Он уже начал поднимать зеркало, представляя еще большую, еще более ужасную колонну огня, которая простерлась бы от горизонта до горизонта, чтобы он один уцелел в геенне.
— Нет, — прошептал Артур. Усилием воли он подавил самодовольную гордость и ярость. — Я — это я… Я не лорд Артур, и все это неправильно. Мне нужно просто уйти.
Он повернул зеркало к себе и посмотрел в него, стараясь думать о покоях Сэра Четверга, а не о разрушительных силах, которые он мог бы направить на все и каждого, кто осмелился бы ему помешать.
Но он не мог сосредоточиться — его едва хватало, чтобы сдерживать ярость. Он действительно хотел истребить солдат-насекомых, и всякий раз, когда ему почти удавалось создать мысленный образ комнаты Четверга, его сменяли картины огня и разрушения.
Пока Артур сражался со своими мыслями, зеркало оставалось неизменным. В нем отражалось только его лицо, неестественно совершенное, такое прекрасное, что даже ледяная борода не могла испортить эту неземную красоту.
Со стоном Артур спрятал зеркало в кошель. Строй насекомых приближался ровным шагом, ни быстрее, ни медленнее. Передние ряды еще не нацелили свое оружие, но мальчик подозревал, что уже находится на огневой дистанции. Артур посмотрел на дырку в руке. Ее края аккуратно прижгло, но он видел отверстие насквозь. Только магически измененное тело позволяло ему свободно переносить такую рану, и боли от нее было не больше, чем от пореза бумагой.
Но он знал, что не переживет еще сотню — или тысячу — таких ран. И еще он знал, что ярость, которую он едва сдерживал, вырвется наружу задолго до этого момента, и тогда он применит Ключи и породит такую разрушительную мощь, какую даже эти воинственные насекомые не могут себе представить.
"Нужно убираться" подумал Артур. "Пока я не натворил нечто ужасное…".
Он снова спрыгнул вниз и попытался вообразить Невероятную Лестницу. Ее первая ступень могла бы быть здесь, на этом бледно-синем мешке, служащем огневой приступкой траншеи. Он должен стать белым и сияющим, и тогда это будет путь внутрь.
— Белый и сияющий, — сказал Артур. — Вход на Невероятную Лестницу.
Впереди щелкающий звук внезапно стал громче и быстрее. Солдаты-насекомые начали атаку.
— Белая! Сияющая! Лестница! — выкрикнул Артур.
Визжащий выстрел пронесся у него над головой, но он не обернулся и не поднял взгляда. Все его внимание было приковано к синему мешку, который медленно, слишком медленно, начал становиться белым.
Глава 2
Сьюзи Бирюза, некогда заправщица чернил шестого класса, Треть Понедельника и генерал Армии лорда Артура, шевельнула левой ногой так, чтобы начать вращаться в направлении против часовой стрелки. Она уже час медленно поворачивалась по часовой и решила, что пришло время перемен. Сменить направление вращения она могла легчайшим движением левой ноги, что было очень кстати, поскольку все остальные части ее тела были плотно обмотаны красным канатом толщиной в два пальца. Канат привязывал ее к поворотному крану, а кран торчал на высоте примерно пяти километров на восточной стене башни Превосходной Субботы.
— Прекрати! — скомандовал Добавочный Чародей, сидевший у подножия крана. Он читал толстую книгу в кожаном переплете и болтал ногами над бездной. — Заключенным запрещено вращаться против часовой стрелки!
— Кто сказал? — спросила Сьюзи.
— Так сказано в руководстве, — неловко, но упрямо заявил Добавочный, постучав по переплету книги. — Я только что дошел до этого места. Заключенным запрещено вращаться против часовой стрелки во избежание магических завихрений.
— Ну так поверни кран, чтобы я была внутри, — сказала Сьюзи. — А то буду вертеться дальше.
Она висела тут уже больше шести часов, с того самого момента, как ее схватили Искусные Медлители возле Дождевого Резервуара, куда Артур смылся в поисках Шестой части Волеизъявления. Поскольку быть пленником намного лучше, чем умереть, а именно такого исхода она ожидала, когда Медлители на нее накинулись, Сьюзи пребывала в довольно радужном настроении.
— Тут сказано: заключенные должны болтаться под дождем и ветром все время, кроме как в случае распоряжения Уполномоченного Лица, — сказал Добавочный.
— Дождь закончился — сообщила Сьюзи. — Ветра тоже считай что нет. Тут вообще довольно неплохо. И потом, ты разве не Уполномоченное Лицо?
— Не смеши меня, — проворчал Добавочный. — Ты сама знаешь, что меня бы здесь вообще не было, если бы все остальные не были заняты наверху, сражаясь с Воскресеньем. Или внизу, сражаясь с Дудочником.
И это еще не все, подумала Сьюзи с ухмылкой, которая разозлила бы Добавочного, если бы он ее видел. Превосходная Суббота схватилась с Лордом Воскресенье наверху в Несравненных Садах; Дудочник дерется с силами Субботы на нижних этажах Верхнего Дома; Первая Дама пытается сдержать Пустоту, разъедающую Дом, и одновременно готовится атаковать Превосходную Субботу; Артур, будем надеяться, уже добыл Шестую часть Волеизъявления и теперь старается получить Шестой Ключ…
Это все похоже на очень сложную игру, размышляла Сьюзи, медленно поворачиваясь снова к Добавочному. Интересно, кто-нибудь вообще знает, что на самом деле происходит?
Мысли об играх навели ее на идею. Искусные Медлители слишком тронутые, их опасно пытаться надурить, но этот Добавочный Чародей больше похож на нормального Жителя.
— Знаешь, если ты меня втянешь внутрь, мы могли бы сыграть в шахматы, — сказала Сьюзи и показала носком ноги на шахматную доску, стоявшую на ближайшем столе. Она выглядела очень красиво, а у фигурок из слоновой кости были рубиновые глаза.
— Это же доска Полдня. Ее нельзя трогать! И потом, в шахматы я тоже всегда проигрываю.
— Значит, в шашки. Нужно же нам хоть во что-то сыграть, а то потом за мной придут спасатели и спихнут тебя с башни.
— Что? — переспросил Добавочный и нервно огляделся по сторонам. В отличие от большей части башни, тюремное отделение на уровне 61620 (это был на самом деле тысяча шестьсот двадцатый этаж, то есть все равно очень высоко) представляло собой сплошную пристройку, воткнутую в основное здание, что-то вроде полки, которую добавили в последний момент. Она не была собрана из открытых решетчатых кабинетных кубов — скорее это была широкая изящная веранда с тиковым полом, и она тянулась вдоль башни метров на тридцать. С наружного края стояли двенадцать кранов, установленных так, что они могли вращаться и свешивать свой груз за край, чтобы преступники болтались в пяти километрах над землей.
Сейчас, правда, только на одном кране висел заключенный. Внутренние Аудиторы, обычно надзиравшие за тюрьмой, все отправились вместе с Субботой атаковать Несравненные Сады и, похоже, перед этим избавились от всех заключенных. Так что Сьюзи болталась здесь в одиночестве под присмотром двух Добавочных Чародеев. Один читал руководство, а вторая расхаживала взад-вперед перед единственной дверью — большой, с кожаной обивкой — которая вела в основную башню. На ходу она непрерывно бормотала о жуткой ответственности и о том, что все непременно пойдет кувырком. На Сьюзи она даже ни разу не посмотрела, словно пыталась отрицать существование заключенной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
