— Мы с Эмелин прекрасно справляемся, благодарю вас, — чуть резче, чем необходимо, заверила Лавиния. — Осторожнее, Тобиас, вы разольете чай.
Поймав ее взгляд, Тобиас неожиданно сообразил, что под внешне гостеприимными манерами кроется обычное раздражение. Интересно, что он умудрился натворить на этот раз? Их отношения из неприязненных поначалу с неодолимой силой и почти без перехода переросли в такую пылкую страсть, что обоим было немного не по себе. Безумный роман находился в самом расцвете, и пока что Тобиас мог с уверенностью сказать лишь одно: им никогда не бывало скучно вместе. И новизна далеко еще не выветрилась.
Но сам он считал это несчастьем. Временами он многое отдал бы за несколько скучных минут с Лавинией. Тогда у него хотя бы было время отдышаться.
— Простите, Лавиния, — начал Говард с видом человека, решившегося затронуть деликатную тему. — Не могу не заметить, что вы забросили свою профессию. Скажите, вы не практикуете месмеризм, потому что в Лондоне на него нет спроса? Понимаю, насколько сложно привлечь выгодных клиентов без соответствующих связей в обществе.
К удивлению Тобиаса, вопрос, казалось, застиг Лавинию врасплох. Чашка в ее руке чуть дрогнула. Но Лавиния сумела быстро овладеть собой.
— Видите ли, я по ряду причин предпочла иную карьеру, — спокойно обменила она. — И хотя неизведанные области гипноза манят меня так же сильно, как прежде, конкуренция последнее время стала поистине жестокой, и, как вы заметили, не так легко привлечь достойную клиентуру без связей и добрых знакомых в свете.
— Верно, — кивнул Говард. — Нам с Селестой придется немало потрудиться. Мне будет не так просто основать здесь свое дело.
— А где вы практиковали до сих пор? — осведомился Тобиас.
— Я провел несколько лет в Америке, путешествуя и читая лекции о месмеризме. Однако около года назад я почувствовал тоску по родине и вернулся в Англию.
Селеста ослепительно улыбнулась мужу:
— Я встретила Говарда в прошлом году в Бате. Там у него была процветающая практика, но он посчитал, что пора завоевать Лондон.
— И надеюсь обнаружить здесь множество интересных и необычных случаев, — серьезно добавил Говард. — Основная масса моих пациентов, как в Бате, так и в Америке, искали излечения от самых обычных болезней: ревматизм, женская истерия, бессонница — все в таком роде. Разумеется, все это вещи достаточно неприятные для больных, для меня же просто скучные.
— Говард намеревается проводить исследования и эксперименты в области месмеризма, — вмешалась Селеста, с обожанием глядя на мужа. — Он преданный последователь науки и надеется написать книгу на эту тему, — А для того чтобы книга имела успех, я должен пользовать пациентов с более сложными нервными расстройствами, чем те, которые обычно встречаются в Британии, — заключил ГоварД.
Глаза Лавинии зажглись энтузиазмом.
— Поразительная и достойная всяческого уважения цель! Давно пора воздать должное месмеризму! — Она метнула красноречивый взгляд в сторону Тобиаса. — Могу точно сказать, что множество плохо информированных людей все еще упорствуют в своем заблуждении, считая гипнотизеров невежественными знахарями и шарлатанами худшего разбора.
Тобиас проигнорировал укол и отпил немного чая. Хадсон тяжело вздохнул и скорбно покачал головой.
— К сожалению, должен признать, что в нашей профессии развелось чересчур много мошенников.
— Только прогресс и. новые достижения в науке способны отбить у этих негодяев охоту дурачить народ! — объявила Лавиния. — Исследования и эксперименты — именно то, что нам нужно.
Селеста вопросительно подняла брови:
— Мне не терпится узнать природу вашей новой карьеры, миссис Лейк. У нас так мало профессий, доступных дамам!
— Я принимаю поручения от персон, которые желают нанять меня для проведения частного расследования. — Лавиния поставила чашку на блюдце. — По-моему, где-то у меня еще остались карточки. Ах да! — Она перегнулась через подлокотник дивана и открыла ящик столика:
— Вот они.
Она вынула из ящика две маленькие белые карточки и вручила Говарду и Селесте.
Тобиас прекрасно знал, что именно выгравировано на блестящем прямоугольничке:
ЧАСТНЫЕ РАССЛЕДОВАНИЯ
ТАЙНА ГАРАНТИРУЕТСЯ
— Крайне необычно, — промямлила Селеста с озадаченным видом.
— Поразительно!
Говард сунул карточку в карман и сочувственно нахмурился.
— Но вынужден сказать, мне очень жаль, что вы оставили свою практику. У вас истинный дар гипнотизера, дорогая. Какая потеря для нашей профессии!
— Очевидно, страх перед конкуренцией заставил вас отречься от науки? — спросила Селеста, изучающе поглядывая на Лавинию.
Тобиас подумал, что, не наблюдай он сам за возлюбленной так пристально, наверняка не заметил бы мимолетно мелькнувшей растерянности в глазах, а также подергивавшейся на шейке крохотной жилки. Он мог бы поклясться, что она судорожно сглотнула, прежде чем ответить на вопрос.
— Скорее… неприятный инцидент, случившийся с пациентом, — глухо выговорила она. — И исход оказался таким, на который можно было рассчитывать. Вам, разумеется, известно, как трудно запрашивать большую плату в провинции. А ведь мне приходилось думать еще и о будущем Эмелин! Она как раз окончила школу, и я посчитала, что сейчас ей самое время набраться лоска. Всегда говорила: нет ничего лучше путешествия за границу, чтобы приобрести элегантные манеры и утонченность. Словом, то одно, то другое, и когда миссис Андервуд пригласила нас провести сезон в Риме, я посчитала нужным согласиться.
— Понимаю, — кивнул Говард, не сводя глаз с ее лица. — Должен признать, что до меня дошли слухи о неприятной истории в этой маленькой деревушке на севере. Надеюсь, вы не попали в беду?
— Нет, разумеется, нет, — чересчур поспешно ответила Лавиния. — Просто к тому времени, когда мы с Эмелин вернулись из Италии, мне пришло в голову попробовать себя в новом предприятии, и, к моему удивлению, это занятие пришлось мне по вкусу.
— Какое странное занятие для леди! — Селеста вновь окинула Тобиаса задумчивым взглядом. — Насколько я поняла, вы ничего не имеете против новой профессии миссис Лейк, сэр?
— Заверяю, что пережил немало минут горьких сомнений и глубочайшей неуверенности, мадам, — сухо буркнул Тобиас, — не говоря уже о многих бессонных ночах.
— Мистер Марч шутит, — вмешалась Лавиния, грозным взором пригвоздив к месту Тобиаса. — У него нет прав одобрять или не одобрять. Честно говоря, во многих случаях он выступает в роли моего помощника.
— Вашего помощника? — Селеста потрясенно распахнула глаза. — Хотите сказать, что наняли его?
