Дело Трейнора сулило агентству внушительный гонорар, но для поимки беглянки ей надо было какое-то время околачиваться в казино, а Джейн за свою жизнь досыта насмотрелась на игорные заведения. Ее отец был профессиональным игроком. Он с одинаковым азартом играл в карты в задрипанных притонах и в шикарных казино – везде, где мог найти партнеров. Он так любил игру, что таскал ее и Кэт по всей стране, нигде не останавливаясь достаточно надолго, чтобы пустить корни. Он всегда мечтал сорвать за игорным столом сказочный куш.
Но этого так и не произошло.
Хуже того, ее отец так и не понял одного из главных правил игры: шансы всегда на стороне крупье.
Всегда.
Дверь на пост наблюдения начала медленно открываться.
Но, по крайней мере, ее отец всегда играл честно – угрюмо напомнила себе Джейн, отступая в тень под лестницей. На «Виксбургской леди» клиентов беззастенчиво облапошивают – даром, что Бенедикты так бахвалятся своей честностью. Вон даже плакат повесили над сходнями – для всеобщего обозрения. Правда, здесь жульничают не во всех играх, но и того, что есть, вполне достаточно, чтобы комиссия по азартным играм прикрыла это заведение, если ей вздумается заняться расследованием.
И как бы ни обернулось дело Трейнора, Джейн намеревалась сделать все возможное, чтобы комиссия занялась-таки проверкой деятельности казино и закрыла бы «Виксбургскую леди» навсегда… Но сначала ей нужно раздобыть эту проклятую видеозапись, если она вообще существует. Изъять ее раньше, чем крупье сообразит, что произошло, и предупредит сообщников.
В коридор вышли два дюжих охранника. Любому из них было достаточно невзначай бросить взгляд в ее сторону – и она пропала. Охранники несли по паре небольших картонных коробок и обсуждали результат вчерашнего футбольного матча.
– Говорю тебе, жалкое зрелище, – сказал рыжий. – «Ангелы» не могли забить ни одного гола. Даже мой сынишка с приятелями обставили бы их в два счета.
– Тогда зачем ты их смотришь, если они так плохо играют? – ухмыляясь, спросил его напарник. – Что за охота трепать себе нервы, Фицпатрик?
Фицпатрик пожал плечами.
– Привычка, наверное. А может, просто нужен повод поворчать. «Ангелы» только на это и годятся – душу отвести.
Оба рассмеялись.
– Сходишь за содовой, пока я заброшу это в кабинет Тидуэлла? – спросил Фицпатрик.
– Ладно.
Второй охранник отдал свои коробки Фицпатрику, и они двинулись дальше по длинному коридору, продолжая обсуждать матч, который продули «Новоорлеанские ангелы».
Джейн с облегчением вздохнула и поспешила на пост наблюдения. Казалось, удача ей сопутствует. Если у охранников есть время, чтобы обсуждать футбольный матч, то скорее всего они еще не видели видеозапись с игорного стола.
Джейн в последний раз оглянулась через плечо, удостоверяясь, что она одна, а затем сунула руку в карман и вытащила футляр из тонкой кожи, из которого извлекла отмычку. И снова молодую женщину охватило неприятное чувство, что за ней кто-то наблюдает, но она постаралась от него отделаться.
«Это все нервы, – сказала она себе. – Нервы – и ничего больше. Я явно не гожусь на роль «взломщицы».
Джейн вставила отмычку в дверной замок и ловким движением руки повернула ее. Спустя несколько секунд замок щелкнул и дверь открылась. Сунув отмычку в футляр, Джейн спрятала его в карман и проскользнула в комнату, осторожно прикрыв за собой дверь.
Небольшой холл служил комнатой отдыха для сотрудников охраны. Скромная обстановка включала невзрачный диван с коричневой клетчатой обивкой и два таких же кресла. В глубине, рядом с большим зеркалом, находилась закрытая дверь. Джейн подошла к двери, открыла ее и юркнула в аппаратную.
Это был один из трех постов наблюдения на «Виксбургской леди». В помещении без окон стоял застарелый запах кофе и табачного дыма. Вдоль двух стен располагались мониторы – по двадцать штук у каждой. Черно-белые экраны показывали происходящее в казино. На стеллаже рядом с мониторами выстроились в ряд видеомагнитофоны.
Джейн двинулась вдоль первого ряда мониторов, просматривая ярлыки с надписями: «Главный зал, вид 1», «Главный зал, вид 2». Дойдя до надписи «вид 11», она нашла монитор, который искала, хотя сейчас на экране уже было изображение другого игрового стола.
Джейн проследила, к какому видеомагнитофону подключен этот монитор, остановила аппарат и нажала кнопку выброса кассеты. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы убедиться в том, что пленка совершенно новенькая.
Чувствуя, что у нее неприятно засосало под ложечкой, Джейн вставила кассету на место и перешла к следующему магнитофону. Бегло взглянув на пленку, она утвердилась в своем подозрении – все кассеты уже успели поменять.
И если ее догадка верна, теперь она знала, что нес Фицпатрик в тех картонных коробках, которые он собирался оставить в кабинете Роберта Тидуэлла, недавно назначенного управляющим казино.
– Черт!
Джейн сунула вторую кассету в магнитофон, нажала кнопку записи и поскорее убралась из аппаратной. Теперь надо было продумать дальнейшие шаги. Джейн молила Бога, чтобы Тидуэлл отправился куда-нибудь пообедать со своей любовницей, Барбарой Уимз, которую он назначил исполняющей обязанности шефа службы охраны. Только бы он не надумал вернуться к себе в кабинет, чтобы просмотреть какие-нибудь видеозаписи. Иначе ее хитрый маневр может выплыть наружу, прежде чем она туда доберется.
– На этот раз ты, кажется, влипла, Джейн Стил, – пробормотала она вполголоса, берясь за дверную ручку, чтобы выйти в коридор. – Какого черта ты теперь намерена делать?
Она распахнула дверь и с размаху налетела на атлетически сложенного мужчину.
Джейн с трудом сдержала возглас и покачнулась, теряя равновесие, но большие сильные руки обхватили ее за талию и поддержали.
Ее щека скользнула по мягкой шерстяной ткани черного спортивного пиджака и уткнулась в черную шелковую рубашку. Тепло, исходившее от мускулистого тела незнакомца, легко проникло сквозь легкую ткань ее платья, и Джейн обдало жаром с головы до пяток. Она уперлась руками в широкую грудь и сделала глубокий вдох, чтобы восстановить пошатнувшееся равновесие – как физическое, так и душевное.
Однако запах, исходивший от незнакомца, только усилил ее смятение. Эта экзотическая смесь пряных ароматов дорогой парфюмерии и специфического, восхитительного запаха мужского тела всколыхнула в ней глубоко дремавшие женские инстинкты.
– Осторожней, дорогая, – сказал незнакомец. – Что за спешка?
Его низкий грудной голос излучал невероятную сексуальность, так что пульс у Джейн явно перевалил за трехзначную отметку. Именно от мужчин с таким голосом мамаши всегда предостерегают дочек, но, как правило, без особого успеха. Хуже того, такой голос – бесстыдно эротичный, неприкрыто чувственный – мог вскружить голову самой трезвой и рассудительной женщине, заставив ее мечтать о таких глупостях, как душная летняя ночь, знойное соло саксофона, полумрак танцевальной площадки и медленный танец под звуки блюза в объятиях сильных мужских рук.
