как собаку. И ещё куча всего, что со мной можно сделать.
При мне не было оружия, я не владела боевыми искусствами. За меня некому было заступиться. А значит, я смогу спастись только если буду послушно выполнять всё, что от меня потребуется.
Проклятый Расул. Проклятые украшения. Я сорвала с руки браслет и хотела швырнуть его в окно, но передумала и сжала его в ладони, раня руку острыми камушками.
– Что, тебе не нравится мой подарок? – на меня грозно посмотрел Асад, а я едва не стукнула себя по лбу. Ну конечно… Это же он меня заказал. Значит и подарки были от него. А я ещё как дура перед вылетом надела на себя всё…
– Нравится.
– Зачем тогда порвала?
– Хотела выбросить. И кольцо тоже… Это ведь не жениха подарки. Меня просто обманули.
– Но подарки-то настоящие, – усмехнулся Асад и развалился на сидении напротив. – Можешь выкинуть, если не нравятся. Я подарю тебе новые, если будешь себя хорошо вести.
Я поджала губы. Хорошо себя вести? Это брать в рот его член и глотать сперму? Я задала этот вопрос вслух?
– Да, Аня. Хорошо себя вести – это значит выполнять все мои прихоти. Брать в рот, глотать сперму, принимать меня в своё тело. Много всего. Ты узнаешь меня постепенно.
– А почему вы выбрали меня? – в том, что выбор сделал он сам – я не сомневалась.
– Мне нравится твой типаж. В особенности я люблю русских женщин. Есть в вас что-то… – он задумался на какое-то время. – Что-то первобытное, дикое. Вы непокорные, как необъезженные лошади. А я люблю ломать волю. Покорять люблю. Потом, правда, быстро теряю интерес. Так что не бойся. Надолго в моём плену ты не задержишься. Будешь хорошо себя вести уедешь от меня обеспеченной женщиной.
– А если я буду плохо себя вести? Не уеду вовсе?
– Уедешь. Только не домой. Я тебя продам. К примеру, в какой-нибудь гнилой бордель, где тебя будут иметь по десять-двадцать человек в сутки. Хочешь?
– Нет, – замотала головой я. Я с его члена слезать не буду, только не в бордель.
– Тогда думай перед тем, как что-то делать или говорить.
– А вы… откуда знаете русский язык?
– Я раньше часто бывал в твоей стране. Вёл там бизнес. Даже жил некоторое время.
– Так вы шейх? – не то чтобы я была слишком любопытна, просто хотелось узнать врага поближе.
– Нет. Я халиф.
– Это выше, чем шейх?
– О, да, малышка. Это выше, – усмехнулся он.
– И вы живёте в пустыне? – вокруг пески и солнце, солнце и пески. И больше ничего, кроме колонны машин, рассекающих эти пески.
– Да. Я люблю уединение. Ты можешь не мечтать о побеге. Здесь вокруг пески и шакалы. Не помрёшь от жажды, сгинешь в звериной пасти. Правда, есть ещё один вариант. Тебя пристрелят мои люди при попытке к бегству.
– Не богатый выбор, – вздохнула я.
– А ты мне нравишься, – усмехнулся халиф.
А он мне не очень нравился. Особенно после того, что сделал со мной в гостинице. И собирался делать дальше.
Я вздохнула, повернулась к окну. Золото песков манило искупаться в оазисе. Только я понимала, что это мираж. Мне сильно хотелось пить.
– Можно мне воды? – попросила у своего тюремщика и он открыл бар.
– Бери.
Из кучи напитков я выбрала простую воду без газа и потягивала её неспеша всю дорогу. Когда колонна прибыла на место, дверь нашей машины открылась.
– Выходи, Аня, – молвил Асад и кивнул мне на дверь. Мне не хотелось. Но выбора, судя по всему, не было.
Я вылезла из салона, осмотрелась вокруг. Большой дворец, вокруг него сады и фонтаны. И ещё куча всего, чего я пока не вижу.
– Дай мне свою руку, – Асад протянул мне ладонь и я вложила в неё свои подрагивающие пальцы. Вот и сходила замуж, стала восточной женщиной… Хорошо, что у меня не было родственников и близких друзей. Засмеяли бы. Хотя весёлого тут мало.
– Пойдём, – Асад двинулся вперёд, в направлении главного входа в дом, где нас уже ждали. Разумеется, не нас. Его. Но всё же ждали.
Это была целая вереница прислуги и пожилая женщина в чёрном одеянии и таком же хиджабе. Она почему-то сразу привлекла моё внимание.
– Здравствуй, бабушка, – поздоровался Асад и приложился к тыльной стороне её ладони губами. Меня отпустил и я неловко попятилась. С бабушкой он говорил по-русски, что меня удивило.
– Здравствуй, мой могучий тигр. Наконец-то ты дома. Мне снился дурной сон. Столько воронья… Хорошо, что ты приехал. Я ждала тебя. Своей новой игрушке скажи, пусть учит наш язык. Я плохо говорю по-русски.
Так вот оно что. Это он нас так познакомил.
А бабка не промах. Сразу поняла, что я «новая игрушка». Видать, не первая.
ГЛАВА 4
До моей комнаты меня провожала женщина без имени и голоса. Она молча открывала гардеробную, показывала мне одежду, которую теперь мне придётся носить. На всех платьях были этикетки, что говорило о их новизне. Хоть не обноски предыдущих и за то спасибо.
Женщина провела меня в ванную комнату, все показала там. Так же молча, без единого звука. Я заметила, что во дворце халифа было очень тихо. Наверное, хозяева любят тишину и покой. А может дело в том, что я не говорю на их языке. Да и о чем им со мной говорить?
Служанка, проводящая экскурсию по дому, повела меня вниз по длинной лестнице. Мы прошли через кухню, где над плитой колдовал повар, и вошли в столовую. Большую и красивую. Тут же на столе накрыто на одного человека. Я вопросительно взглянула на женщину без голоса, а мой желудок требовательно заурчал.
Женщина кивнула мне на стул, а сама встала позади. Зачем? Она не пояснила, а мне было не до того. Я набросилась на еду, словно год
