такое тоже есть. И вы прекрасно понимаете наши мотивы. Понимаете, но ради личной выгоды готовы их отбросить. Или даже заработать на этом.
«Да, этого так просто с курса не собьешь».
— Вы так и не ответили, — холодно произнес Денис. — Вы отрицаете то, что именно мы нашли ВАШ корабль и сам этот разговор состоялся только потому, что мы рисковали?
— В знак уважения к этому, мы и разговариваем сейчас, — ответил иллириец с легким превосходством в голосе. — В ином случае действия были бы более… радикальные.
«Ну да, нам плевать на вас. Мы сильнее и раз
