Акция “Трудовой России” и “Союза офицеров” не удалась. Не удалась, ибо не стала массовой и, следовательно, ничего не смогла решить. Но была ли она несвоевременной и бесполезной?
Когда колонны Анпилова и Терехова сошлись у столичной кольцевой автодороги, из Москвы разъезжались работники пяти российских АЭС. Они в результате своего похода получили почти все, что требовали от власти. Причем получили, не просидев у Дома правительства и пяти часов. Власть даже и не попыталась торговаться с атомщиками. Почему? Потому, вероятно, что если бы она устроила с ними торг, и атомщики остались бы в пикете хотя бы на пару дней, то где гарантия, что они не подхватили бы политические лозунги красных колонн Анпилова и Терехова? А кому надо, чтобы те, кто управляет атомом, заявили: “Долой Ельцина с Чубайсом!”
Политпоход “Трудовой России” и “Союза офицеров” сработал на быстрое и, по сути дела, беспрекословное исполнение чисто ведомственных экономических требований работников АЭС. Их же сравнительно легкий успех, есть основания думать, подтолкнет к действиям работников других профессий. И не исключено, что в ближайшее время на Москву, по примеру атомщиков, двинут шахтеры из Новомосковска, ученые из Пущина и Дубны и токари со слесарями с оборонных заводов Коврова.
Политическая акция Анпилова и Терехова позволила приоткрыть новые возможности для экономической борьбы. Но не это в ней главное. Главное то, что такая акция была проведена, что две сотни людей из десятков городов страны собрались вместе и прошли по двести километров из Тулы и Рязани до Москвы. А это значит, за двумя сотнями участников красного похода стоят тысячи их единомышленников, которые собирали по рублю на оплату проезда, на еду, на листовки и на бензин для сопровождавших их колонны машин. В тульских, рязанских и подмосковных городах и поселках участников похода тепло принимали на митингах и во многих населенных пунктах давали им продукты.
Своим походом Анпилов и Терехов не доказали, что сегодня миллионы готовы вести борьбу под политическими требованиями, но выявили, что эти требования в провинциальной России есть кому поддерживать.
Участники похода атомщиков уехали из Москвы со своими заслуженными сребрениками. Участники похода “Трудовой России” и “Союза офицеров” возвратились по домам с уверенностью, что их дело правое и обречено на победу.
Маршу провинции с политическими лозунгами власти закрыли дорогу в Москву, не пустили дальше Варшавского шоссе у метро “Пражская”. То есть власть впервые после октября 1993 года запретила шествие по столице. Запретила, чтобы впредь провинции было неповадно искать правду в Москве. Запретила, потому что столичная властная элита боится ограбленной провинции. Но провинции нечего терять, кроме своих цепей. И, отшагав 12-18 июля первые 400 километров к победе, она наверняка возобновит походы — именно с политическими требованиями.
Николай АНИСИН
ЗАТО МЫ ВЫБРОСИМ РАКЕТЫ… ( К НОВЫМ УКАЗАМ ПРЕЗИДЕНТА )
А. Н.
То, что наш президент недалек и косноязычен, — это известно давно. Но его откровения на военную тему потрясают даже нас, людей, не понаслышке знающих, что такое армейский маразм…
Откровения о тридцати восьми снайперах, отслеживающих Радуева, до колик насмешили страну, но рекорд держался недолго. Последовал новый ляп — об отвинченных боеголовках. Но и он не стал последним. Теперь господин Ельцин, упраздняя ракетно-космическую мощь России, разразился новой сентенцией. На этот раз в адрес ПВО. Удивился он, понимаешь, что штаб ПВО находится не на границе, где летают самолеты НАТО, а в центре страны. Непорядок, бардак!..
Грусть охватывает от таких заявлений. Грусть от того, что в сложнейшие, наиважнейшие вопросы обороны государства лезет грубый, недалекий и потрясающе некомпетентный, необразованный “командир”. Страшно и глупо зависеть от воли человека, всерьез считающего, что штабы и командные пункты надо размещать прямо под бомбы и ракеты вероятного противника.
А. Н.,
генерал-лейтенант “ненужного” ПВО
От редакции:
У всех армейских “реформ” очень знакомое лицо. Господин Батурин стоит за каждым распущенным полком, сданным на металл кораблем, расформированным корпусом. Шелестящий, вкрадчивый Батурин готовит указы, которые подмахивает президентская рука.
Что может сделать армия? Ничего. Только терпеть, разваливаться и умирать. Но есть еще Лев Рохлин и его движение. Они могут сделать так, чтобы имя Батурина было ненавистным для каждого офицера. Рохлин должен сделать так, чтобы Батурина проклинали в войсках. Сорвать с него бесстрастную хитрую маску. Демонизировать, засветить, заклеймить. Батурин — гробовщик армии.
ПАМЯТИ ГЕРОЕВ
Комитет памяти жертв трагических событий сентября-октября 1993 года в г. Москве сообщает о начале подготовки мероприятий, посвященных 4-й годовщине государственного переворота в России.
Комитет предлагает партиям, движениям и гражданам присоединиться к этой работе.
Контактные телефоны:
191-14-79 (с 19.00 до 21.00),
247-12-47 (с 10.00 до 17.00).
КРИЗИС ЖАНРА ( РОССИЯ )
Ю. Бялый
15 июля — Р.Аушев обвиняет Владикавказ в провокациях, направленных на взрыв обстановки на Северном Кавказе в интересах московской “партии войны”. Аналогичные обвинения повторяет А.Масхадов. А.Галазов в ответ обвиняет руководство Ингушетии в потворстве захватам заложников-осетин и митингам с требованиями вернуть “исконные ингушские земли” в Пригородном районе.
17 июля — Сенат США проголосовал за блокирование американской помощи РФ в случае подписания Б.Ельциным закона “О свободе совести и религиозных объединениях”.
20 июля — На Ваганьковском кладбище в Москве поврежден взрывом памятный знак, посвященный убиению семьи Романовых. Ответственность взяла на себя организация, связанная с “Реввоенсоветом”.
Одним из главных политических процессов последних месяцев оказывается массовое осознание того простого факта, что в “демократическом концерте Европейской цивилизации” наш голос слышать не намерены. Последние подчеркнуто-показательные “пинки” вроде заявлений на саммите НАТО в Мадриде, обещаний Олбрайт странам Балтии и отказов ЕС снять антидемпинговые меры в отношении российских товаров — мало что добавляют к картине, которая уже доходит даже до самых неисправимо-западнических российских элит.
Сие означает, что демонстративно вставшая под либерально-рыночные знамена команда “молодых реформаторов” сталкивается с задачей “демократического обустройства России” во “враждебном капиталистическом окружении” именно в тот момент, когда этот самый рыночный либерализм почти полностью “протух” в качестве реформистской идеологии, а слово “демократ” становится, к сожалению, ругательным для все более широких масс.
Излет либерально-демократической риторики особенно ярко показывают итоги последних выборов в регионах, где в педалируемое почти всеми кандидатами “областничество” неизменно вплетается мотив негативного отношения к либерально-рыночной Москве. Одно из последних свидетельств — заявление новоизбранного (в качестве идейного преемника Немцова) нижегородского губернатора И.Склярова о том, что он видел свою главную задачу в торможении разрушительных либерализационных процессов в экономике области, которые инициировал нынешний первый вице-премьер.
При этом, хотя публичные акции правительства почти полностью сосредоточены в сфере актуальной социально-экономической проблематики, даже обыденное сознание фиксирует тот непреложный факт, что проводимый с небывалой жесткостью, превосходящей амбиции “раннего Гайдара”, политический курс — явно буксует. В результате “правительство реформаторов” вползает в очередное, грозящее оказаться небывало мощным, обострение кризиса государственности — почти без поддержки снизу и без инструментов его блокирования.
Наивные надежды на инерцию естественных центростремительных тенденций обрушились еще в эпоху внутрироссийского “парада суверенитетов”, вынудившего федеральный Центр к подписанию множества “асимметричных” Договоров о разграничении полномочий и предметов ведения с национальными автономиями.
Попытка скрепить многонациональную страну по Бисмарку, “железом и кровью”, — рухнула с уходом из Чечни, и сегодня, в момент яростных коллизий вокруг реформирования армии, может показаться выходом из положения только уж очень “отстраненному” от реальности политику.
Упования на возможность склеить политическое пространство страны по Тютчеву, “любовью” — после “десятилетки ненависти” и множества вспухших этнотерриториальных конфликтов представляются нынче прекраснодушными мечтаниями.
“Коммерческий прагматизм” реформаторской региональной политики, ставящий во главу угла трансферты, “свободные экономические зоны” и (как в случае Чечни) раздел доходов от совместных регионально-федеральных экономических проектов — спотыкается и на катастрофической нехватке у Москвы “пряников” для такой политики, и на уже обозначенной возможности регионов напрямую обращаться за “пряниками” к добрым дядям из дальнего зарубежья.
