Городской музей, Мюнхен
Коломан Мозер. Ранняя весна. Иллюстрация к стихотворению Р.-М. Рильке. 1901. Музей декоративно-прикладного искусства, Вена
Коломан Мозер. Рекламный плакат мебельной компании «Jacob & Josef Kohn» для России. Ок. 1904. Музей декоративно-прикладного искусства Вена
Если говорить о главных визуальных характеристиках нового стиля, то его отличительными чертами стали извилистая прихотливая линия, асимметрия, плавное перетекание одной формы в другую, приглушенные цветовые оттенки и богатая орнаментация. Орнамент становился органической частью предмета, графического изображения, архитектурного сооружения, а его ритм организовывал движение линий и форм. В живописи, графике и декоративных росписях изображение утрачивало объем, часто превращаясь в пятно или силуэт, при этом фон становился столь же значимым, что и центральный образ.
Архитектура модерна нередко выстраивалась по принципу «от внутреннего к внешнему» – сначала проектировались внутренние помещения, а затем, исходя из внутренней планировки, формировалось пространственное решение дома, что в дальнейшем отражалось и на его внешнем облике. Подобный подход привел к появлению асимметричных зданий с необычными формами и элементами конструкции. Определенным подспорьем для архитекторов модерна стали новые строительные материалы, такие как железобетон, дававший возможность создавать сложные криволинейные формы.
В мировоззрении эпохи модерн преобладала идея единства всего живого, поэтому ведущую роль играли в орнаменте и в декоративных деталях элементы, заимствованные из мира природы – царства растений, животных, птиц, подводного мира. В 1895 году ученый-натуралист и художник-декоратор Герман Обрист (1862–1927) создал вышивку с изображением петлеобразно изогнутого стебля цветка цикламена. Критики окрестили эту стилизованную изогнутую линию «ударом бича». Постепенно она становится основным признаком «нового стиля» и повторяется в излюбленных мотивах мастеров модерна – морской волне, растениях с длинными стеблями и бледными цветками, таких как лилии, кувшинки, ирисы и орхидеи, в образах прекрасных женщин с длинными, струящимися волосами и развевающимися одеждами, грациозных насекомых и птиц – стрекоз, бабочек, павлинов, ласточек, лебедей. Порой природные элементы сплавлялись в причудливые сочетания, порождая изображения новых фантастических существ (Рене Лалик «Женщина-стрекоза»). Тяготение ко всему таинственному и сказочному было характерно для модерна. Поэтому так часто будут встречаться в произведениях искусства образы ундин, сирен, сфинксов, персонажей из национального фольклора. Модерн был во многом созвучен символизму в литературе и музыке, в целом в нем чувствовался привкус декаданса и общего «упадочнического» настроения fin de siècle (конца века). Недаром иногда говорят, что модерн – это не художественный стиль, а стиль жизни.
Обри Бёрдсли. «Я поцеловала твой рот, Иоканаан…» Иллюстрация к французскому изданию пьесы О. Уайльда «Саломея». 1893. Музей Виктории и Альберта, Лондон
Чувственные и смелые иллюстрации, созданные художником к скандальной пьесе Оскара Уайльда «Саломея», сделали его одним из самых популярных графиков конца XIX века. Сама же пьеса породила огромный всплеск интереса к образу Саломеи в различных произведениях рубежа веков.
Поль Ханкар. Дом Ханкар. 1893. Брюссель
Близкое к природе стилистическое начало ар-нуво называют органическим или флоральным, и именно таким представляет себе модерн широкая публика. Однако были у него и иные грани, которые демонстрировало преимущественно искусство шотландских и австрийских мастеров начала ХХ столетия. В нем будет прослеживаться тяготение к геометризованным четким формам, которое переродится впоследствии в стиль ар-деко и отчасти найдет продолжение в конструктивизме и функционализме. В первую очередь здесь необходимо назвать имя шотландца Чарльза Макинтоша (1868–1928). Его работы в области декоративно-прикладного искусства геометричны и функциональны, имеют стройные пропорции с преобладанием вертикальных линий и не обременены излишним декором. Им свойственна аскетичная, но изысканная простота. Подобный, «конструктивный», стиль Макинтош использовал преимущественно в своих графических произведениях и в дизайне интерьеров, в архитектуре проявляя себя скорее как неоромантик, склонный к рационализму. Его деятельность была связана с таким художественным направлением в Шотландии, как «Школа Глазго», объединившим несколько творческих союзов – «Glasgow Girls», «Glasgow Boys» и «The Four». В последний, сложившийся в начале 1900-х годов, входили Макинтош и его супруга Маргарет Макдональд, Джеймс Макнейр и его жена Фрэнсис Макдональд (сестра Маргарет). Их интересовало кельтское искусство, движение «Искусств и ремёсел» и искусство Японии. Творчество Макинтоша, и отчасти «Школы Глазго», оказало влияние не только в Англии, но и в других странах. Под воздействием прямых линий мебели Макинтоша даже «флоралист» Виктор Орта заявлял: «Я отошел от цветов и листьев и занялся стеблями и палками». Показ работ Чарльза Макинтоша и Маргарет Макдональд с огромным успехом прошел в 1901 году в венском «Сецессионе». Здесь их увидел великий князь Сергей Александрович, пригласивший шотландцев в Москву, где в 1903 году они поучаствовали в Московской выставке архитектуры и художественной промышленности.
Йозеф Хоффман. Кресло с регулируемой спинкой. Sitzmaschine. Ок. 1905. Музей декоративно-прикладного искусства, Вена
Форма этого кресла была столь нестандартной для своего времени, что у него появилось свое название – «Устройство для сидения» («Sitzmaschine»).
Эмиль Галле. Кровать «Рассвет и сумерки». 1904. Музей «Школы Нанси», Нанси
Рассветный час олицетворяет изображение двух насекомых-поденок, набранное в технике маркетри и украшающее изножье кровати, образ сумерек в изголовье представляет собой ночной мотылек, распростерший крылья над вечерним пейзажем.
Наиболее полно геометрическое направление модерна получило развитие в творчестве «Венских мастерских» – работах Йозефа Хоффмана (1870–1956) и его «дощатом стиле». В 1903 году художник Коломан Мозер (1868–1918) и архитектор Йозеф Хоффман, на тот момент члены Венского сецессиона, основали «Венские мастерские», целью которых было развитие прикладных и декоративных искусств. Их творческими установками стали отказ от цветочных мотивов и извилистых линий ар-нуво и утверждение прямоугольной эстетики, пример которой демонстрировали близкие по духу мастерские в Германии и Великобритании, а также работы Макинтоша. Подобно движению «Искусств и ремёсел» в «Венских мастерских» стремились усилить роль художников, которые вместе с тем были и мастерами ремесла, соединявшими в своей деятельности навыки ручного труда с дизайнерским мышлением. Новые тенденции в архитектуре, в русле которых работал Йозеф Хоффман, нашли отражение в мебели, выпускавшейся мастерскими. Она отличалась строгими, четко заданными по вертикали и горизонтали контурами, гладкими поверхностями и линеарным орнаментом. Геометрические формы – прямоугольники, сферы, круги и знаменитый «хоффмановский квадрат», использовались не только в мебели, но и в керамике, ювелирных украшениях, узоре тканей и графическом орнаменте. Простой конструктивный стиль, в котором их изготавливали, называли «венским современным стилем».
Ренни Чарльз Макинтош. Интерьер холла в особняке Хилл-Хаус. 1902–1904
Частный особняк Хилл-Хаус в пригороде Глазго – самое
