необыкновенно красивые зелёные глаза и пристально уставилась на меня, словно пытаясь проникнуть в мой мозг этими чуткими радарами.
— Ты женишься на мне? — чуть прищурившись спросила она меня.
— Да.
— Обещаешь?
— Обещать — не значит жениться!
— Что-о?! — мгновенно вскинулась девушка и приподнялась на локте, чуть нависнув надо мной. Её грудь тут же возмущённо уставилась на меня розовым соском.
— Спокойно, — я положил свою чёрную лапу на белоснежную кожу, предварительно обведя по кругу разгорячённый нашими играми сосок, — спокойно. Иначе зачем бы я стал приезжать сюда, а потом ехать на край света, чтобы, рискуя жизнью, тебя спасать?
— Тогда почему ты меня дразнишь?
— Да пошутил я!
— Ещё раз так пошутишь, и я на тебя обижусь!
— Хорошо, я всё понял! — и я снова повалил любимую в кровать, пока окончательно не устал, тихо шепнув на ухо: — Прости меня.
По светлой коже пробежали мурашки, приподнимая маленькие тоненькие волоски. Расслабившийся было сосок вновь воинственно напрягся, и я заново отдался во власть страсти. Громко скрипел старенький диван, тихо постанывала от наслаждения Люба. Пока в какой-то момент она не выгнулась дугой, будто её поразил электрический заряд, чтобы затем обессиленно упасть на уже скрученную в бараний рог подушку. Я поспешил следом.
— А как мы поженимся, — едва придя в себя, спросила моя дотошная женщина, безуспешно пытаясь сфокусировать на мне свой взгляд, — если ты не имеешь советского гражданства?
— Что-нибудь придумаем. Если с паспортом и гражданством не получится, мы можем пока просто обвенчаться.
— Обещаешь?
— Клянусь!
— Так ты же не православный! — задумавшись на мгновение, выдала Люба.
— Да, действительно. Ладно, тяжело тут с вами. Попробую получить разрешение на брак через посольство. Я завтра улажу дела, потом уеду в Москву, вернусь и попытаюсь всё решить.
— Хорошо, любимый. Я и сама пока всё получше разузнаю, — проговорила Люба, укладываясь поудобнее на моём плече. — Выйти замуж за иностранца можно, а вот уехать из страны и получить другое гражданство очень тяжело.
— Согласен, будем решать.
Обнявшись, вскоре мы заснули на смятой постели.
С утра, ни свет ни заря засобирались. Я в гостиницу и по делам, а Люба кинулась открывать все форточки, проветривая маленькую квартирку от пропитавшего её запаха секса, и наводить порядок к возвращению матери. Дойдя до гостиницы, я разобрался со всей мелочью и пошёл в давешний паспортный стол. Надеюсь, Миша (или всё же Мойша?) дозрел и давно ждёт меня не дождётся. Так оно в принципе и оказалось. Постучавшись, я зашёл в его кабинет и сразу же наткнулся на горящие жадным огнём глаза паспортиста Миши.
В кабинете находились люди, которые тут же с любопытством вылупились на меня.
— Я только спросить! — дежурная отмазка словно сама из меня вылетела.
— В очередь, товарищ негр, — менторским тоном проговорила женщина после бальзаковского возраста и строго уставилась на меня поверх очков.
— Без проблем, — ответил я и вышел в коридор, терпеливо дожидаясь очереди.
Два человека, стоявшие передо мной, решили свои дела за полчаса. И тут, как будто специально, в кабинет зашли ещё двое. Подошла моя очередь, и я, широко улыбаясь, направился к Мише.
— Спасибо вам большое, вы очень помогли мне, — вполне искренне поблагодарил я его.
— Пожалуйста, — допёр он сразу, подыгрывая.
— А как со вторым моим вопросом, вы сможете мне посодействовать?
Перед ответом на этот вопрос Миша почему-то несколько раз мигнул. Затем вдруг густо покраснел, потом краска с его лица столь же внезапно схлынула, и он резко побледнел. Все эти метаморфозы произошли с паспортистом в считанные мгновения, пока он, наконец, не выдавил из себя одно короткое слово:
— Да.
— Отлично! А когда к вам можно подойти, чтобы всё уточнить?
— Лучше сегодня к шести вечера.
— Хорошо, я буду.
Вечером я вновь вернулся в паспортный стол и, дождавшись, когда Миша выпроводит последнего посетителя, приступил к серьёзному разговору.
— Ну что, готовы ли вы мне помочь?
— Готов, но мне нужна ваша фотография.
— Никаких проблем, — произнёс я, чуть ли жестом фокусника выуживая приготовленную карточку со своим изображением из нагрудного кармана. Я заранее сходил к фотографу и сделал фото.
— Угу, хорошо. А на какое имя вы хотите себе паспорт?
— На имя Иоанна Тёмного.
— Ммм? — вперил он в меня недоуменный взгляд.
— Да, пусть будет Иоанн Тёмный, — уверенно сказал я.
— Ну, хорошо, — с долей сомнения произнёс паспортист. Ему-то какое дело? Тем более фамилия «Тёмный» для негра не так дико звучит, как недавно зарегистрированные Изаура Сергеевна или Леонсио Николаевич! — Как скажете, может быть это и правильно.
— Может быть. Когда будет готово?
— Через два дня.
— Отлично! Вот задаток, — проговорил я, и на стол легла стодолларовая купюра. Хм, быстро же она исчезла в руках Миши!
— Приходите в это же время, ровно через двое суток.
— Хорошо, я приду.
Через двое суток, как и договаривались, я заявился в паспортный стол.
— Ваш паспорт готов. Я его вам отдаю, но знайте, лишний раз показывать его не стоит. По крайней мере ближайшие полгода, пока я не уеду в Израиль.
— Так я могу помочь с переездом, — выразил я готовность оказать ответную услугу. — Ну, или найти вас потом, в Израиле. Хотите, дам денег на развитие дела? Я многое могу и вообще люблю помогать людям. Я тебе, а ты мне. Но ты потом чуть больше, с процентами…
— Я подумаю, — озадачился Измайлов.
— Подумай. Вот твои деньги. Если надумаешь уезжать, то позвонишь по этому телефону, и скажешь, где тебя найти.
— Нет, никому звонить я не стану, — явно испугался паспортист.
— Ну, как хочешь, Михаил, как хочешь.
— Меня вообще-то Мойша Лейбович Измайлов зовут. Если вы захотите разыскать меня в Израиле, то найдёте без труда.
— Знаешь, а я бы посоветовал тебе пока не торопиться и остаться здесь. Никуда твой Израиль не денется. Все твои родственники уедут, а ты сможешь открыть здесь приличный бизнес. Я же вижу: ты не дурак! Так что справишься. Начальный капитал у тебя уже есть. Я буду иногда наезжать в страну, глядишь, и денег с работой подкину. Там ты — пустое место, а здесь величиной станешь. Ещё пару лет, и ты не узнаешь эту страну. Да-да! — вещал я, чуть ли не уговаривая его остаться. — Верь мне, я настоящий провидец. Духи Африки многое мне говорят. Иди работать в банк. Дай взятку, если надо. Работай сначала на любой должности и постепенно лезь наверх, как раз у тебя есть ещё время до 1991 года. После начнётся нечто неописуемое. Но как раз в это время появятся просто феноменальные возможности создавать миллионные состояния практически из ничего. Финансовые махинации, мошенничество, финансовые пирамиды. МММ всякие появятся, народ болванить начнут. Советский человек привык верить всему, что говорят из телевизора. Власть приучила… Тут, главное, не пропасть. Появятся бандиты и рэкетиры, в этом — да, будет опасность, если
