Я уже хотела отпустить колкость, но когда я увидела, кто тут хозяин, то чуть было не вскрикнула. Вовремя удержалась. Это оказался мой старинный приятель Алекс. Когда-то давно, еще в прошлой жизни, мы очень активно общались с ним. Сначала по Интернету, потом встречались в реале, но последнее время он забросил все свои аккаунты и куда-то запропастился. А я, вечно занятая собственными делами, почти забыла о нем. За то время, пока мы не виделись, Алекс заметно постарел. На лбу обозначились морщинки, в волосах, особенно на висках, просматривались многочисленные серебряные нити, а глаза прятались за большими темноватыми очками.
— Это ты? — глупо спросила я.
— Это я, — усмехнулся Алекс. — Ты свободна, этого клиента я обслужу сам, — сказал он продавщице. Та с недовольным видом ушла в дальний угол магазина, и демонстративно стала смотреть в сторону. — А ты думала кто? И тебе привет. Как жизнь?
— Нормально жизнь. Вот для своего друга подарок ищу… а как ты… ну, я хочу спросить… как это все вообще?.. — что-то плела я, озираясь по сторонам, совсем забыв даже поздороваться.
— Хочешь узнать, как я заделался торговцем всяких разных экзотических штук? — хитро осведомился Алекс. — Как дошел до жизни такой?
— Ну, в общем да.
— А ты все такая же красивая и молодая, — грубо льстил он. — Время тебя не берет.
— С твоей стороны бестактно и невежливо напоминать о моем возрасте, — смутилась я, хотя не так давно сконфузить меня чем-либо было просто невозможно. — Да ладно тебе! Классно же выглядишь!
— Это всего-навсего быстрый мейк-ап. Но все равно спасибо. Так расскажешь?
— Тебе могу. Ведь не отстанешь, пока не расскажу, — устало сказал он, задумчиво посмотрев куда-то вверх, будто разглядывал невидимую фресковую живопись у меня над головой. — У тебя время имеется? Сразу предупреждаю — я сам никуда не тороплюсь, а повествование получится долгим.
— Время есть, я все равно хотела пройтись по магазинам.
— Обычно в таких случаях женщины говорят, что времени у них нет, — усмехнулся он.
— Так то — обычные женщины! — засмеялась я. Первоначальное оцепенение уже прошло, и я снова была собой. — Я не из их числа.
— Согласен. Может, посидим в кафе? Просто посидим и поговорим, без всякого подтекста и неприличных намеков. Поедим заодно. Тут рядом недавно обозначилась вполне недурственная и уютная кафешка. Я там постоянно бываю. Позитивная обстановка, и кормят очень даже ничего, а главное — никогда не выгоняют засидевшихся посетителей. Если те не буянят, конечно.
— Сейчас много хороших мест, — туманно ответила я, печально думая о чем-то своем. Мне вдруг стало тоскливо и одиноко. Одиночество — это когда невообразимо сиротливо с человеком, который рядом. Может плюнуть на все и уйти?
— Да не особо много, — грустно возразил Алекс, видимо почувствовал мое новое настроение — Меньше, чем хотелось бы. Это кафе скорее исключение. Знаешь, хоть я родился и всегда жил в Москве, но как же я не люблю ее! Для меня этот город чужой, как река Брахмапутра. Не моя атмосфера. Когда я еду по улицам, то все время кажется, что я здесь в гостях, а вот разнообразным плохо говорящим по-русски гоблинам и троллям, как раз наоборот — представляется, что они тут все у себя дома. Архитектура мне нравится только в самом центре, но и там уже мало чего осталось, и все становится по-уродски с этими стеклянными новоделами. Транспорт и пробки… тут даже говорить ничего не надо, и так ясно. Последнее время вообще все раздражает, хоть из дома не вылезай. Надеюсь все ж таки перебраться в Петербург: там я лучше себя чувствую.
Почему-то мне не понравились слова бывшего друга, и я опять почувствовала себя скучно.
— А что в Питере-то хорошего? — сердито спросила я. — Болото оно и есть болото. Это я тебе как коренная петербурженка говорю. Бывшая, хвала Аллаху.
— Ну, может, климата хорошего и нет, но мне там психологически почему-то комфортнее. Город для меня более близкий по духу, если так можно выразиться, чем Москва…
— А вот Москва часто ставит меня в тупик, — задумчиво поведала я. — Например, с недавних пор иногда приходится мне ездить до станции Римская. На метро. Я вот думала все думала, что за скульптурная композиция стоит на этой станции? Грязные дети, ползающие по обломкам римских колонн. Эти дети там просто отвратительны. Они такие неприятные, плохо сделанные, даже страшные. А оказывается, эти младенцы — Ромул и Рем, основатели Рима.
— А, да. Знаю, — почему-то засмеялся Алекс, хоть я и не сказала ничего смешного. — Причем основали Рим сразу на развалинах самого Рима. Раньше у одного из этих керамических детей в расщелине, в заднице, торчала монетка. Интересно, она до сих пор там?
Я ничего не ответила, а молча стала рассматривать очередной экспонат его магазинчика. Это была отвратительная на вид ваза изготовленная, судя по всему, из ноги какого-то монстра.
— У тебя почему-то плохое настроение? — снова спросил Алекс. — Что-то не так?
— Все не так, поэтому у меня с самого утра случился крайне сильный приступ мизантропии. Я и сейчас мизантроплю. Ладно, не бери в голову. Пошли, покажешь мне ту позитивную обстановку.
Кинув бутик на свою элегантную продавщицу, Алекс отвел меня в обещанную им «уютную кафешку». Нам пришлось пройти пешком — на проезжей части той улицы проводились какие-то землекопные работы, и машина бы не прошла.
Кафе называлось — «Златоглазка» и действительно оказалось очень даже приятным, несмотря на развешанные по стенам картины сомнительного содержания. Вероятно, создатели дизайна кафе и авторы названия смутно представляли себе, что златоглазки — это вовсе не голенькие девочки-феи с пышными формами в развратных позах, а такие зелененькие насекомые с прозрачными крылышками. Зал был совсем небольшим, столиков двадцать от силы, но очень уютным и симпатичным. Одну из стен полностью занимал гигантский аквариум со множеством рыб. Большие, маленькие, золотые, черные с перламутровым отливом. Алекс заулыбался, разглядывая их. Нас поприветствовала девушка-официантка и проводила за один из столиков в углу, чем крайне меня порадовала. Мне показалось весьма удачным, что на нашей стене не было никаких картин и вообще ничего не было. Алекс попросил меню и для меня стакан сока. Я погрузилась в черное кожаное кресло и, пока Алекс усаживался напротив, разглядывала его. Читая меню, он все время без повода улыбался, и временами поглядывал в мою сторону. Я отметила про себя, что ему очень идет такая легкая небритость, костюм без галстука, судя по всему достаточно дорогой. Чувствовала я себя немного глупо, потому, что рядом с ним было так легко, хотелось улыбаться, говорить, слушать и желательно подольше. Немного времени прошло в тишине, пока проходила эта маленькая формальность с меню, но когда принесли заказ, я сделала глоток. Играющий недалеко от входа рояль добавлял в атмосферу немного иррациональности и декаданса. За стойкой сидела парочка молоденьких некрасивых девушек в коротеньких голопопых джинсиках, и двое рыхлых мужиков с авто-пивными животами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
