— Да, — почесав затылок, я снова посмотрел на экран. — Дрейк подготовил для меня расчеты. Вложение выйдет дорогостоящим, — зато оно наверняка избавило бы моего заместителя от скуки. Как и меня. Если предположить, что среди купленных омег будут наши потенциальные пары.
— Душан знает, что у нас нет выбора, — покачал я головой и, не скрывая раздражения, провел ладонью по лицу.
За пятьдесят лет в секторе Андорра не родилось ни одной омеги, несмотря на беспрестанную работу исследователей и новейшие методы лечения бесплодия. Немногие оставшиеся омеги по большей части жили взаперти под защитой своих альф. К сожалению, у них рождались только альфы и беты.
— Душан согласился на следующей неделе отправить нам биологические образцы, — продолжил я. — И он хочет первоначальный взнос в виде десятка транспортных средств как доказательство серьезности наших намерений.
— А если пепельные волчицы окажутся генетически несовместимыми с нами? — возразил Элиас.
— Тогда у нас возникнут огромные проблемы, — прорычал я. Потому что ни один из секторов клана Икс не отправлял своих драгоценных омег на спаривание. Даже мой родной отец отказался прислать нам волчиц из Скандинавии. У нас просто не осталось выбора, кроме как вести переговоры со стаей Душана. Их иерархия несколько отличалась, но строилась по тем же принципам. У них тоже были альфы, беты и омеги.
— Возрази ему, — сказал Элиас. — Скажи отправить нам омегу за первую партию транспорта. Мы сами возьмем у нее все нужные образцы.
— О чем я и написал Душану минут тридцать назад, — уголки моих губ дрогнули. — Теперь жду ответа.
— Могу поспорить, — ухмыльнулся Элиас, — он в восторге от… — его прервал сигнал тревоги, и мы приподнялись на своих местах. — Что-то случилось в лаборатории, — сказал Элиас, бросившись к дверям кабинета.
— Иди.
Ему не требовались инструкции, он итак уже действовал.
Проверяя трансляции с камер, я искал проблему, пока не увидел на экране маленькую рыжеволосую женщину, бежавшую по коридору в одной лишь больничной сорочке.
Когда она с нечеловеческой ловкостью порезала скальпелем двух исследователей, мои брови поползли вверх. Меня до глубины души поразил тот факт, что обычной женщине удалось убрать с пути пару оборотней. Даже если они не были натренированными бойцами вроде охранников или солдат пограничного подразделения.
Прижавшись спиной к бетонной стене, женщина заглянула за угол и затем посмотрела прямо в объектив камеры.
Я в изумлении скрестил руки на груди. Возможно, Элиас был прав в желании сломить эту рыжую. Ей, безусловно, не хватало дисциплины.
При приближении двух охранников она нырнула в смотровой кабинет.
— Неудачное решение, малышка, — фыркнул я. Женщина сама загнала себя в ловушку.
«Вот и конец веселью», — вздохнул я.
Но стоило мне выпрямиться в своем кресле, как на экране снова промелькнула рыжая шевелюра, и я увидел брызги крови. Женщина обезвредила моих офицеров, едва они переступили порог.
— Черт возьми, — выдохнул я, вцепившись в край стола.
Она снова побежала прочь.
Отслеживая ее передвижения, я уже просчитал маршрут, когда внезапно она привалилась к стене и прижала ладонь к животу. Увеличив масштаб изображения, я высматривал на ней повреждения. Скорее всего, сорочка была перепачкана кровью охранников, но женщина явно страдала от боли. Неудивительно, учитывая, что она ранила нескольких бет.
С решимостью на лице она заставила себя передвигать босые ноги.
— Ладно, дорогая. Ты привлекла мое внимание, — встав из-за стола, я покинул кабинет. У женщины оставался один-единственный путь. И я был рад встретить ее в конце.
Активировав систему связи на своих часах, я велел никому не вмешиваться, включая Элиаса.
Эта маленькая бунтарка принадлежала мне.
Она бы пожалела о том дне, когда заинтересовала альфу сектора Андорра.
«Теперь ты моя, зверушка»
Глава 3
Кэт
Пятью минутами ранее…
«Тьфу ты», — я не знала, чем меня ударил альфа, но моя голова гудела.
Ему необязательно было лишать меня сознания. Я бы пошла добровольно. Хоть и не без умысла.
В итоге я понятия не имела, где именно под куполом очутилась. Я была в какой-то клинике. Надо мной проводили опыты и меня тыкали иголками. Меня искупали, что я поняла сразу по пробуждению, поскольку пахла в тысячу раз лучше обычного. Сладкими фруктами. Или, возможно, ими пах мужчина рядом со мной — о поле врача говорил размер рук, делавших мне инъекции.
Мучитель в белом халате отошел в сторону, и по лязгу металлических инструментов я поняла, что он бросил на поднос последний шприц. У меня ушло немало сил, чтобы лежать неподвижно и не открывать глаза, но я знала, что эффект неожиданности был моим единственным козырем.
Мужчина отошел, и его шаги эхом разнеслись по больничной палате. Возле стола сразу стало холоднее
Затем раздался шум, похожий на звук открывшейся двери.
Щелчок подтвердил мою догадку.
Я выжидала, обратившись в слух и пытаясь понять, был ли в комнате кто-нибудь еще.
Ни шороха.
Не было слышно даже дыхания, за исключением моего.
Не могло ведь быть так просто? За мной должны были следить через видеокамеры, приставить ко мне охранников или хоть как-нибудь контролировать. Конечно, в представлении волков я была всего-то простой смертной. Разве они видели во мне угрозу?
Что ж, я бы их удивила.
Осмотревшись, я не нашла ничего, кроме комплекта медицинских инструментов. Ого. Я никогда не видела такого чистого помещения, разве что на картинках. В новом мире медицина ограничивалась спасением от вируса. Что, по сути, означало одно — не дать себя укусить.
Один укус, и зараза распространялась в крови, превращая человека в самого настоящего зомби.
По слухам, люди в лабораториях искали лекарство, но то были лишь сказки, дававшие детям надежду.
Не существовало никакого лекарства.
Только смерть.
«Не сегодня», — подумала я, скатившись со смотрового стола. У меня подкашивались ноги, из чего следовало, что я некоторое время пролежала без сознания. Игла в моей вене натянулась, и я обратила внимание на какую-то штуку с пакетом, подсоединенным ко мне трубкой. Внутривенный катетер, как подсказала мне память. Похоже, мне в кои-то веки пригодились книги и исследования, которые мама заставляла меня читать в детстве.
Глянув на иглу, я осторожно вытащила ее из своей руки. Я осмотрелась и нашла клейкую ленту, чтобы прикрыть рану — не хватало еще, чтобы запах крови привлек волков.
Оставалось найти одежду.
Которой, конечно, здесь не было.
Схватив со стола два острых инструмента, я прижалась спиной к стене возле двери и глубоко вдохнула.
«Сейчас или никогда, Кэт»
Сейчас.
Стоило мне открыть дверь, как на весь коридор взвыла сирена, и я вздрогнула.
Просто, мать ее, фантастика. По-видимому, для передвижения по больнице нужно было вводить какой-то код, без которого все чертово здание переходило в состояние повышенной боевой готовности.
К счастью, на шум не прибежало ни одного охранника. Пока что.
Я уже кралась по коридору, когда из-за угла выскочило двое мужчин в белых халатах. Я не думала. Я действовала.
Резанула их скальпелем по горлам, и они отреагировали соответственно — вскинули руки, зажав раны. Я догадывалась, что медикам ничего не угрожало — они ведь были волками — но разрезы на глотках основательно их замедлили.
Промчавшись мимо, я добежала до поворота и снова прижалась спиной к стене. Клиника напоминала проклятый лабиринт. Мне нужно было выйти под открытое небо, и уж там-то я смогла бы сориентироваться. Оттуда я бы пошла к горам. Тем более, стены купола были стеклянными. Ну, не из настоящего стекла. Продвинутые технологии позволяли волкам счастливо жить в защищенном пространстве, любуясь пейзажем.
