На деньги от продажи добычи она и жила, пока не встретила Говарда. Пока что он был самой крупной ее добычей. С самого первого взгляда она поняла, что он обладает необыкновенными возможностями. Тот факт, что он не только влюбился в нее, но и по достоинству оценил ее ум и способности, только упростил дело. Она считала себя у него в долгу: слишком многому он ее научил.
И теперь Селеста старалась как можно яснее выразить свою мысль. Что она думает о Тобиасе Марче?!
Ее первым впечатлением о нем было, что, несмотря на широкие плечи и идеальную фигуру, он весьма мало интересуется модой. Покрой сюртука и брюк не столько отличался элегантностью и высоким стилем, сколько был удобным и обеспечивал свободу движений. Да и галстучный узел выглядел простым и незамысловатым, вопреки нынешней моде. Но Селеста недаром считала себя женщиной проницательной и знатоком мужчин, и поэтому привыкла не обращать внимания на внешние подробности. Она сразу поняла, что Тобиас Марч разительно отличается от джентльменов, которых она встречала до сих пор. Очевидно, что тот стальной стержень, кроющийся в самых недрах ее существа, не имеет ничего общего с физической силой или внешностью. Она видела это в туманных глубинах его холодного, загадочного взгляда.
— Несмотря на уверения миссис Лейк, не думаю, что он всего лишь ее помощник, — выговорила она наконец. — Очень сомневаюсь, что мистер Марч будет повиноваться чьим-то приказам, все равно — мужчины или женщины, без определенной для себя выгоды, разумеется.
— Тут я склонен с тобой согласиться, — кивнул Говард. — Он утверждал, что всего лишь случайный партнер Лавинии, с уверенным видом человека, который просто пикируется с оппонентом ради собственного развлечения.
— Да. Он не разгневался, не почувствовал себя униженным, когда миссис Лейк заявила, что всего лишь нанимает его время от времени и в самых сложных случаях. У меня сложилось определенное впечатление, что вопрос о том, кто из них главный, — всего лишь их, если так можно выразиться, «семейная» шутка.
Что, в свою очередь, предполагает интимную связь между Лавинией и Тобиасом, подумала Селеста. Вот только насколько такая связь крепка?
Именно это она и попыталась выяснить, флиртуя с Тобиасом, но результаты мало обнадеживали. Марч лишь отвечал ей равнодушным, непроницаемым, ничего не выдающим взглядом.
Но так или иначе, Тобиас Марч показался ей интересным и к тому же довольно опасным джентльменом. Возможно, он и пригодится Селесте в том новом будущем, которое она для себя задумала. Разумеется, сначала придется отбить его у Лавинии Лейк, но при ее уникальном даре это трудностей не представит. С одного взгляда ясно, что эта простушка миссис Лейк никакая ей не соперница.
Селеста принялась играть маленьким веером, свисавшим с ее ридикюля. На ее губах играла легкая улыбка. Пока еще она не встречала мужчину, способного перед ней устоять!
— Говард, что тебя так интригует в миссис Лейк? — поинтересовалась она. — Клянусь, если ты и дальше будешь продолжать вести себя подобным образом, я начну ревновать!
— О, дорогая, ни за что! — Он повернул голову и посмотрел на нее своими неотразимыми золотисто-карими глазами. — Даю слово, мое сердце и душа принадлежат тебе, вместе со всей силой страсти.
У Селесты вдруг перехватило дыхание. В глубине души она понимала, что причиной тому не желание. Не возбуждение. Страх. Именно страх на миг лишил ее способности соображать.
Но она ухитрилась скрыть свои чувства очередной улыбкой и скромно опустила ресницы.
— Счастлива это слышать.
Селеста была уверена, что голос звучит, как всегда, весело и беспечно, но сердце по-прежнему билось чересчур сильно. Огромным усилием воли она заставила себя не стиснуть кулаки.
Говард присмотрелся к жене чуть внимательнее, улыбнулся и отвел взгляд.
— Довольно о Лавинии и мистере Марче. Они и в самом деле необычная пара, но их странный бизнес нас не касается.
Когда он снова отвернулся к окну, Селеста облегченно перевела дыхание, словно выпутавшись из невидимого капкана. Нет, нужно успокоиться и взять себя в руки!
Несмотря на внешне небрежное объяснение Говарда, она отчего-то не верила, что одно лишь простое любопытство заставило его известить Лавинию о своем прибытии в столицу. Его наверняка интересует миссис Лейк, и очень. Что же, это к лучшему, по крайней мере ему будет чем отвлечься. Может, хотя бы ненадолго забудет о ней, Селесте, а сейчас, когда ее замысел близок к осуществлению, это особенно важно!
Тем не менее ее не оставляло гнетущее ощущение чего-то упущенного.
Селеста внимательно наблюдала за мужем, изучая его отрешенное, задумчивое лицо. Тревожный признак. Эти странные периоды молчания и замкнутости последнее время участились. А начались с того дня, когда его охватило стремление оставить обычную практику целителя-гипнотизера и заняться тщательным исследованием предмета.
И в этот момент ее отточенное интуитивное понимание мужского пола позволило ей проникнуть в истину. Она увидела эту истину с ослепительной ясностью.
— Ты принял приглашение миссис Лейк на чай, потому что хотел обнаружить, превзошла ли она тебя в искусстве гипноза, — спокойно заметила она. — В этом все и дело, не так ли? Тебе было необходимо знать, действительно ли после стольких лет она способна соперничать с твоим великим талантом или каким-то образом открыла нечто большее, чем удалось тебе?
Говард слегка насторожился. Слегка. Но и этого оказалось достаточно, чтобы подтвердить ее подозрения. Он молниеносно повернулся к ней, и она утонула в бездонной глубине его глаз.
Он ничего не сказал. Но Селеста отчего-то почувствовала, что примерзла к сиденью и не двинется с места, даже если карета загорится. Ей стало страшно. Нет, он не может знать о ее планах! Откуда ему? И каким образом он способен проникнуть в ее замысел? Она была крайне… крайне осторожна!
Говард улыбнулся и этим словно снял с нее заклятие. Гипнотическая напряженность его взгляда ослабла.
— Поздравляю, дорогая, — заметил он. — Ты, как всегда, крайне проницательна. Знаешь, я и сам не понимал всей степени своего любопытства, пока не увидел сегодня Лавинию. Только тогда до меня дошло, как страстно я стремился выяснить, сумела ли она оправдать возложенные на нее ожидания. Она обладала невероятным природным даром. Я сумел увидеть это, когда она была еще ребенком. Тогда я был уверен, что для ее успеха необходимы лишь время и практика.
Селеста глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки.
— Наверное, ты гадал, сумела ли она превзойти даже твое умение?
— Может быть, — поколебавшись, ответил Говард.
