— Ник меня не простит!
— Ах, вот оно что! А что вы так на него набросились? Приспичило? Не с кем вам что ли?
Так купите вибратор! Могу вам адрес секс-шопа дать, мы с мужем туда частенько заходим.
Ольга побагровела. В сочетании с пергидрольными волосами это смотрелось ужасно.
— Ах ты…
Моя рука ласково погладила тяжелую вазу.
— Так кто я? Продолжайте, не стесняйтесь!
Блондинка мудро решила помолчать. Я улыбнулась нежно, как гюрза, которой отдавили хвост.
— Гуляйте отсюда, милочка, и не попадайтесь мне на глаза. А то я вас без всякого колдовства препарирую! У меня большой опыт, не рискуйте своим здоровьем.
Ольга с трудом успокаивалась.
— Валентина, вы еще не знаете всего!
— Неужели? — в моем голосе слышались раскаты приближающейся грозы.
— Дело в том, что накануне погиб один из самых сильных колдунов!
— И что?
— Теоретически, наш с Ником ребенок должен получиться такой же силы, как и погибший. Число колдунов не должно уменьшаться, только увеличиваться! И поэтому Верховный вэари приказал нам в самый короткий срок зачать ребенка!
— А вы не думали об искусственном оплодотворении?
— На нас это не действует.
— Да, моему мужу можно только посочувствовать.
— Ваш муж отказался подчиниться Верховному вэари! — взорвалась, наконец, блондинка. — Он не желает изменять вам! Вам, однодневке, резиновой кукле, нелепой игрушке, прихоти!!! Из-за вас его заключили в темницу!
— Что-о-о!? — Вот теперь я разозлилась по настоящему. — Какой-то козел арестовывает моего мужа за супружескую верность!? — Я посмотрела на блондинку. Ольга почувствовала, что я в ярости и выставила перед собой волшебную палочку, но меня сейчас не остановила бы никакая магия. Я медленно сжала кулаки, чтобы не вцепиться Олечке в крашенные патлы. — Немедленно говори, как до него добраться!? Я ему покажу, где раки зимуют! Я его в каждого рака носом потыкаю!! Я его по всем речкам проволоку!!! Лично!!!
Приступ ярости не проходил. Я схватила ту вазу, которую поглаживала минуту назад и шваркнула в стену. Она разбилась, обдав Ольгу дождем осколков. Блондинка вздрогнула и съежилась в кресле, глядя на мой разгулявшийся темперамент. Вообще-то, я мирный и очень дружелюбный человек. Даже слишком добрый! Я никогда не скандалю. Я просто не умею этого делать. Я часто ставлю зачеты автоматом. У меня просто нет врагов. И я стараюсь никому не делать зла, но иногда… Иногда на меня накатывает ТАКОЕ! До сих пор это было всего два раза. Первый — когда меня в школе попытался столкнуть в грязную лужу один пацан. Ему удалось запачкать мое новое пальто, а потом я просто озверела. Со всей силы я треснула его по голове портфелем, а потом пинками отогнала в ту самую лужу. И только потом поняла, что завуч держит меня за руки, и уговаривает успокоиться, а учитель химии поднимает паршивца из лужи и тащит в медпункт. Это было в третьем классе, и после этого никто не осмеливался меня и пальцем тронуть. Второй раз это было в институте. Я возвращалась домой поздно вечером. Была зима. Нам выдали стипендию, и на нее я должна была прожить еще неделю, пока из свадебного путешествия не вернется мама. Домой надо было идти мимо пустыря. Фонари не горели, и когда из темноты появилась темная фигура, я даже не испугалась. Сначала. Потом по ушам ударил мерзкий шепот. Что-то вроде: ”молчи, а то хуже будет!” Я даже не испугалась, когда мне заломили руку и потащили на пустырь. Но когда эта озабоченная сволочь начала отрывать пуговицы с моей шубки, а потом положила… положил мне руку на грудь, я не выдержала. Первый удар пришелся по яйцам коленкой. Второй — по ним же, но носком сапога. Потом началось сплошное избиение насильника. В общем, примерно через час я волоком притащила негодяя в ближайшее отделение милиции. За руку и по всем лужам мордой. Мало ли, вдруг его оправдают, а так ему будет ясно, что преступлению соответствует наказание. Опять же, не бросать его зимой в переулке? Мне не жалко, но замерз бы насмерть! Меня бы потом еще и засудили.
В милиции меня очень благодарили. За мальчиком оказалось три изнасилования, и два из них с убийством. Список его повреждений, который мне потом показал следователь, включал семь сломанных ребер, полностью отбитые детородные органы, сломанную ногу, три вывиха и четырнадцать выбитых зубов. О количестве синяков я даже не спрашивала, и так ясно, что оно было трехзначным. “ Неужели вы его сами? Без помощников?! Круто вы его!” — поделился следователь. — “ С такими потерпевшими, как вы, и милиции не надо!”
И сейчас я впала в третий приступ бешенства. Верховному вэари можно было только посочувствовать. Я успокоилась почти сразу, стоило только вазе разлететься на запчасти, но бешенство не ушло окончательно. Оно схоронилось в глубине рассудка, и готово было вырваться наружу, как только я встречусь с негодяем, который разлучил меня с мужем.
Я перевела дружелюбный взгляд голодного крокодила на Ольгу. Блондинка поежилась.
— Как мне найти вашего Верховного вэари!?
— Я не могу этого сказать!
Моя рука легла на вторую вазу.
— Не можете!?
— Погоди!
Я выразительно сомкнула пальцы на узком горлышке вазы.
— Ну!?
— Я могу сказать, где он будет в ближайшее время, но тебе это не поможет!
— Это мне решать!
— Через семнадцать дней по времени мира эльфов, будет ежегодный слет волшебников. В мире Кастрелл, 4н-17а. Кас, по классификации эльфов.
— 4н-17а. Кас, мир Кастрелл, — повторила я. — Понятно. Значит так, мужа я своего не отдам, так и передай вашему Верховному волшебнику. И скажи, чтобы он не попадался мне на глаза лет пятнадцать. А то еще одним вэари, или как вас там, будет меньше. Гарантирую.
— Вы не знаете, о чем говорите!
— Зато я отлично знаю, что сделаю с ним при случае!
— Для того, чтобы справиться с ним, да даже встретиться, вы должны стать волшебницей!
— Это так сложно?
— Да. Инициацию выдерживают немногие.
— Таких как я тоже мало. Как можно пройти инициацию?
Глаза блондинки засветились злостью.
— Я все расскажу тебе! Надеюсь, ты погибнешь! Тогда твой муж точно придет ко мне!
Я фыркнула.
— На твоем месте я бы не обольщалась. У Ники слишком хороший вкус. Интересно, он хоть раз переспал с тобой?
По кислой гримасе блондинки я поняла, что попала в точку. И сладко улыбнулась.
— Не горюй, мой муж — ответственный человек. Лет через двести ты его обязательно дождешься, если он до той поры не придумает, как отвертеться.
— Тварь!
— Все мы твари божии. — парировала я. — Но ты — особенно! Ладно, давай о деле. Что нужно для инициации?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
