моих связей с Пием XII, следует добавить еще одну деталь: с 2000 по 2018 год я также был архивариусом папского института Санта-Мария-дель-Анима, где хранятся бесценные сокровища, связанные с историей Рима, в том числе тысячи документов монсеньора Алоиза Худала, австрийца, который был ректором этого института в годы Второй мировой войны и оставил по себе противоречивую память.
У архивариусов и историков документы часто вызывают то, что Джон Китс называл «вечной радостью». У меня до сих пор пробегают мурашки по коже всякий раз, когда я вхожу в большое архивное хранилище и провожу рукой по документам. Прошло уже столько лет, а я все еще не пресытился своей работой. Однако документы, хранящиеся в исторических архивах Государственного секретариата, совершенно уникальны: благодаря вселенскому характеру католической Церкви они предлагают богатую пищу для размышлений об истории всех стран мира.
Работы Пьера Бле, Рональда Рыхлака, Михаэля Хеземана или пармского профессора Алессандро Дуче стали важными вехами в изучении деятельности Пия XII в годы войны. Они приоткрыли – насколько это было возможно в то время – завесу тайны над деятельностью Государственного секретариата и отдела отношений с государствами, но при этом оставили за рамками рассмотрения личности участников Бюро. Из-за этого история оставалась неполной, сжатой: «Акты и документы», основной источник, содержали лишь официальную переписку. Где находились настоящие участники событий, которых Рольф Хоххут вывел на театральную сцену? Что на самом деле проходило за кулисами официальной дипломатии Ватикана? Какие люди и события не были даже упомянуты в пьесе Хоххута?
Возможно ли сегодня вернуться к подлинной истории, очищенной от мишуры этого опереточного вымысла? Дать слово настоящим документам и воссоздать образ тех, кто их писал, задумывал и хранил? Смогут ли эти документы вернуть голос персонажам пьесы Хоххута, показать их намерения и честность, очистить их от очернения позднейшей литературы, дать свободу их словам, восстановить язык исторических деятелей в том виде, в котором он звучал тогда, дойти до их самых сокровенных мыслей и разбить старые оковы из чернил и бумаги, тяготившие их долгие десятилетия? Получится ли превратить этих персонажей в людей из плоти и крови, дать им развиваться не на сцене, а в их непосредственной среде, которую образовывали кабинеты, приемные и президентские люксы в столицах, римские базилики и Апостольский дворец в Ватикане? Тогда сможет начаться подлинный театр.
Преследуя эту цель, я отобрал ряд еще не изданных документов в гигантском историческом архиве отдела отношений с государствами Государственного секретариата. При этом я прекрасно понимал, что другие архивы, будь то в Ватикане или за его пределами, таят в себе новые исторические открытия.
Рассекречивание архивов Святого Престола времен понтификата Пия XII может вернуть к жизни «подлинных участников событий», но как работать с миллионами документов, которые находятся в нашем распоряжении? Я вдохновлялся примером куда более талантливого и одаренного по сравнению со мной автора, которого считают одним из «трех венцов» итальянской литературы наряду с Данте и Петраркой. В 1348 году Италию и всю Европу охватила эпидемия бубонной чумы. Охваченные отчаянием люди пытались самоизолироваться. Среди них оказались десять рассказчиков, выведенных Джованни Боккаччо в его великолепном «Декамероне». Эти молодые люди, укрывшиеся от заразы на загородной вилле, поочередно делятся своими историями с друзьями.
Будучи fiammingo a Roma, фламандцем в Риме, я уже более тридцати лет нахожусь в добровольной «ссылке в Италии», и тема разлуки с домом мне близка. Для меня естественно черпать вдохновение в этом шедевре итальянской литературы. Есть ли совпадение в том, что текущая пандемия заставила нас – наши семьи, друзей, коллег – жить в заточении? И поскольку я не так молод, как рассказчики Боккаччо, меня увлекла мысль позаимствовать у них лиру и изложить мои рассказы и истории так, как если бы я рассказывал их близкому другу.
Этим объясняется мое решение поведать об этих эпизодах недавнего прошлого в несколько необычной форме историй и рассказов – именно такие названия получили главы моей книги. Это решение повлекло за собой еще одно: расположение историй и хроник не подчиняется хронологическому порядку, что позволяет осветить ту или иную тему под разным углом и при разных обстоятельствах. В рассказах развивается определенная тема, а в историях изложены «случаи из жизни» евреев, крещеных и некрещеных, которые обратились за помощью к Пию XII. Рассказы основаны на определенной подборке источников из Исторического архива Второй секции по отношениям с государствами Государственного секретариата; истории написаны по материалам Serie Ebrei, которую можно также называть «списком Пачелли». В этой особой архивной серии учтены все евреи, крещеные или нет, которые получили помощь Бюро. Читайте эту книгу так, как если бы вы слушали «Картинки с выставки» Мусоргского, но при этом помните, что персонажи, беседы и ситуации имели место в исторической действительности.
Разумеется, рассказы и истории не могут передать все многообразие тех зачастую поразительных фактов, что таит Исторический архив. Однако и книга, которую вы держите в руках, не претендует на звание учебника истории. Единственная ее цель заключается в том, чтобы вернуть к жизни – насколько это возможно – действующих лиц Бюро путем обращения непосредственно к источникам, а не к послевоенной литературе и исследовательским интерпретациям. Я хотел дать слово документам – пусть они задают ритм и устанавливают правила.
Мои рассказы и истории открывают двери в кулуары и кабинеты министерства иностранных дел Ватикана и посольств (нунциатур). Читатель узнает, как на папской службе, чаще всего – «без лишнего шума», ежедневно трудились преданные делу люди, защищавшие христианские принципы. Вместе мы перелистаем эти уникальные политические, дипломатические и исторические документы. Для вас, читателей, такое погружение станет уникальным шансом, который обычно предоставляется только ученым…
Оказавшись в Историческом архиве Государственного секретариата, вы узнаете о том, как папа организовал подпольную систему ходов, по которым люди бежали от грозившей им опасности, и руководил сетью священников, действовавших по всей Европе с одной единственной целью – спасать жизни всякий раз, когда это было возможно. Насколько мне известно в рамках моих компетенций, государственный секретариат Ватикана был единственным в мире министерством иностранных дел, при котором существовали и специализированный отдел, и настоящая международная сеть, призванные помогать тем, кто подвергался преследованиям в годы Второй мировой войны. Лучшим доказательством тому сегодня служит Serie Ebrei. Недавно рассекреченные документы позволят по-новому взглянуть на влияние папы Пачелли и на сложную сеть отношений, которую он создал в оккупированной нацистами Европе. Прежде всего они расскажут нам о Бюро, ближайшем окружении понтифика, состоявшем из доверенных соратников, каждый из которых, обладая своими личными достоинствами и недостатками, помогал его деятельности подчас
