– На тебе написано «Кока-кола»!
– Прощу прощения, я пошутил. Но если бы вы рискнули бросить в прорезь доллар в надежде получить освежающий напиток на содовой основе, я бы, разумеется, вернул деньги. Или выдал бы газировку.
Джошуа тщетно пытался осмыслить происходящее.
– Лобсанг… а дальше?
– У меня нет фамилии. В старину на Тибете только у аристократов и живых Будд были фамилии, Джошуа. Лично я не предъявляю подобных претензий.
– Вы компьютер?
– А почему вы спрашиваете?
– Потому что я, черт возьми, уверен, что в автомате не сидит человек, и потом, вы странно выражаетесь.
– Мистер Валиенте, я говорю гораздо более внятно и правильно, чем любой из ваших знакомых. И я действительно не сижу в автомате. Во всяком случае, целиком.
– Перестань дразнить гостя, Лобсанг, – сказала Селена, поворачиваясь к Джошуа. – Мистер Валиенте, я знаю, что вы были… не здесь, когда мир впервые узнал про Лобсанга. Он уникален. Физически он – компьютер, но раньше он… как бы объяснить… он чинил мотоциклы на Тибете.
– И как же он попал с Тибета в автомат с напитками?
– Это долгая история, мистер Валиенте…
Если бы Джошуа не отсутствовал так долго, он бы знал про Лобсанга. Лобсанг был первой машиной, сумевшей убедить суд в том, что он – живой человек.
– Конечно, – сказала Селена, – некоторые компьютеры шестого поколения уже пытались это проделать. Если они оставались в соседней комнате и общались через микрофон, некоторые олухи принимали их за людей, хотя с точки зрения закона это ничего не доказывает. Но Лобсанг не утверждает, что он – мыслящая машина, и не требует никаких прав на этом основании. Он сказал суду, что в прошлой жизни был тибетцем. Тут-то они и попались, Джошуа. Мир по-прежнему незыблемо верит в реинкарнацию, и Лобсанг попросту заявил, что переродился в виде компьютерной программы. В суде было засвидетельствовано – я покажу вам протоколы, если угодно, – что соответствующее ПО появилось именно в ту микросекунду, когда в Лхасе умер работник мотоциклетной мастерской с совершенно непроизносимым именем. С точки зрения развоплощенной души двадцать тысяч терафлопсов технического гения на гелиевой основе, видимо, ничем не отличаются от нескольких фунтов дряблой мозговой ткани. Значительное количество экспертов подтвердили удивительную точность отрывочных воспоминаний Лобсанга о своей прошлой жизни. И я сама видела дальнего родственника покойного, маленького жилистого старичка с лицом, похожим на сушеную грушу, который несколько часов радостно болтал с Лобсангом, вспоминая прежние веселые деньки в Лхасе.
– Но зачем? – спросил Джошуа. – Что он на этом выиграл?
– Я здесь, перед вами, – заметил Лобсанг. – И я не деревянный, прошу заметить.
– Извините.
– Что я приобрел? Гражданские права. Безопасность. Право владеть собственностью.
– Выключить вас – значит убить?
– Да. Кстати говоря, это физически невозможно, но не будем вдаваться в подробности.
– Значит, суд признал вас человеком?
– Юридического определения, что есть человек, никогда не существовало.
– И теперь вы работаете в Трансземном институте.
– Более того, я им отчасти владею. Дуглас Блэк, основатель Института, не колебался ни секунды, предлагая мне партнерство. Не только из-за моей славы, хоть его и влечет к курьезам. Но главное – из-за моего сверхчеловеческого интеллекта.
– Да уж.
Селена попросила:
– Давайте вернемся к делу. Вас долго разыскивали, мистер Валиенте.
Джошуа взглянул на нее и мысленно сделал пометку: надо постараться, чтобы в следующий раз искали еще дольше.
– Ваши визиты на Землю достаточно редки.
– Я не покидаю Земли.
– Вы ведь понимаете, что я имею в виду эту Землю, – сказала Селена. – Базовую. Или хотя бы какую-нибудь из Ближних Земель.
– Я не заключаю контрактов, – быстро ответил Джошуа, стараясь не выказывать раздражения. – Предпочитаю работать один.
– По-моему, еще мягко сказано.
Джошуа нравилось жить в своих фортах, в мирах, находившихся далеко от Базовой Земли. Слишком далеко для большинства путешественников. Но даже там он настороженно относился к любой компании. Говорят, Дэниэл Бун собирал барахлишко и переселялся, если видел хотя бы дымок чужого костра. По сравнению с Джошуа он был патологически общителен.
– Но тем-то вы и полезны. Мы знаем, что вы не нуждаетесь в обществе других людей. – Селена предупреждающе вскинула руку. – Нет, вы не социопат. Но подумайте… До открытия Долгой Земли никто за всю историю человечества не оставался в одиночестве – я имею в виду, в настоящем одиночестве. Даже самый упорный моряк не сомневался, что где-то там кто-нибудь да есть. Даже высадившиеся на Луну астронавты видели Землю. Все всегда знали, что люди в пределах досягаемости.
– Да, а при наличии Переходника они в пределах одного шага.
– Наши инстинкты считают иначе. Знаете, сколько пионеров предпочитают путешествовать в одиночку?
– Нет.
– Нисколько. Ну… почти нисколько. Оказаться одному на целой планете, а может быть, единственным мыслящим существом во Вселенной? Девяносто девять из ста этого не выдерживают.
Джошуа подумал: он-то никогда не оставался один. Ведь по ту сторону неба всегда была Тишина.
– Как сказала Селена, тем-то вы и полезны, – подхватил Лобсанг. – Эти ваши качества мы обсудим позднее. Ну и потом, у нас есть средство давления…
До Джошуа дошло.
– Вы хотите, чтобы я отправился в путешествие по Долгой Земле.
– Ведь это у вас исключительно хорошо получается, – сладко проворковала Селена. – Нам нужно, чтобы вы отправились в Верхние Меггеры, Джошуа.
Нынешние пионеры называли Верхними Меггерами миры, расположенные более чем в миллионе переходов от Земли и по большей части остававшиеся легендами.
– Зачем?
– Причина самая невинная, – ответил Лобсанг. – Чтобы посмотреть, что там.
Селена улыбнулась.
– Информация о Долгой Земле – товарный запас Трансземного института, мистер Валиенте.
Лобсанг оказался разговорчивее.
– Вы подумайте, Джошуа. Всего пятнадцать лет назад человечество знало лишь один мир и мечтало еще о двух-трех. Притом это были миры в пределах Солнечной системы, бесплодные и ужасно дорогие в плане досягаемости. А теперь у нас есть ключ к бесчисленным копиям Земли! И мы едва-едва исследовали даже ближайшие из них! Вот наш шанс!
– Наш шанс? – переспросил Джошуа. – Вы идете со мной? Ничего себе контракт. Компьютер нанимает меня в качестве шофера?
– Да, примерно так, – ответила Селена.
Джошуа нахмурился.
– И с какой стати мне соглашаться… Вы что-то сказали про способ давления?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
