Рэндом:
— Только без сильного запаха, — я вспомнил о своей проблеме. — У меня повышенная чувствительность к запахам. Поэтому я прошу сотрудников не пользоваться парфюмом, а если все же хочется — слабым. Особенно тех, кто часто бывает возле меня.
Шон:
— Нет, я не пользуюсь парфюмом, — какой к черту парфюм, если у меня денег на еду едва–едва хватает. — А шторы, зачем их менять? — полюбопытствовал я. — Они такие красивые здесь, по–моему, очень подходят обстановке.
Рэндом:
— Я давно хотел их сменить, — и это, кстати, правда. Ну не люблю я коричневый цвет. — Но Селин сопротивлялась. Говорила, что они подчеркивают ее каштановые волосы. Женщины…
Шон:
— Да, действительно, — я задумчиво поглядел на шторы, она была права, сделал я вывод, — А мне нравится коричневый, — себе.
Я почти совсем освоился, мне не терпелось приступить к работе. Я провел рукой по своим волосам, убирая мешавшую челку со лба, надо подстричь ее…
Рэндом:
— Думаю, тебе и новые шторы понравятся, — улыбнулся я, глядя, как он заправляет за ухо вредную прядку. — Поищи в записной книжке, — кивнул на стол, — телефон ателье «Золотой мир», они с нами уже давно работают. Закажешь шторы. Потом съездишь, подберешь цветы, тут полагаюсь на твой вкус…
Шон:
— Ммм, — промычал я, на самом деле мне все равно, какие шторы здесь будут висеть, и к цветам я равнодушен, но раз шеф желает… — Хорошо, позвоню, — я начал шарить по столу, где тут записная книжка, ага… небольшая книжица в черном переплете, она была исписана номерами вдоль и поперек. Я нашел запись, ателье «Золотой мир», она была на первой странице сразу же записью за каким–то Эриком Ройсом.
Рэндом:
— Отлично, — я остановился в дверях кабинета. — Вообще–то, это не совсем работа секретаря. Вернешься, зайди ко мне, обсудим твои обязанности.
Шон:
Шеф повернулся ко мне спиной, я окинул взглядом его высокую, статную фигуру, отмечая про себя, как он хорошо сложен, и занялся своими делами. Вначале позвонил в ателье насчет штор, о цвете мы договорились, размер они, конечно, знали, не впервой. Вторым делом я вызвал личный транспорт компании. Сперва я решил все–таки купить цветы и попросил шофера отвести меня в ближайший цветочный магазин.
Рэндом:
Дел у меня как–то не оказалось. С бумагами я закончил. Встреч вроде бы на сегодня никаких нет. Можно было бы даже домой уехать. Но я хотел сегодня окончательно разобраться с новым секретарем. Да я же сам попросил его по возвращении зайти ко мне. Так что я вышел в приемную и уселся на стол с какой–то детективной книжкой, обнаружившейся на столе. Приготовился ожидать.
Шон:
Магазинчик оказался поблизости, буквально в пяти минутах езды. От обилия выбора в нем у меня разбежались глаза, чего там только не было. За кассой стояла молодая продавщица, симпатичная девушка, она с радостью выслушала меня и рьяно принялась предлагать мне цветок за цветком, рекомендовала она довольно много, указывая на цветы, подробно рассказывая о каждом, но я в подробности не вникал. То, что она мне показала, меня особо не впечатлило, поэтому я начал сам обходить ряды, рассматривая цветы и небольшие деревца. После десяти минут упорной ходьбы я наконец остановился на деревце–бонсай кедр, меня только немного смущал запах, довольно чувствительный, но приятный хвойный аромат. Пройдя еще чуть–чуть вперед по ряду и ничего не присмотрев, я остановил свой выбор именно на нем. Закончив с этим, я прямиком поехал в ателье забрать шторы. В общем, разъезжал я около часа. Подъехав к зданию, я прихватил горшок с деревом и штору в фирменном пакете. Оказавшись наконец в приемной, я положил все на стол и пошел докладывать шефу о своих успехах.
Рэндом:
Мальчик довольно быстро вернулся. Притащил пакет — видимо, шторы. И горшочек с какой–то зеленью. Было бы как–то несолидно, если бы он увидел, что шеф сидит в собственной приемной и дожидается секретаря. Поэтому, увидев его издалека сквозь стеклянную дверь, я быстренько вернулся к себе. И сделал вид, что занят бумагами — для поддержания авторитета.
Шон:
Я заглянул к шефу в кабинет, стараясь не производить лишнего шума, мало ли занят чем, а я помешаю вдруг. Он рылся в каких–то бумагах, разбросанных по столу, я решил его все же отвлечь.
— Можно? — я тихонько постучался, хотя и был уже на половину в кабинете, — Вы заняты?
Рэндом:
— Уже вернулся? — вполне натуралистично удивился я, поднимая голову от бумаг. — Быстро, молодец. Вызови рабочего, пусть сменит шторы, и заходи ко мне.
Шон:
— Хорошо я позову, — с этими словами я вышел опять в приемную, телефон рабочих находился в той же книжечке, которую оставила Селин, и зашел обратно. — Готово.
Шеф все еще рылся в бумагах.
Рэндом:
Я отложил бумаги. Кивнул Шону:
— Присаживайся, где удобно. Мы так и не обсудили, чем именно ты должен будешь заниматься.
Шон:
— И чем же? — я посмотрел на него, не скрывая любопытства, в общем, работу секретаря я себе представлял. Но хотелось бы услышать это от шефа.
Рэндом:
— Во–первых, вы отвечаете за мои встречи, то есть записываете их, вовремя напоминаете мне, чтобы я переоделся, бумаги успел подготовить, — я улыбнулся. — А то я регулярно забывал посмотреть в ежедневник. Так неудобно. Во–вторых, занимаетесь рутинной перепиской, оформляете бумаги. Принимаете посетителей. Отказываете тем, кому не назначено.
Шон:
Да, свою работу я понял, на это я, пожалуй, способен. Я кивал на каждое слово шефа как бы говоря «Да, я готов к этому».
— Мне нужно немного времени, чтобы освоиться, — предупредил я его, — Если я что–то сделаю не так, скажите мне об этом, это моя первая серьезная работа, — подытожил я, как бы ставя в известность шефа о моей неопытности, надеюсь, он меня не уволит за мои промахи.
Рэндом:
— Я знаю, — успокоил его я. Мне нравилось его серьезное отношение к этой работе. Это было именно то, что я искал. — Будете учиться, привыкать ко мне. А я — к вам. О да, еще одно. Я не одобряю флирт на работе.
Шон:
— Насчет флирта я согласен с вами полностью, на работе это недопустимо, — я с легкостью согласился с ним, так как я уже успел заметить, что большинство сотрудников мужчины и флиртовать просто не с кем, а в моем случае и некогда.
Рэндом:
— Вот и прекрасно, — просто идеал какой–то. Должны же быть у него хоть какие–нибудь недостатки. — Тогда мы сработаемся. Мне нравится такое серьезное отношение к делу. Не разочаруйте меня.
Я заметил с удивлением, что постоянно перехожу то на «ты», то на «вы». Но мальчик не возражал, а мне так было удобно.
