– Я… я не думаю… что это такая уж хорошая идея, – пробормотала она и посмотрела на часы. – В казино очень строгие правила. Служащим запрещается выходить за рамки чисто служебных отношений с клиентами.
Джейн умолчала, что еще строже она придерживается своих собственных правил, запрещающих ей близко сходиться с людьми, подобными ему.
– А теперь простите, – сказала она. – Мне действительно надо идти.
Она направилась к лестнице.
– Жаль, что ты так это воспринимаешь, дорогая, – сказал он. – Если бы ты согласилась на мое предложение, все было бы намного проще.
Его голос внезапно утратил мягкую бархатистость и стал холодным и бесстрастным. Джейн застыла как вкопанная.
Затем медленно обернулась, не понимая, чем вызвана подобная метаморфоза.
– Что было бы проще? – спросила она, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Ник встретился с ней взглядом.
– Обсудить наше маленькое дельце… Видишь ли, я заметил, как ты подменила Пирсу карты за игорным столом.
Он снова улыбнулся, на этот раз ледяной улыбкой. Казалось, холод затаился даже в ямочках на щеках.
– Я только хочу знать, – сказал Ник, – как ты собираешься убедить меня не доносить на тебя в комиссию по азартным играм.
2
Несколько секунд стояла напряженная тишина.
Ник не мог бы сказать наверняка, чего он ждал от Джейн, – то ли она зальется пунцовым румянцем и тут же на месте покается в своем неблаговидном поступке, то ли в бешенстве накинется на него, словно тайфун, сверкая своими глазищами цвета морской волны, потемневшими, точно океан в бурю. Джейн не сделала ни того, ни другого.
Она вообще никак не отреагировала на его угрозу. По крайней мере внешне.
– Скажите, мистер Вальдес… – начала она, делая шаг в его сторону.
Ее голос звучал холодно и спокойно, не выдавая никаких эмоций, но сердце у Ника гулко застучало, а тело мгновенно напряглось от возбуждения, – может быть, потому, что такое хрипловатое контральто с мягким протяжным южным акцентом было неизменным спутником его эротических фантазий. В этом голосе сквозила такая откровенная чувственность, что его сладострастное воображение мгновенно воспламенилось, как бумага от зажженной спички.
– Вам часто удается соблазнять женщин таким жалким способом? – продолжала Джейн. – Шантажируя их нелепыми обвинениями, чтобы заставить прийти на свидание?
Она остановилась и пристально посмотрела на Ника. Вокруг него витал легкий свежий аромат ее духов – удивительная смесь запахов цветов и весны, и это мешало сосредоточиться. Оставалось только стоять и улыбаться.
– Поверь, дорогая, – негромко произнес он, – мне никогда не приходилось прибегать к шантажу, чтобы добиться у женщины свидания… Кроме того, мое обвинение вовсе не нелепое. Не забывай, я ведь видел игру. И видел, как ты подменила карты Пирса, когда подавала ему виски.
– Тогда почему вы не донесли на меня крупье?
– Думаю, ты сама это понимаешь.
Джейн и глазом не моргнула.
Ник снова улыбнулся, восхищенный ее хладнокровием. Даже если отбросить невероятную ловкость рук, которую она продемонстрировала там наверху, что-то подсказывало ему, что из нее получился бы отличный игрок в покер.
– Я бы никогда не обратился к крупье, потому что он мошенничал, – добавил Ник, решив отчасти приоткрыть свои карты в надежде вынудить ее сделать то же самое.
Никакой реакции с ее стороны не последовало.
– Крупье пользовался крапленой колодой, Джейн, – терпеливо продолжал Ник. – Пирса собирались обчистить точно так же, как чуть раньше меня обчистили в рулетку. Поскольку за обеими играми следили видеокамеры, но никто из сотрудников службы наблюдения так и не появился, чтобы пресечь эти безобразия, я полагаю, что администрация «Виксбургской леди» поощряет обман клиентов. Догадываюсь, что тебе не по душе такое жульничество, поэтому ты и подменила карты Пирса.
Несколько долгих секунд Джейн смотрела на него с непроницаемым выражением лица.
– Если вы считаете, что в казино вас надули, мистер Вальдес, подайте жалобу в комиссию по азартным играм, как вы грозились несколько минут назад, – посоветовала она.
– Конечно, я мог бы пожаловаться, но это не вернет мне мои пять тысяч.
– Я тоже этого не могу сделать.
– Неужели? – спросил он, беря ее за руку.
Ник тут же пожалел, что сделал это. Прикосновение обожгло кожу и воспламенило кровь. Он никак не ожидал от себя подобной реакции на столь невинный жест.
Их глаза встретились. Ник заметил, как на лице Джейн промелькнуло чувственное возбуждение, почувствовал, как она судорожно глотнула воздух, и понял, что она испытывает те же самые ощущения.
– Я почему-то надеялся, что ты сможешь меня выручить, – негромко произнес он, медленно водя большим пальцем по ее ладони. – Как выручила сегодня своего приятеля Пирса.
«Я ошибался насчет цвета ее глаз», – решил Ник. Когда Джейн сбрасывала маску холодного спокойствия, ее глаза цветом напоминали не бурное море, а яркую сочную зелень холмов по берегам лениво катящей свои волны Миссисипи. Они были полны жизни и страсти. Глаза, в которые ему никогда не наглядеться досыта.
Ее губы слегка приоткрылись, и Ник поймал себя на мысли, как хорошо было бы обнять ее за талию, притянуть к себе, ощутить телом мягкие, упругие формы… слиться с ней в долгом страстном поцелуе и услышать гортанный стон удовлетворения.
Во рту пересохло, как в пустыне. Тело напряглось и заныло.
«Черт возьми», – подумал он. Может быть, это была не такая уж блестящая идея. Вместо того чтобы выуживать у нее информацию о махинациях на «Виксбургской леди», он тешил свое либидо. Конечно, это приятное времяпрепровождение, но он не мог себе позволить разомлеть от нежной улыбки, зеленых глаз и пары соблазнительных ножек… Он прекрасно понимал, что эмоциональная цена, которую придется заплатить, будет слишком высока… Тем более этого нельзя было допустить сейчас, когда репутация фирмы «Бенедикт казино» висела на волоске.
Ник медленно сделал глубокий вдох и постарался переключить мысли на другое, но внезапное и мучительное влечение к этой женщине ничуть не ослабло. У него было такое чувство, что с этим ничего не удастся поделать.
Джейн словно прочитала его мысли – ее щеки залила краска. Она высвободила руку и отступила на шаг.
– Не надо… послушайте, это абсурд, – сказала она, судя по голосу, едва владея собой. – Уилл Пирс мне никакой не приятель, и я не подменивала его карты.
– Не верю!
– Просто не хотите признать правду, – ответила она, глядя ему прямо в глаза.
Джейн держалась с непоколебимой уверенностью. Так умеет блефовать только азартный игрок в покер, который проигрался подчистую и должен объявлять игру, имея на руках две двойки.
