Читаем без скачивания Месть за измену. Благими намерениями (СИ) - Тумас Катерина

Арабелла тяжело вздохнула: «Нужно взять себя в руки и выпытать».

Поначалу слова из Гвен приходилось вытаскивать чуть ли не клещами, но девушка постепенно разговорилась.

Итак, оказалось, что Милана — та ещё дрянь. Гвен и Марк, как выяснилось, были влюблены друг в друга. И он даже хотел просить её руки у родителей, но про это узнала Милана. Тогда то всё и пошло наперекосяк.

Младшую любимую дочь баловали с детства. Она болела буквально с самого рождения, ей нельзя было волноваться, так что Милана получала всё, что только пожелает. И, конечно, стала со временем очень капризной и эгоистичной. Старшая сестра всё детство была словно её прислуга, но когда выросла и начала осознавать происходящее, принялась бунтовать. По мере сил и возможностей, однако этого оказалось достаточно, чтобы расстроить младшую. Милана пыталась вернуть власть над Гвен и свою роль жертвы-страдалицы. Ей она очень нравилась. Удобно, когда вокруг тебя прыгают на задних лапках, выполняя все прихоти.

Чтобы умерить пыл Гвен, Милана принялась желать всё то, что и её старшая сестра. Это выходило Гвен боком — в том и был план младшей. Гвен любила верховую езду, но когда Милана тоже захотела ездить верхом, родители предпочти запретить это обеим. Ведь отговорить Милану не удалось, а с лошади она могла упасть и покалечиться. Гвен взялась рисовать, просила купить ей всё необходимое, и родители даже раскошелились на хорошие краски, кисти, мольберт… Однако когда рисованием заинтересовалась Милана, всё лучшее перешло ей. Вот только талант у сестры не украдёшь. Тогда Милана начала устраивать истерики из-за того, что у сестрёнки картины красивей, хотя краски дешевле. Родители тут же нашли выход — запретили Гвен рисовать.

И это далеко не последний случай. В общем-то, не удивительно, что Милана захотела себе и Марка. Она пыталась очаровать его с первого же знакомства, однако он не обращал на её внимания, ведь чувства испытывал к Гвен. Жаль, что этого оказалось недостаточно для их родителей.

Арабелле было сложно понять, каким образом всё сложилось так, что семья Марка согласилась на брак с сестрой той девушки, которую он любил, а не с ней самой. Судя по обрывкам фраз, брошенных Гвен, её родители просто очернили старшую сестру в глазах родственников Марка, выставив младшую в лучшем свете. В итоге вместо союза по любви эти две семьи объединил брак по рассчёту. Сопротивляться воле родителей Марк не смог, так и оказался втянут в козни Миланы.

История очень грустная. Милана очень дрянная. «Я не могу так это оставить, Марку нужно помочь», — твёрдо решила Арабелла. Чувство справедливости в ней всегда было сильным. Именно ведомая им, ведьма и выбрала для себя стезю частного детектива.

— Значит,— протянула она задумчиво, — Милана отказываела ему в сексе?

— Да, у них… — Гвен мило покраснела от смущения, — было всего пару раз после… ну, консумации брака. А потом ей… видимо, стало интересней мучить его.

— Или она планировала развод. И прибрать к рукам торговую точку.

Это то, что Милана захотела в качестве отступных после развода. Небольшая, но прибыльная ювелирная мастерская стала свадебным подарком родителей Марка молодой семье. По закону она принадлежит супругам пополам, но если брак распадается по чьей-то неоспоримой вине, спорное имущество может быть передано пострадавшей стороне.

Вот только отказ одного из супругов от исполнения супружеских обязанностей считается смягчащим обстоятельством при измене другого. Таковы законы Королевства. Более того, если отказывает жена — это вообще является серьёзным основанием для развода. Ведь обязанность жены в браке — родить детей. Она ни в коем случае не должна отталкивать супруга. Если удастся доказать, что Милана спровоцировала измену мужа, тем более сознательно, то развод будет в его пользу. И у Арабеллы есть способ это сделать.

— Одного не пойму, — хмыкнула ведьма, — зачем Марку левые женщины, зачем наряжать их в вас, Гвен, если есть… эм, вы сами?

Девушка снова смутилась, уже не первый раз за этот разговор. «Какое очаровательное создание, — подумала Арабелла. — Милана, как я понимаю, когда изображает невинную овечку, подражает повадкам сестры. Только у неё получается не очень. Впрочем, меня при первой встрече обманула, что показатель…»

— Он не хотел обесчестить меня. В наше прогрессивное время хранить невинность до брака уже не принято. Точнее, не так принято, как раньше. Но… измена — это грязь, в которую он не стал меня впутывать. Я просила, я… я очень хотела хотя бы так урвать свой маленький кусочек счастья. Ох, уж этот Марк, он слишком благородный… Думаю, он даже не скажет судье, что Милана ему отказывает весь год.

На глаза девушки навернулись слёзы. Маленький кусочек счастья — прозвучало безумно печально. Похоже, Гвен уже перестала бороться с сестрой. Время подросткового бунта миновало. Да и сам бунт нельзя назвать удачным. И Гвен смирилась. Зато Арабелла не такая!

— Я постараюсь вам помочь, — заявила она и развернулась к дверям в зал.

— Ари? Ты ли это? — услышала ведьма, когда уже положила руку на ручку. От знакомого бархатного голоса сердце её неожиданно забилось чаще.

Глава 2

— Райнер, — с улыбкой обернулась она к красивому молодому брюнету. — Давно не виделись.

Ответная улыбка была такой открытой и искренней, что ведьма на одно долгое мгновение забыла, куда шла.

С Райнером Арабелла познакомилась в Юридической Академии, что находится в столице. Отец отправил её туда на курсы, когда стало ясно, что дочь всерьёз собралась открыть частное детективное агенство. В родители Арабелле попался перфекционист, считающий, что если уж чем-то занялся, нужно делать это хорошо. Благо, без фанатизма, но зато обязательно хоть с какой-то подготовкой. Матушка мужскую, как она назвала, профессию дочери не одобряла, но мужа она любит больше всех и никогда не спорит с его решениями. Так Арабелла стала вольнослушателем открытых (за деньги, естественно, и не малые) курсов по криминалистике и следственному делу. Также она посещала лекции по праву, чтобы лучше понимать судебную систему, где и познакомилась в Райнером, оказавшимся её земляком. «Ах, суд, точно!» — дёрнулась ведьма, вынырнув из воспоминаний.

— Извини, мне нужно на заседание, давай потом поговорим? — попросила она. И тут же, вопреки своим словам, спросила: — Ты давно вернулся?

— Три месяца, сразу, как окончил Академию.

Взгляд Райнера был таким многозначительным, что Арабелла невольно зарумянилась. Она поняла, на что он намекал. Два года назад, когда ведьме пришлось уехать домой, расстались они в подвешенном состоянии. До романа между ними не дошло, но он должен был вот-вот начаться, если бы девушка это позволила.

А дома Арабеллу ждала новость — родители договорились с семьёй Бертрана о помолвке. Он неторопливо ухаживал за ведьмой около полугода и даже вызывал в ней какие-то ответные чувства… Потому интерес к себе Райнера Арабелла восприняла, как своего рода испытание. Она никогда не была ветренной и особенно ценила в людях верность. Двуличией тоже не страдала, так что пришлось увиливать от намёков Райнера, не обещая ничего в ответ. Если бы с Бертраном не срослось, она бы Райнеру написала, как он и просил. Но Арабелла не сделала этого, чтобы не давать ложную надежду.

И вот он здесь, стоит напротив.

— Найду тебя после окончания, Ари.

Точнее, уже галантно приоткрыл для неё дверь в зал суда. И сам вошёл следом, однако Арабелла этого не видела, она целиком сфокусировалась на происходящем на заседании… в попытке успокоить расшалившееся сердечко, которое сделало кульбит от голоса Райнера и никак не желало уняться после этого. «Позже, — убеждала себя Арабелла, идя по проходу ближе к трибуне, где ей отвели место участника процесса, — я разберусь со своей реакцией позже. Сейчас у меня другая задача. Кажется… гораздо более простая».

Адвокат Марка закончил свою невразумительную вступительную речь и уселся на стул. Адвокат Миланы выглядел гораздо более самоуверенно. Жаль, ведьма не слышала, что оба они говорили, было бы полезно. Но то, что она узнала вместо этого — гораздо полезней.