известное творение Макинтоша.
Йозеф Хоффман. Дворец Стокле. 1905–1911. Брюссель
«На месте флигельков восстали небоскребы, и всюду запестрел бесстыдный стиль модерн».
Валерий Брюсов о Москве
Подобного рода художественно-ремесленные мастерские стали отличительной чертой эпохи модерн. Во Франции существовала «Школа Нанси», члены которой работали преимущественно в характерном для ар-нуво флоральном стиле.
Еще в 1874 году мастер стеклоделия и проектировщик мебели знаменитый Эмиль Галле основал в своем родном городе Нанси стекольную фабрику и при ней школу для будущих мастеров. А в 1901 году группа художников создала в столице Лотарингии «Местное объединение промышленных искусств». Представители этого объединения называли себя «союзом ремесленников», следуя эстетической теории Уильяма Морриса. Мастера Нанси стремились возродить ремесленные традиции старой Лотарингии и ручного труда, но при этом отразить идеи ар-нуво. Они изображали на своих изделиях – мебели, стекле, керамике – характерные для модерна природные мотивы – фениксов и павлинов, розу, папоротники, а также лотарингский шестиконечный крест – символ их земли.
Федор Шехтель. Здание Ярославского вокзала. Фрагмент майоликового панно. 1902–1904. Москва
Национальная специфика проявлялась в искусстве модерна во многих странах, в том числе и на русской почве. Стремление к созданию неорусского стиля было характерно для деятельности знаменитого Абрамцевского кружка, в котором принимали участие такие художники, как Михаил Врубель, Аполлинарий и Виктор Васнецовы, Михаил Нестеров, Елена и Василий Поленовы и многие другие. В подмосковной усадьбе предпринимателя и мецената Саввы Мамонтова в Абрамцево были организованы мастерские традиционных художественных ремесел, где, к примеру, пробовал свои силы в керамике Михаил Врубель.
Княгиня Мария Тенишева в своем владении Талашкино под Смоленском тоже поставила себе целью возродить крестьянские художественные ремёсла. Тенишева и приглашенные ею художники организовали учебные и художественно-промышленные мастерские: резную, эмальерную, вышивальную и гончарную, которыми руководил живописец и архитектор Сергей Малютин.
Федор Шехтель. Здание Ярославского вокзала. 1902–1904. Москва
Сергей Малютин. Теремок. 1901. Флёново
Небольшой бревенчатый дом искусно украшен резьбой по мотивам русских былин. В интерьере можно увидеть мебель и изразцы, созданные по эскизам Малютина, а также другие предметы, выполненные в мастерских Талашкино.
Княгиня Тенишева писала: «Мне давно хотелось осуществить в Талашкине еще один замысел. Русский стиль, как его до сих пор трактовали, был совершенно забыт. Все смотрели на него как на что-то устарелое, мертвое, неспособное возродиться и занять место в современном искусстве». В деревне Флёново, неподалеку от Талашкино, находится здание художественной мастерской Тенишевой, а также две постройки в псевдорусском стиле с элементами модерна – изба «Теремок», возведенная по проекту Малютина в 1902–1903 годах, и Храм Святого Духа, созданный по проекту Малютина, княгини Тенишевой и Ивана Барщевского в 1902–1905 годах. Церковь была украшена мозаикой по эскизам художника Николая Рериха.
Своя церковь, Спаса Нерукотворного, была построена и в Абрамцево в 1881–1882 годах. Над проектом сначала работал Василий Поленов, а затем Виктор Васнецов, вдохновляясь памятниками древнерусского зодчества. Нередко это сооружение называют первым образцом русского модерна в архитектуре. В оформлении наружного и внутреннего убранства храма помимо Васнецова и Поленова принимали участие Репин, Врубель, Антокольский и члены семьи Мамонтовых.
Ипполит Претро. Доходный дом Т.Н. Путиловой. 1906–1907. Санкт-Петербург
Так называемый Дом с совами – образец «северного модерна», характерного для архитектуры Швеции, Финляндии, Норвегии, а на территории России – преимущественно Санкт-Петербурга. Здания имеют более «суровый» характер, напоминая о северной природе. Зодчие использовали в их отделке грубый камень, гранит и штукатурку, создавая впечатление скал, гротов, лесов, населенных совами, волками, медведями, а порой и сказочными существами.
Федор Шехтель. Особняк С. Рябушинского. 1900–1903. Москва
Федор Шехтель. Особняк С. Рябушинского. Вид парадной лестницы.
В интерьере царит мир образов, связанных с водной стихией – лестница напоминает волну, освещающая ее внизу лампа – медузу, мозаичный узор пола – легкую зыбь на воде, потолочная лепнина – заросший пруд с растениями, по которым ползут улитки.
Стиль модерн с неорусским уклоном прослеживался не только в частных, но и в общественных постройках, примером чему служит здание Ярославского вокзала в Москве, новый облик которого был придуман прославленным архитектором Федором Шехтелем в первые годы ХХ века. В нем доминируют элементы древнерусской архитектуры, творчески переработанные мастером, благодаря чему возникает образ, напоминающий нечто среднее между теремом и крепостью – северные ворота в Москву. «Северный» характер имеет и декор, использованный в керамической облицовке и рельефах вокзала – мотивы елей, сосновых ветвей с шишками, ягод лесной земляники. Скульптурный фриз и майоликовые вставки выполнялись по собственноручным рисункам Шехтеля в абрамцевской мастерской.
Однако самая знаменитая постройка, как в творчестве Шехтеля, так и в истории русского модерна в целом, – особняк Степана Рябушинского в Москве, классический образец ар-нуво, где все детали экстерьера и интерьера подчинены общей идее синтеза искусств и демонстрируют знакомые по произведениям западных мастеров мотивы, заимствованные из мира органической природы.
Если же вернуться к неорусской ветви модерна, то стоит отметить, что ее присутствие прослеживается не только в архитектуре, но и в декоративно-прикладном искусстве, а также графике и, в первую очередь, в известных иллюстрациях художника Ивана Билибина к русским сказкам, в которых центральная композиция всегда будет обрамлена фризом с самыми разнообразными декоративными орнаментами.
Для русского модерна было характерно тесное переплетение разных жанров и видов искусства. Стремление представителей Серебряного века к организации определенной «художественно-романтической» среды проявилось в столь ярком явлении, как «Русские сезоны», заявившем о себе на весь мир в начале ХХ столетия. Балетные постановки антрепренера Сергея Дягилева, в которых соединялись театр, музыка, искусство костюма и декораций, называли «утонченной стилизацией модерна». С Дягилевым было связано и знаменитое объединение «Мир искусства», без которого также немыслим русский модерн, и в состав которого входили такие художники, как Лев Бакст, Константин Сомов, Александр Бенуа, Валентин Серов и многие другие.
«В противовес прежней традиции я признаю ядром всех художественных устремлений нашей эпохи страстную жажду новой гармонии и новой эстетической ясности. Следуя этому устремлению, я провозглашаю для прикладного искусства единственный действенный, на мой взгляд, принцип конструирования, который распространяю на зодчество, домашнюю обстановку, одежду и украшения. Я стараюсь изгнать из декоративного искусства все, что его унижает, делает бессмысленным, и вместо старой символики, утратившей всякую эффективность, я хочу утвердить новую и столь же непреходящую красоту».
Анри ван де Велде
