«жена Бога», или мама». Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Вера закрыла видео с котиками и набрала запрос в Гугл: «Как объяснить ребенку, что такое Троица».
Субботним вечером Вера уже спешила поделиться с Даней новыми знаниями. Даня с Антоном встречали её около иконной лавки.
–Смотри! – Даня протянул Вере иконку Богородицы «Неувядаемый цвет». Дева Мария в голубом плате и с цветком лилии в руке. – Платок как у тебя! Это мы тебе в подарок с папой купили.
–Спасибо, малыш.– Вера едва не плакала от умиления. – Хочешь, я тебе расскажу про маму Бога?
Даня радостно закивал и Вера начала свой рассказ:
– Понимаешь, Бог он как бы один, но в трех лицах. Как солнышко – желтый круг, лучи света и тепло, круг – это Бог Отец, свет который от него исходит – это Сын, а тепло, которое мы чувствуем, но не видим это как Святой Дух. И Бог очень любит людей, но люди про него забыли и плохо себя вели, поэтому он решил отправить к ним своего Сына, чтобы он рассказал, как нужно себя вести. И чтобы попасть в мир людей, Сын Бога должен был родиться как человек, а для этого ему нужна была мама. И Бог выбрал Марию, потому что она была доброй и честной девушкой. К ней пришел ангел и сказал, что она может стать мамой для Бога, и она очень обрадовалась. Все понятно?
Даня снова закивал, а Вера заметила, что и Антон внимательно её слушал.
– Похоже, ты тоже этого не знал?
– Похоже, ты сама это недавно узнала? Дети нас учат больше, чем мы их.
Глава 5.
К утренней воскресной службе неспешно собирались прихожане, хаотично перемещаясь от иконы к иконе, они зажигали свечи, наполняя храм теплом и светом. В очередь на Исповедь уже выстроилась вереница незнакомых между собой людей, нервно мнущих в руках плотно исписанные листы бумаги, свои малые автобиографии, самые честные и предназначенные только одному читателю.
– А почему тётя плачет? – Даня тянул Веру за рукав, привлекая к себе внимание.
– Ей грустно, она грехи свои батюшке рассказывала.
– А зачем их рассказывать?
– Чтобы боженька простил и чтобы больше так не делать.
– А ты тоже рассказываешь?
– Я? – Вера задумалась, последний раз она исповедовалась в детстве, тогда мама ей сказала, что нужно говорить, и она гордо объявила батюшке: «маму не слушаюсь и не ем суп!». С тех пор маму она по-прежнему не слушалась, да и супы тоже так и не полюбила.
– Нет, я не рассказываю.
– У тебя нет грехов?
– У всех что-нибудь да есть.
–Хм… Тогда надо рассказать! – Даня выжидающе смотрел на Веру, Антон притворялся спящим, отвечать на неудобные вопросы о грехах ему явно не хотелось.
«Устами младенца…» – подумала Вера и встала в конец очереди, без заготовленного текста, совершенно не зная, о чем говорить.
– Я, в общем, не исповедовалась почти двадцать лет. – Вера пыталась подавить волнение, старенький священник смотрел на нее и кивал, слова никак не шли. – Ну, маму не слушалась. А ведь она мне говорила…
Речь полилась ровным потоком, Вера рассказывала всё, про ссоры с мамой, как Вера упрекала её во всем, в бедности, в своей внешности, в том, что папы нет. Про первую любовь в институте, как они собирались вместе жить, и как мама её отговаривала, говорила, что грех без брака к парню переезжать. Но она думала, что он её герой и они всегда будут вместе. Как он потом начал встречаться с её подругой и Вера снова во всем обвинила маму. Как познакомилась с её мужчиной, и он ей показался самым лучшим и особенным. Как она его любила и жалела. И о разочаровании, и в нем, и в себе, и в Боге, и в жизни.
– Бог всегда нас любит, что бы мы о нем не думали. Как зовут тебя?
– Вера.
– К Чаше не подходи, Вера, в смертном грехе живешь.
Даня сидел на лавочке, болтая ногами и оглядываясь по сторонам. Антон все еще притворялся спящим, периодически приоткрывая глаза и поглядывая на сына. Вера на ватных ногах подошла к ним, ей хотелось скорее сесть, а лучше лечь, она чувствовала себя абсолютно перегоревшей.
– Ты тоже плачешь? – Даня с беспокойством глядел на нее. Вера только сейчас поняла что мутная пелена в глазах от слез. – Боженька же все грехи прощает?
– Все. – Шепотом ответила Вера.
– Тогда зачем плакать? Радоваться надо!
– Я от радости, малыш. – Вера потрепала темные кудряшки – Плакать можно и от радости.
– А пойдем сегодня в парк, я покажу тебе дерево, с которого в прошлом году упал!
– Пойдем, только сначала мне надо кое-что сделать. – Вера уже набирала сообщение на телефоне: «Нам лучше больше не встречаться. Прости»
Они вышли из храма и Вера будто впервые увидела и майское утро и смешного ребенка и красивого мужчину, который, наконец, проснулся.
В парке, как бы между делом, Антон спросил Веру, есть ли у нее планы на вечер.
– На вечер – есть. Но завтра после работы я абсолютно свободна.
«Свободна» – выдохнула Вера. По дороге домой она купила букет белых лилий и шоколадный торт, любимый торт её мамы. Вера хотела скорее рассказать ей обо всем.
Глава 6.
Тёплый май превратился в жаркое лето, встречи по выходным в храме с Даней и Антоном уже вошли в привычный для Веры уклад жизни. Когда их отношения с Антоном из дружеских превратились в романтические Вера не заметила сама. Её было с ним легко и спокойно, потому и непривычно. Не надо было ничего преодолевать и ничем жертвовать, не приходилось ничего скрывать. Даже маме рассказать было не стыдно. Вера хотела, чтобы чувство стыда и жалости к самой себе навсегда ушли из её жизни. Поэтому о более близких отношениях она даже не помышляла – слишком хорошо помнила свою первую исповедь. Он и не настаивал, как думала Вера, тоже боялся повторения предыдущей истории. Они боялись спугнуть счастье, которое до этого ни разу не видели. Вместо этого они по-настоящему узнавали друг друга, делились всеми страхами и сомнениями, и тех становилось меньше.
Благодаря Дане, Церковь тоже прочно вошла в их жизнь, Вере нравилось больше узнавать о Боге и религии и делиться знаниями, Дане и Антону нравилось её слушать. Ближе знакомясь с Богом, на которого всю жизнь обижалась, Вера понимала, что обижалась только на себя, и на место обиды пришла благодарность. Ранее незнакомое чувство наполняло её сердце, и наконец, она осознала, что благодарна Богу
