Читаем без скачивания Виновник торжества - Фридрих Незнанский

— Ну, слава богу, приехала. А я волновалась, как долетишь, как потом на машине доедете… Папа сейчас на совещании, приедет часа через два. Моя машина уже неделю в ремонте. Обещали к Новому году вернуть, да не успели. Вот подружки твои молодцы, сами предложили встретить.

— Ну, мне за рулем сидеть — одно удовольствие, — вежливо ответила Лена. — К сожалению, не часто удается. Университет от дома недалеко, скорее пешком дойдешь, чем доедешь, — в пробках настоишься. А папа говорит, надо ездить побольше, машина не любит долго простаивать. Вредно это для нее. Так что я пользуюсь любым случаем, чтобы ее «выгулять».

— Да, отец у тебя клевый! — с некоторой завистью протянула Ася. — Как поступила в университет, сразу машину подарил. А мой пообещал только после первого курса, если без троек закончу… Да с нашим математиком — хоть убейся, больше трояка не поставит. Говорит: «Не женского ума это дело — математика», — противным гнусавым голосом передразнила она своего преподавателя.

— Ну, девочки, у меня уже все на столе! — весело хлопотала Валерия Антоновна.

Девочки заторопились мыть руки, шутливо подталкивая друг друга и подтрунивая над Олей, которая не могла вспомнить, куда полгода назад спрятала свои тапочки. Тапочки нашлись, и когда все небольшой шумной компанией вышли в гостиную, не смогли сдержать восхищения.

— Какая восхитительная елка! До самого потолка! — выразила общий восторг Оля. — А пышная, просто красавица!

— Надо же! И игрушки необыкновенные! — подхватила Ася.

Валерия Антоновна наслаждалась произведенным эффектом.

— Это папины партнеры из Дрездена привезли. Он им как-то в шутку сказал, что у него дочка маленькая. Вот они и решили сделать ему такой подарок.

— Для маленькой дочки — большая елка. Пусть представляет себя в лесу. Только смотрите, чтоб она не заблудилась. Я сначала огорчилась, не люблю искусственные елки. А потом подумала — после настоящей полгода иголки выметай. А эта уж очень хороша.

И уже сидя за столом и угощая подружек любимыми Олиными салатиками, мама осторожно поинтересовалась:

— Дочка, а Новый год ты как решила встретить?

— Как всегда, всей семьей! — с набитым ртом ответила Оля. — Сначала на дискотеку пойдем, а к двенадцати вернусь домой. Я ведь без вас так соскучилась! — Оля нежно прижалась раскрасневшейся щекой к маминой руке, а та растроганно обняла ее:

— Доченька моя, совсем не изменилась, такая же ласковая…

После праздничного стола девочки отправились в Оле в комнату. Им не терпелось поскорее узнать, что нового произошло в ее жизни. А ей и самой хотелось похвастаться перед подружками. И было чем.

— Ой, девчонки, у меня сейчас все супер! — Зеленые ее глаза загорелись, а нежную матовую кожу покрыл румянец. — Сессию сдала на «отлично». Но грызла гранит науки день и ночь. Там усердие очень в цене. Меня теперь даже ректор знает. Гордостью университета называет. Наших русских там много учится. Мальчишки тоже пашут, а девчонки, дуры, в основном по дискотекам шляются, романы крутят, мечтают богатенького жениха подцепить. Им учиться некогда. Бедные родители платят, а детки их денежки по ветру пускают. Но я сразу решила: я сюда учиться приехала, свою жизнь сама хочу строить, а не ждать какого-нибудь упакованного хмыря, который то ли женится, то ли нет, время на него потратишь, а главное упустишь. Хорошее образование — это же капитал. А к хорошему образованию диплом с отличием — любая крутая фирма с руками оторвет. Правда, с мальчиками я тоже развлекалась, но в меру. А два месяца назад… — Оля загадочно замолчала, наслаждаясь нарастающим любопытством подруг, которое они и не старались скрыть.

— Что?! — выдохнули обе с горящими глазами.

— Я встретила Оути. Мужик — закачаетесь! Когда мы изучали курс политологии, я увлеклась темой иммигрантов. Ну, интересно мне стало, почему в Финляндии самый низкий среди всех стран, входящих в Европейский союз, процент иностранцев — всего два процента. В библиотеке долго сидела, материал собрала и подготовила доклад. Выступая на семинаре, добавила от себя, что считаю закон об иностранцах слишком жестким для многонациональной страны. Ведь эти два процента представлены выходцами более чем из шестидесяти пяти стран. И еще меня поразило, что финны даже не скрывают свои расистские взгляды. Завела весь наш курс, у нас даже диспут возник. Наш препод тоже оживился, как-то после семинара пригласил в кабинет и предложил выступить на «Юлейсрадио». Договорились с редактором, приезжаю — встречает. Молодой, красивый, элегантный… А вы же знаете, как я люблю ухоженных мужиков… Девчонки, я его как увидела — все, пропала. В общем, влюбилась. Он на меня тоже с интересом посматривает. Чувствую — нравлюсь. Ну, думаю, землю буду носом рыть, а его заполучу. Оставила ему текст статьи. Не успела до общежития добраться, он мне уже звонит. Говорит, прочитал, восхищен и так далее. Несколько раз я еще приезжала на студию, обсуждали что-то, сокращали, дополняли, одним словом — редактировали…

— Так у тебя возникла производственная любовь? — зачарованно протянула Ася.

— А то! Но я вела себя очень скромно. Была пай-девочкой. Он целовал мои руки, а я краснела, как майская роза. После моего выступления на студию посыпались письма от обиженных финнами иммигрантов. И мы вместе с Оути готовили ответы, а я с ними выступала по радио. Кстати, мне за это платили зарплату! Не бог весть что, но на кое-какие шмотки хватило.

— Покажи немедленно, дай померять! — Подруги бросились помогать разбирать огромный Олин чемодан.

— Девочки, — охладила их нешуточный пыл Оля, — я же не сказала вам самое главное!

Девушки с трудом оторвались от чемодана и вопросительно уставились на подругу. Неужели эта красивая сказка имеет продолжение?

— Уже месяц как мы живем вместе. Оути меня обожает. Пьем мы только шампанское и только по праздникам. В день моего первого выступления. В день первой недели знакомства, И на католическое Рождество. Оути лютеранин.

— А в день первого месяца знакомства?

— А в день второго? — в один голос спросили подруги.

— Не стали. Оути сказал, иначе сопьемся.

— А жениться вы не собираетесь? — Ася с любопытством смотрела Оле прямо в рот, сгорая от любопытства.

— Собираемся, но когда я закончу университет. Оути хочет жену, которая твердо стоит на ногах.

Он считает, что в обществе равных возможностей умная женщина не должна ни в чем уступать мужчине. Он мне так и сказал: «Я хочу гордиться не только твоей красотой. Гораздо приятнее осознавать, что мужчины будут почитать за честь общаться с тобой, ценя твой интеллект и профессионализм».

— А он у тебя не зануда? — осторожно поинтересовалась Ася, опасаясь неосторожным словом обидеть подругу.

— Да что вы, девочки, он веселый, жизнерадостный, остроумный. Одним словом — идеальный. Просто он сумел достойно оценить мой умственный потенциал, — без ложной скромности ответила Оля. — И мне это, честное слово, приятно. Я и так знаю, что красивая, а вот когда женщину ценят за ум — это уже высший пилотаж.

— Ну да, высший пилотаж для красивой женщины. А если она, боже упаси, страшненькая, вряд ли ее утешат мысли, что она умная. Я не знаю ни одной женщины, которая не хотела бы быть красивой.

— Вот еще одно подтверждение ограниченности наших женщин! — торжествующе воскликнула Оля. — Разве непонятно, что даже дурнушка, стоит ей открыть рот и увлечь мужчину интеллектуальным разговором, преображается в его глазах. Знаете, что больше всего привлекает мужчину в женщине? Горящие глаза, а когда они не только красивые, но и умные, уверяю вас — мимо такой женщины не пройдет ни один мужчина. Конечно, если он и сам не дурак. Но мы и говорим только об умных мужчинах…

— А если ему по фигу — умная она или дурочка? Если он ценит в женщине только красоту? Тогда как? — вмешалась в разговор Лена.

— Тогда все про него ясно. Умному мужчине далеко не безразлично, с какой женщиной общаться. А дураку… На что нам дураки-то? — насмешливо спросила Оля. — Да нам любого умного охмурить ничего не стоит, достаточно только пальчиком поманить. Уж мы-то себе цену знаем!

Девушки понимали, что, рассуждая об умной и красивой женщине, Оля имела в виду прежде всего себя. Но, к счастью, они не страдали никакими комплексами и были в себе абсолютно уверены — природа их тоже не обделила ни умом, ни красотой.

Наконец Оля допустила-таки подруг к своему чемодану, содержимое которого показалось для них настоящим Клондайком — столько обновок, да к тому же явно из дорогих магазинов… Сразу видно, любимый мужчина не скупится, одевая свою умницу и красавицу в такое великолепие…

— А ну, не вздыхать! — строго приказала девушкам Оля. — Я вам тут тоже кое-что припасла… — и взвизгнула, очутившись в крепких объятиях немедленно впавших в состояние эйфории подруг.