развалился в кресле. — Как тебе вторая первая брачная ночь?
— Немного некорректный вопрос, не считаете? — хмыкнул я.
— У меня двойственное чувство. С одной стороны, мой зять изменяет моей дочери. — тяжело вздохнув сказал Петр. — Сам понимаешь — мало приятного. С другой стороны — он изменяет ей теперь уже с законной супругой, которая таковой стала по моей вине. И это куда более неприятно.
— Ну, в таком случае я вас обрадую. Девушки нашли общий язык задолго до того, как выяснилось, что Ангелина дочь Дмитрия Меньшикова. — ответил я. — Так что может и неприятно, но вполне терпимо. По крайней мере сейчас они называют друг друга сестрами и не ссорятся.
— Маша всегда была умной девочкой. Не можешь что-то изменить, обойди, отступи или приспособься. — хмыкнул Петр.
— Умная, волевая, с сильным характером и чувством плеча. Своих не бросает. — перечислил я положительные стороны Марии. — Ну и конечно красивая, очень.
— А еще взбалмошная, капризная, своенравная, использующая всех окружающих себе на пользу…— усмехнувшись продолжил список регент. — Можешь не стараться, я свою доченьку знаю прекрасно. И то, что вы уживаетесь — просто чудо.
— У нас обоих не было особого выбора, но сейчас я ее даже люблю. — пожав плечами ответил я. — А положительные стороны в ней перевешивают, по крайней мере для своих. Ну а чужие и меня не особенно волнуют.
— Вот уж не правда. — рассмеявшись ответил регент. — Или не ты с раненными возился почти сутки? Не ты вытаскиваешь своих «царских слуг» с самого дна? Куда рациональнее бросить всех и использовать тех, кто уже на вершине. Благо у тебя такая возможность есть.
— Согласен, но не во всем. Эта ваша вершина, не знаю сколько погибло ренегатов во время военных игр, но что-то мне подсказывает что далеко не все. — покачав головой ответил я, и заметил, как Петр нахмурился. — Попал в точку?
— И об этом тоже расскажу. Чаю? — предложил регент, явно зная, что я откажусь. Благо ждать Екатерину не пришлось долго. Она пришла с фрейлиной, но заметив, что мы сидим только вдвоем, отослала помощницу.
— Раз все собрались не вижу смысла затягивать. — произнес Петр, расстелив на столе бумажную карту Российской империи. — Неделю назад, сразу после получения разведданных Леонида я послал разведчиков их перепроверить. К моему огромному сожалению очень многое подтвердилось В частности — вот эта карта. Она выглядит как стилизованная под старину, под начало прошлого века, но, если присмотреться вот здесь и здесь видны пометки городов.
— Почему они на английском и что это за иероглифы? — спросила Екатерина. — Может очередная глупая шутка?
— К сожалению нет. Это города и городища, которые были построены на нашей земле японцами и американцами. Даже Владивосток, опорный город в том регионе, большей частью находится под японцами. — ответил регент, показав на отметки. — Пока — лишь в плане торговли, но, если жителям придется выбирать, не факт, что они выберут Петроград, а не Токио. Там японская техника, японская еда, японская электроника.
— И как мы это допустили? — спросила Екатерина, явно намекая на недоработку регента.
— Мы? Никак, я просто не сумел дотуда дотянуться, и здесь проблем хватает. А вот твое императорское величество вполне с задачей отторжения народа и территорий справилась. Договор о беспошлинной торговле с японцами подписан твоей рукой. — усмехнулся Петр, заставив сестру поморщится. — Но это только половина проблемы. Вторая половина, как я и сказал, американцы. Свободные Соединенные штаты Америки.
— За последние несколько лет они построили городища в проливах на Курилах и рыбацкие порты, для выкачивания наших ресурсов. При этом формально они никакие договора не нарушают — опять-таки, свободная торговля, а все компании частные, а не государственные. — продолжил Петр. — Включая нефте и газодобычу. Они даже на какой-то процент принадлежат жителям империи. Не русским, конечно, бурятам, удмуртам и другим малым народам. Но по это только на бумаге.
— И это все твои шпионы выяснили за семь дней? — ехидно спросила мать.
— Нет, это все выяснили шпионы и двойные агенты Леонида. К слову я все больше склоняюсь к мысли что он и в самом деле невиновен. «Хотя и обратного пока отрицать не стоит», —заметил регент. — Мои люди нашли городища, сумели вывезти несколько рабочих. В одном из таких городишь они столкнулись с ожесточенным сопоставлением.
С этими словами Петр включил свой планшет и перекинул нам фото и видео, на которых было видно, как из фанерных и жестяных домиков выбегают люди, а затем из гаражей и контейнеров начинает выползать техника. Самая разная, начиная от орудий ПВО на танковой базе, заканчивая резонансными доспехами.
— Что-то эти рыбаки и охотники уж очень напоминают кадровых военных. — не сумел сдержаться я от комментария.
— Потому что это они и есть. — ответил Петр. — Шпионы сумели уйти только благодаря скорости и приказу не вступать в бой. К счастью, никто из них не пропал не погиб и не попал в плен. Их даже заметили всего дважды на всей линии, и сомневаюсь, что их начальство активно сотрудничает друг с другом.
— Зачем им такая армия, на нашей территории? — спросил я.
— Очевидно затем что они уже давно считают ее совей. И учитывая проблемы с логистикой, они во многом правы. Этими регионами мы управляем по стольку по сколько. — ответил Петр. — Они скорее полу самостоятельные в границах империи. Налоги платят пониженные, воинская повинность слабая, товарооборот почти никакой.
— Даже после восстановления восточного транспортного пути? — уточнил я.
— Да. Там чуть южнее уже Китай. Граница очень длинная, хоть и гористая. Но флот ее пересечет без проблем. Если выбирать кротчайший маршрут, вы будете там через двадцать четыре часа. — сказал регент, показав маршрут на карте.
— Что значит они будут там? Ты хочешь наших детей на убой послать? — насупившись спросила Екатерина. — Не раньше, чем у меня появятся внуки!
— Да, внуков понянчить было бы неплохо. — ответил Петр. — Да вот только посылать кого-то другого я не могу. Весь флот мне нужен на западе и юге. Просто чтобы удержать соседей от глупостей. Да и Польша, похоже вновь собирается поднять восстание. Как сто пятьдесят лет назад. Придется применять силу, и одновременно контролировать фланги. Мне
