На Кавказе и в Крыму были местности, где была запрещена охота населению, но там охотились князья и богатые помещики на лосей, оленей, диких коз, кабанов и других зверей.
Передовые русские люди и учёные много раз поднимали вопрос об основании в России настоящих, неприкосновенных заповедников.
Но этот вопрос был разрешён только в советское время. Только со времени Великого Октября было обращено серьёзное внимание на охрану природных богатств нашей страны. По всей территории нашего Союза появилась обширная сеть государственных заповедников, охраняющих их животный и растительный мир.
14 мая 1920 года, в тяжёлую эпоху гражданской войны, был подписан Владимиром Ильичём Лениным декрет об основании Ильменского заповедника.
Декрет гласил следующее: «Ввиду исключительного научного значения Ильменских гор на Южном Урале, у Миасса, и в целях охраны их природных минеральных богатств Совет Народных Комиссаров постановляет... объявлять отдельные участки Ильменских гор Государственным минералогическим заповедником, т. е. национальным достоянием, предназначенным исключительно для выполнения научных и научно-технических задач страны... На участках, объявляемых Государственным минералогическим заповедником, не допускается горных промыслов».
В Ильменском заповеднике, как и в других заповедниках нашей страны, охраняют и изучают различных животных, растения и минералы. Это единственный «заповедник камней», минералогический заповедник не только в нашей стране, но и во всём мире. Ильмены — природный музей, в котором собраны на сравнительно небольшой территории многочисленные и разнообразные минералы.
Со времени основания заповедника этот естественный музей камней стал неприкосновенным. В нём изучаются минералы, их физические свойства и связь с вмещающими их породами, разнообразные процессы и условия минералообразования.
Раньше такому изучению минералов в их естественной обстановке мешали частные разработки. Кроме того, старатели хищнически выбирали самые ценные и редкие минералы.
Копи ко времени основания заповедника находились в самом плачевном состоянии. Многие были завалены камнями, засыпаны землёй, заросли травой. Трудно было определить, где и в каком сочетании залегают те или иные минералы.
Но сразу после декрета о создании Ильменского заповедника начали приводить в порядок старые копи и одновременно закладывать новые. В заповеднике в настоящее время имеется более 250 копей, и в них более 150 различных минералов. Со времени основания заповедника учёным открывается широкое поле деятельности, начинается упорная, живая и интересная научная работа.
В заповедник устремляются не только учёные-одиночки, но и целый ряд научных экспедиций, работающих над разными научными темами: экспедиция Академии наук, экспедиция отдела охраны природы Главнауки, экспедиция Геологического Комитета Ленинградского горного музея и много других.
В результате деятельности этих экспедиций явился целый ряд трудов советских учёных —академика А. Е. Ферсмана, профессора В. И. Крыжановского, профессора Н. И. Смирнова, а также геологическая карта академика А. Н. Заварницкого.
В связи с развитием науки о горных породах — петрографии — подробно изучаются не только минералы, но и горные породы заповедника.
Главными задачами этого минералогического заповедника является охрана и изучение находящихся на его территории горных пород и содержащихся в них минералов, изучение их происхождения и распространения.
КАК В СКАЗКЕ
Магнитогорский поезд прибыл в Челябинск поздно вечером. Тепло распростившись с Еленой Владимировной, я вместе со студентками и девочками-экскурсантками — теперь ими руководила пионервожатая Клава — пересела на «электричку». Через два часа замелькали огни станции Миасс.
Была тёмная, безлунная ночь. Мы сошли с перрона, прошли улицу привокзального посёлка и, поднявшись на гору, вошли в лес.
Он стоял словно заснувший, безмолвный и таинственный. Высокие сосны и лиственницы, сливаясь во тьме, представлялись неуклюжими великанами с раскинутыми в стороны длинными руками. А огромные, разбросанные по лесу камни казались какими-то фантастическими, бесформенными чудовищами. Было тихо и глухо. Девочки приумолкли, видимо, робели в непривычной для них лесной обстановке.
— Свет, смотрите! — вдруг воскликнула Люба. Действительно, сквозь чащу деревьев мелькал свет. К общему изумлению, узенькая каменистая тропинка, по которой мы шли, вывела на широкую дорогу, освещенную электрическими фонарями. Это была база заповедника.
* * *
На другой день экскурсанты проснулись очень рано. Их так и потянуло к открытому окну большой застеклённой террасы, где их устроили на ночлег. Вся терраса была пронизана солнечными лучами, наполнена чудесным смолистым ароматом хвойного леса. Деревянный домик, где они находились, расположен на склоне высокой горы — среди столетних сосен и лиственниц. На ветках их порхали какие-то птички и, не умолкая, пели, щебетали, свистели на разные голоса. Далеко внизу, в рамке зелёных лесов, плескалось Ильменское озеро. У противоположного берега оно было тёмное: зеркальная гладь его отражала в себе Чашковские горы. Склоны их поросли лесом, вершины же — голые и скалистые.
Внизу, у самого дома, под огромной лиственницей появились две белокурые девочки лет 10 — 12. Некоторое время они молча и пристально рассматривали приезжих. Наконец, не выдержали.
— Вы так и будете целый день на террасе сидеть? — послышалось из-под лиственницы. — А вы где живёте? — спросили мы.
—- Живём мы рядом с вами, зовут нас Галя и Валя. А вы из Магнитогорска, мы уже знаем... Идёмте с нами купаться, — неожиданно закончили сестры.
— Клава, — окружили девочки вожатую, — пойдём купаться.
Через минуту они уже спускались вниз: терраса находилась на втором этаже. Валя и Галя наперебой знакомили гостей со всем, что их окружало.
— Вот там, под горою, — махнула рукой Галя, — станция Миасс. Вчера вы оттуда пришли. Здесь близко, всего 1,5 километра.
— Видите, Чашковские горы, —перебивает сестру Валя. — По ту сторону гор — город Миасс.
Галя и Валя показывают домики туристов у подножия Чашковских гор, на противоположной стороне Ильменского озера. а затем ведут девочек на обширную площадку на склоне горы! Там высится памятник Владимиру Ильичу Ленину. Вся фигура вождя устремлена вперед, он словно выступает с речью перед огромной аудиторией среди необъятных зелёных просторов Южного Урала.
